От удивления Прозорловский выпучил глаза, пытаясь что-то сказать в ответ, но неожиданно был перебит теперь заместителем директора НИИ по хозяйственной работе, возжелавшем продолжить с ним возлияния.
Воспользовавшись паузой, Платон откланялся профессору и пошёл к столу на своё место, продолжать трапезу.
Он не хотел слушать излияния учёного, ибо не любил пустобрёхов, так как сам ценил данное им слово и не любил людей, не держащих своё. А год назад Владимир Николаевич сам высказал пожелание стать одним из героев произведения Платона, но так и не передал тому обещанную информацию о себе.
Подали чай и кофе с шикарными фруктовыми тортами. Затем возникла затянувшаяся пауза.
Улучшив момент, Платон на всякий случай уже сейчас передал через Елену Георгиевну ей самой и для Ольги Михайловны, посвящённые им стихотворения, тайком от Надежды извлечённые автором из внутреннего кармана своей куртки. Юбилярша обещала передать коллеге по счастью.
Но вопреки этикету и интеллигентному воспитанию, не справившись с женским любопытством, она всё же взглянула в текст стихотворения:
В Самарканде родились,Но в Москву Вы подались.Это надо же случиться?В сей НИИ самой явиться!
Грызли Вы гранит науки.Шили деловые брюки.Диссертации писали,Но рожать не забывали.
Доктор Вы бионаук.Трудитесь, не покладая рук.Конкурентов удивив,Сделали Вы «Фосфоглив».
Доброта, надёжность, честностьДобавляют Вам известность.Все сотрудники за Вас.О.М. наша — высший класс!
Разум и порядочность,И в глазах загадочность,Уваженье, труд —Всё в жизни перетрут!
Воспитали аспирантов,Вскрыли множество талантов.Подчинённые Вас любят,И начальники голубят!
А на трассе Вы — Шумахер!И в компьютере — не хакер.На то желанья просто нет.На это есть ведь интернет!
Сын и внуки не для скуки(Внуки в радость ведь, не в муки)Не дадут Вам отдыхать.В жизни, что ещё желать?!
С Юбилеем поздравляю!И, О.М., я Вам желаюЗдоровья, счастья и добра!Людям всем светить всегда!
Довольные проведённым вечером и восстановившимся здоровьем, Платон с Надеждой почти вовремя отбыли домой.
В выходные дневная температура поднялась до десяти градусов тепла, достигнув абсолютного максимума за всю историю наблюдений.
С понедельника же уже обещали похолодание, но всего лишь до нуля.
В этот день из командировки возвратилась Ольга Михайловна Лопатина и объявила, что буйного празднества на этот раз не будет.
Поэтому весь понедельник Платон провёл в хорошем расположении духа.
После прошедших выходных он позднее обычного пошёл в столовую. И у него всё ещё были свежи воспоминания, как в начале осени он подарил трём женщинам, работавшим на раздаче, одно на всех стихотворение «Три богатырки, которое затем долгое время висело у всех на виду на информационной доске около кассы:
В Подколокольном переулке,В двенадцать доме, корпус два,Внизу, в столовой, в закоулкеПришла мне как-то мысль одна
О тех, кто нам еду дарует,Дарует нам своё добро!У нас же сумрачность ворует,Даря улыбки и тепло.
Наталья в светлом «подземелье»Подаст компот Вам и харчо.Второго даст, другое «зелье»,И спросит Вас: «А что ещё?!».
Фаина, глазоньки потупив,Нальёт Вам суп погорячей.В старанье, носик лишь насупив,Гарнир наложит поскорей.
Салат поставит Валентина,Чайку горячего нальёт.Улыбка Ваша если мимо,То от обиды отойдёт.
К попутчицам моим ревнуя,«Пытались» их всех … «отравить».Свои же стопы к ним вернул я,Пытаясь их разжалобить.
