– Это я-то вымотала тебе нервы? – оскорбилась я и попыталась высвободиться. Эйден лишь крепче сжал объятия, и через несколько секунд я оказалась уже на кровати. Меня тут же охватило нервное напряжение, и я затараторила: – Это ты постоянно доводил меня! И обзывал извращенцем, – припомнила я и, сев, сложила руки на груди. Пусть теперь извиняется.
– Я был неправ. Конечно же, извращенец – это я, что сейчас и докажу, – сев рядом со мной, Эйден откинул с моего плеча локон и, наклонившись, поцеловал в изгиб шеи. Закрыв глаза, я отдалась его прикосновениям.
А под утро, засыпая в его объятиях, я подумала: впервые за несколько лет я чувствую, что у меня действительно есть дом. Не временное жилище, как пансион, а именно дом. И любимый муж. Подняв взгляд на уже заснувшего Эйдена, я одними губами прошептала:
– Я люблю тебя.
Эпилог
Год спустя
Погода стояла холодная и солнечная. Поэтому я засунула озябшие руки в карманы, спеша в столовую. Да, в прошлом году, когда я и жила, и училась в одном здании, было проще.
Адепток созданного при академии магии женского факультета поселили в отдельном корпусе, благоразумно расположенном на некотором отдалении от основных строений. Общежитие было окружено защитными заклинаниями, и сколько бы парни ни кружили вокруг, внутрь им ходу не было. Хотя они не сдавались и упорно совершенствовали свои навыки взлома и проникновения, отрывая в библиотеке все более заковыристые заклинания. Профессора на это лишь хихикали и добавляли новые слои защиты.
В этот раз учиться было гораздо интереснее и легче, чем в прошлом году. Во-первых, наша программа была рассчитана на девушек, и никто не просил нас сразить вурдалака. Во-вторых, я не находилась в постоянном напряжении из-за страха разоблачения. Ну и, конечно же, Эйден, который год назад изрядно помотал мне нервы, сейчас превратился в самого лучшего и любящего мужа. Кстати, он все-таки перескочил через два курса, и академию мы должны были закончить одновременно: женская программа была рассчитана на три года вместо пяти.
И еще, кроме всех этих отличий, несомненным плюсом второй попытки обучения в академии было то, что вместе со мной поступила подруга, Ронда из пансиона мадам Фоббс. У нее тоже выявились способности, только к магии воды, и я очень радовалась тому, что мы жили и учились вместе. Руководство академии, конечно, придерживалось самых прогрессивных взглядов, но не настолько, чтобы позволить нам с Эйденом занять одну комнату, пусть мы и были уже год как женаты. Впрочем, со следующего семестра мы с мужем планировали переехать в городской особняк Хэйвудов и каждое утро приезжать на занятия. Благо особняк располагался недалеко от академии.
Тут вдалеке мелькнул край голубого платья, и я прибавила шаг. Ронда! Однако, когда я приблизилась, то оказалось, что она не одна. Рядом стоял Генри, и вид у него был самый сияющий.
– Эмили! – торжественно произнес он и, вдруг протянув руку назад, переплел пальцы с пальцами моей подруги, отчего та покраснела, как помидор. – Позволь представить тебе мою невесту, Ронду Паркер. Я полюбил ее больше жизни, и мы собираемся пожениться!
Онемев, я перевела глаза с улыбающегося лица Генри на Ронду, которая вскинула на меня робкий взгляд, и пораженно-радостно выдохнула:
– Правда?!
Генри поднял их сцепленные руки, чтобы продемонстрировать тонкие ободки помолвочных колец, а Ронда, взглянув на него, кивнула и несмело улыбнулась. Ее лицо было исполнено тихой радости и обожания. Так смотрят только на любимого человека. Ну а Генри… Он не мог сделать выбора лучше. Ронда, спокойная и застенчивая, была настоящим сокровищем, а за ее стеснительностью крылась доброта, достоинство и стойкий характер. Как же я рада, что он это разглядел! Порывисто вздохнув, я шагнула к ним и обняла сразу обоих.
