Венеция удивленно подняла брови, и он улыбнулся.
— В конце концов, ты ведь моя заложница. Кто может быть уверен, что ты не задумала сбежать? А узнать тебя я жажду с величайшим нетерпением…
Хэзард поздно принялся за работу в то утро. Никогда раньше он не занимался любовью рядом с орудием Гатлинга. Утреннее солнце подогрело их чувства, страсть вспыхнула с новой силой, и им обоим показалось, что мир вокруг исчез.
— Сколько времени мы еще будем сидеть и ждать возвращения полковника?! — Янси ударил кулаком по столу. Он пил уже второй стакан бурбона после ужина, а это всегда дурно сказывалось на его характере.
Миллисент сидела напротив него, собранная, но спокойная. Остальные члены группы уехали обратно в Бостон: они скупили почти все участки и решили, что их дальнейшее присутствие в Виргиния-сити едва ли можно считать необходимым. Всем было известно, что Билли Брэддок всегда сам решает свои проблемы и не терпит вмешательства извне. А Янси сумел убедить партнеров, что, если полковнику понадобится помощь, он сможет ее организовать.
— Теперь, когда друзья Уильяма уехали, мы можем больше не ждать, — невозмутмо произнесла Миллисент.
Взгляд Янси вдруг стал хищным и тревожным.
— Вы хотите сказать, что один мертвый индеец теперь не будет иметь значения? — он едва заметно улыбнулся.
Миллисент налила себе еще чуть-чуть хереса и, выпив, поставила рюмку на стол.
— Я полагаю, что нас больше устроит другая последовательность событий — несчастный случай с Уильямом, а потом смерть одного индейца. — Она посмотрела на своего визави и вопросительно подняла одну бровь. — Вы меня понимаете?
— Мне очень нравится ваша мысль, — ответил Янси с широкой улыбкой.
— Я уверена, что вы найдете людей. Еще одно убийство никого здесь не удивит.
— Но потребуется время, чтобы разыскать Билли в этих горах.
— А почему бы не дождаться его возвращения? Немного подумав, Янси кивнул.
— Мы можем разбить небольшой лагерь на северной тропе и подстеречь их, когда они подъедут поближе к городу.
— Сколько на это потребуется времени? — деловито поинтересовалась Миллисент — она говорила так, словно речь шла о расписании поездов.
Янси в этот момент задумался о том, сколько пройдет времени, прежде чем он сможет жениться на богатой вдове полковника, так что на вопрос Миллисент ответил не сразу.
— Полковник уехал давно, он должен довольно скоро пуститься в обратный путь — с посредником или без него. Я думаю, самое большее через неделю Брэддок будет здесь.
— Великолепно, — улыбнулась Миллисент. — А теперь, я полагаю, нам следовало бы обсудить, сколько людей и оружия вам понадобится, чтобы захватить участки этого индейца. Если вы назовете мне точную сумму, то я завтра же получу золото. Вам нужно что-нибудь еще?
— Миллисент, нужны только деньги. Мы с вами об этом знаем. Все остальное приложится.
— Мой отец всегда говорил точно так же. Вы очень на него похожи, Янси. Мне это нравится. Подойдите сюда и сядьте рядом. Вы не прикасались ко мне с самого утра.
20
Неделю спустя в предрассветный час Неутомимый Волк заглянул в окно хижины и поджал губы. В конце концов он оказался прав насчет Хэзарда и этой женщины, но с Хэзардом никогда ни в чем нельзя быть уверенным.
Когда Неутомимый Волк переступил порог хижины, Хэзард потянулся было за пистолетом, который он всегда держал под рукой, но тут же расслабился, услышав мягкую поступь ног в мокасинах. Он прикрыл Венецию одеялом и натянул штаны.
— Скажи мне, в какой день это случилось, и тогда я узнаю, кто выиграл пари, — вместо приветствия произнес по-индейски Неутомимый Волк. Хэзард нахмурился.
— Я уже и забыл, что ты и твои приятели — просто кучка сплетников. Постыдился бы заключать пари на старого друга.
Неутомимый Волк пожал плечами и многозначительно посмотрел на Венецию.
— Ни один человек в здравом уме не упустит такой прекрасный повод. Тем более что всем нам отлично известна твоя репутация.
Понимая, что Неутомимый Волк не отстанет от него, пока не получит точного ответа, Хэзард сдался.
— Восемь дней назад, — заметив, что Венеция не спит, он улыбнулся ей и сказал своему приятелю: — А теперь давай-ка сменим тему. Не стоит говорить при ней. Она не понимает нашего языка, но твой плотоядный взгляд слишком красноречив.
Неутомимый Волк продолжал улыбаться как ни в чем не бывало.
— Значит, выиграл Красный Медведь. Лично я не думал, что ты так долго продержишься. Я утверждал, что это случится сразу после моего ухода.
— Спасибо тебе за доверие.
— Проклятье, Хэзард, да какое отношение имеют высокие моральные принципы к занятию любовью? Одно другому не мешает. Любовь только приближает нас к небесам. Кстати, твое небесное создание мне нравится. Когда она тебе надоест…
Хэзард рассмеялся: на Неутомимого Волка невозможно было долго сердиться: он никогда не принимал жизнь всерьез.
— Не надейся. От такой женщины нельзя устать.
— У нее богатое воображение?
— Она полна неожиданностей. — Его глаза засияли от удовольствия, а губы изогнула улыбка.
— Ну а когда за ней придут, что ты станешь делать? Хэзард сразу перестал улыбаться. В последние дни он частенько ловил себя на том, что забывает о существовании полковника Брэддока и об их уговоре.
— Кто-нибудь видел ее отца? — резко спросил Хэзард. — Роза сказала, что он отправился в горы на поиски нашей летней стоянки.
— Поговаривают, что он уже мертв, — осторожно ответил Неутомимый Волк.
Хэзард почувствовал, что у него на лбу выступил пот. «Все кончено!» — это первое, что пришло ему в голову. Если полковник Брэддок мертв, то все правила игры полетели к чертям.
— Кто это говорит? — быстро спросил он.
— Шурин Одинокого Сердца видел тело.
— Он уверен? Может быть, это был другой белый человек?
— Все может быть. — Неутомимый Волк пожал плечами и улыбнулся. — По-моему, все белые на одно лицо.
— Проклятье!
— А что, с этим какие-то проблемы?
— Могут появиться. Полковник был единственным человеком, с которым мне наверняка удалось бы договориться. А чего ждать теперь, я не знаю.
— Почему бы мне просто не прислать тебе воинов? Скажем, двадцать или тридцать молодых парней…
— Этого я не хочу. Сюда могут вызвать армию, а после войны между штатами каждый исполненный амбиций офицер мечтает галопом промчаться по северным равнинам и начать войну с индейцами. Я не хочу стать причиной военных действий.
— Но мы могли бы за себя постоять при помощи твоей пушки. — Неутомимый Волк был отличным тактиком, и его глаза разгорелись, стоило ему представить, какие возможности для боя дает местоположение артиллерийского орудия Хэзарда.