Все блюда, глядя Вам в глаза,Они Вам предлагают.Насмешки, типа: «Ты, коза!»Они все отвергают.
А я, наевшись и напившись,Стихи вот эти им пишу,Нисколько этим не смутившись.Их за обед благодарю!
Я их за всё благодарю!За то, что есть на свете!Стихи я им свои дарю!Да! За улыбки эти!
У раздачи уже никого не было. Лишь одна Фаина уныло маячила по ту сторону прилавка. Взяв поднос и улыбаясь, подходя к раздаче, Платон машинально облизнулся, и тут же сам себя заложил:
— «Вот, иду и издали облизываюсь!».
— «На кого? На еду, или на меня?!» — встретила его расплывшейся улыбкой, неожиданно осмелевшая, симпатичная женщина средних лет.
— «Да! На всё и всех!» — многозначительно успел парировать Платон.
— «А-а! Девчонки!» — нараспев позвала она остальных из троицы «богатырок».
Но сразу вошла лишь Наталья, и издали, приветливо улыбаясь, поздоровалась с Платоном.
А Валентина вышла на сцену лишь под занавес, когда Платон уже расплачивался:
— «Как жизнь?!» — начала она, слишком весело улыбаясь.
— «Да нормально!» — формально начал Платон, но ту же спохватился:
— «Хоть держись! Всё бьёт ключом, гаечным, но не по голове, а по плечу! Нет, шучу! Всё нормально! Вот если бы Вы меня спросили, как живёшь, то раньше я отвечал — регулярно и с удовольствием!».
— «А сейчас?!» — радостно подхватила тему догадливая Валентина.
— «Да и сейчас бывает с удовольствием, но не регулярно…, что явно недостаточно и вредит здоровью!» — смеясь, закончил он.
— «Ха-ха-ха!» — в свою очередь рассмеялась озабоченная женщина, поняв намёк не менее озабоченного мужчины.
В четверг утром, одиннадцатого декабря, Платон персонально поздравил Алексея с днём рождения, пожелав тому пока только здоровья, так как остальное ему само собой приложится.
Позже на своей машине именинник повёз Надежду с подарком и поздравлением в институт к Ольге Михайловне.
Через окно цеха Платон увидел, как подпрыгивающей походкой довольного собой человека, Алексей шёл к машине.
Наверно, потому, что он теперь ходит мало, старается это делать усердней?! — подумал тогда насмешник.
Опять же, через окно, он увидел, что стоящая около машины начальница, кроме всего прочего, держит в руке и файл с листом белеющей бумаги — наверняка его стихотворение.
Но занятого работой автора не взяли, никак не объяснив такой подход, а курьер-доцент был на задании.
Тогда Платон невольно подумал, что Надежда ревнует его к прошлому успеху, и не хочет, чтобы автор зачитал сам своё послание, и вновь засветился с ним.
Так ей было удобнее.
То есть самой зачитать, якобы, её, или, в крайнем случае, всего коллектива послание, не выпячивая достижение персонально Платона.
Не знала тогда ревнивица, что этим она сама себя и высекла, так как дальновидный Платон её здесь же нечаянно и подставил. Ибо Юбилярша уже имела на руках полный, авторский экземпляр поздравительного стихотворения.
По неожиданно скорому возвращению поздравляющей парочки никакой информации от них не поступило.
Позже, улучив момент, Платон исподволь подвёл Надежду к этому вопросу, но та высказалась очень кратко:
— «Мы приехали, зашли на этаж. Там был накрыт стол, но мы садиться не стали. Вызвали Ольгу вниз, и на улице перегрузили наш тяжёлый подарок сразу в её машину. Она была страшно довольна такой универсальной газонокосилкой!».
И всё! Больше Платон ничего интересного для себя не услышал.
В этот же день, но не по обыкновению, а с большим скрипом, с долгой неизвестностью, рабочее время для коллег неожиданно закончилось, поначалу было манкированным, днём рождения Алексея.