Если честно, я думала, что Генри остановится на Аманде – она ведь прожила в его особняке несколько месяцев, и одно время друг казался увлеченным ею. Однако, когда подозрения с нее сняли – как выяснилось, мистер Фиггинс действительно ее шантажировал, – она все же уехала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Генри не сильно расстроился, и после Аманды была Миранда, потом кто-то еще. А затем начался учебный год, и друг разом охладел к своим пассиям, зато вдруг налег на учебу. Или это был хитрый план, чтобы сблизиться с Рондой, которая часто засиживалась в библиотеке допоздна?
– Что тут за коллективные обнимания? Меня не пригласите? – раздался за спиной прохладный голос.
Я уже собралась отстраниться, поскольку Эйден даже после свадьбы вел себя как настоящий ревнивец и собственник. Но тут на нас с криком: «Обнимашки!» – налетел еще кто-то, впечатав Хэйвуда в мою спину.
– Так что за повод? – осведомился Томас, который умудрился сграбастать нас всех в одну кучу.
От него веяло жаром, ощутимым даже на расстоянии. После падения в источник и потери части магии, этим же источником и выпитой, он наконец-то смог справиться с остатками своего дара и постепенно научился контролю. Благодаря этому несколько месяцев назад его освободили от антимагических браслетов. Теперь Томас даже зимой ходил без пальто, потому что ему было «лениво» его надевать, и согревал себя магией.
Рядом с ним было жарковато, поэтому куча мала быстро распалась, и мы степенно пошли по дорожке. Пока Генри объявлял об их с Рондой помолвке и принимал поздравления, мы с подругой шушукались.
– После обеда расскажу все подробности, – едва слышно шепнула она и бросила застенчивый взгляд на жениха, – я не ожидала, что Генри обратит на меня внимание. Думала, ему нужен кто-то особенный.
– Ты и есть особенная! – возмутилась я и тут же, опомнившись, перешла на шепот. – Так, тебе нужно будет заказать платье. Ты уже думала, какое хочешь?
Парни сбоку от нас переговаривались о том, чтобы отметить событие в каком-то модном джентльменском клубе, куда они нередко наведывались. Мы с Рондой обсуждали предстоящие свадебные хлопоты. Томас вздыхал, предвкушая встречу с обедом. А Эйден вдруг приотстал, придержав меня за локоть, и мы остались вдвоем.
– У меня для тебя есть сюрприз. – Его глаза загадочно сверкнули. Муж протянул мне длинный белый конверт. – Мы же так и не съездили в свадебное путешествие.
– И куда мы поедем? – Я с энтузиазмом принялась потрошить конверт – и через пару секунд замерла с открытым ртом, глядя на билеты в руке. Пункт назначения: «Остров Сардиния». – А? Почему туда? – Подняв на Эйдена растерянный взгляд, я попыталась вспомнить, что там есть интересного. Может, музей? Или красивая природа?
– Нужно же свозить тебя на историческую родину, бедный сардинский студент, – все так же серьезно отозвался Эйден и ловко увернулся от шлепка перчаткой. – Ой! Ладно, по дороге можем заехать в Лотариндию и в Гиспанию.
Подумав, я милостиво кивнула. Если по дороге будут другие места, то я согласна. Да и на Сардинию, свою воображаемую родину, все же интересно поглядеть.
– Но только если в Лотариндии купим платья, – ворчливо произнесла я, чтобы муж не думал, что может надо мной подшучивать. – А в Гиспании…
Что можно купить в этой стране, я не знала. В голове крутились только быки и тореадоры. Бык мне без надобности, тореадор тем более.
– Коляску, – неожиданно выдал муж. – С маленьким Хэйвудом надо будет гулять на улице. Кстати, в Гиспании очень хороший климат. Подходит для будущих мам.
Я замерла, недоверчиво уставившись на Эйдена и пытаясь понять, не шутит ли он. И поняла – не шутит! Несмотря на возможные предстоящие трудности, мои губы сами собой сложились в улыбку. Муж обнял меня, на миг прижав крепче, после чего взял за руку и молча повел ко входу. Так рука об руку, размышляя о будущем, мы и зашли в здание Эггерионской академии магии.
