— А однажды во втором классе я отрезал своими школьными ножницами косичку у Пегги Смит, — со смехом вспоминал Блейк.
— Да что ты! — ахнула с веселым ужасом Меган. Она могла себе представить, каким милым шалуном был он в том возрасте, как задорно сверкали его синие глаза. — Видно, ты слыл большим озорником.
— О да. Отец полосовал мне шкуру столько раз, что я со счета сбился, — признался он.
— И ты приносил лягушек в кармане и прятал и в учительский стол? — допытывалась она, желая представить себе юного Блейка. — Хуже. Однажды я три дня прятал очки мисс чплтон. Бедная женщина ходила слепая, как летучая мышь, и едва не сломала себе шею, пока наконец не нашла их.
— Потом, когда ты закончил школу, прекратились твои проделки?
— Как сказать. Более того, чем старше я становился, тем изобретательнее они были. И всегда находилась компания, готовая меня поддержать.
— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Когда меня отправили на Восток в пансион, как раз это мне там и понравилось. Правда, я ужасно скучала по родителям.
— Ты закончила пансион для юных леди? — удивился Блейк. Молодые девушки редко покидали дом, чтобы продолжать учебу в пансионе, если только родители их не были достаточно богатыми, а ведь Блейк считал, что родители Меган — люди среднего достатка. Она рассказывала ему, что они держат гостиницу в Абилине и, хотя неплохо зарабатывают на жизнь, в целом живут скромно.
— Да. По словам мамы, ей всегда хотелось, чтобы я росла настоящей леди. И хотя она прилагала массу усилий, все равно ей оказалось не под силу отучить меня от замашек сорванца. И она решила, что пансион мисс Абернети для юных леди как раз то, что нужно.
— И не ошиблась?
Меган насмешливо улыбнулась.
— Дурачок, как ты думаешь, где я научилась всяким красочным словечкам?
Блейк удивленно моргнул.
— Там? — недоверчиво спросил он. — А я-то думал, что ты набралась их от постояльцев гостиницы.
— Ох, я набралась там достаточно, чтобы внести свою лепту, когда оказалась в стенах пансиона, чтобы завоевать популярность среди остальных девочек, но больше всего набралась от остальных «юных леди» — моих школьных подруг.
— Милостивый Иисусе! — присвистнул Блейк качая головой. — Если у меня будет дочь, никогда не стану посылать ее в пансион.
За его бездумным заявлением последовало неловкое молчание: Меган и Блейк недовольно покосились друг на друга, потом отвели взгляд в сторону.
— Забудь про то, что я сказал, — наконец пробормотал Блейк. — Глупо с моей стороны.
— Это уж точно, — проворчала она и через несколько секунд ушла.
Блейк не пошел за ней в хижину, почувствовав что им обоим нужно собраться с мыслями и побыть в одиночестве.
Меган одевалась, если можно было это назвать одеванием, — весь ее гардероб состоял из истончившейся до прозрачности рубашки и нижней юбки. Блейк только что отправился за дровами для очага. Они лежали в поленнице за хижиной. Меган услышала его ругательства, заглушаемые грохотом падающих поленьев, и улыбнулась. Обычно именно она просыпалась в скверном расположении духа, но на сей раз утро неудачно началось у Блейка. Сколько времени он будет теперь складывать развалившиеся дрова? Может, все так и оставит, а соберет после завтрака? Наверное, лучше приготовить что-нибудь на скорую руку. Тут до нее донеслось несколько глухих ударов, сопровождавшихся ворчанием и стуком падающих поленьев. Резкий лай Лобо усилил какофонию шумов.
«Что же там такое? « — удивилась Меган. Брови ее нахмурились, когда она услышала конское ржание и топот. Она уже решила проверить сама, что там происходит, когда в хижину с сумасшедшим лаем ворвался Лобо. Он подбежал к ней, потянул за полу юбки и снова бросился к двери. Когда она замешкалась, сбитая с толку, ведь пес никогда заходил в дом без разрешения, он вернулся к ней, не схватил ее руку громадными челюстями и нетерпеливо потянул, не больно, но решительно, так что она не могла вырваться.
— Ладно, парень. Иду-иду!
Меган поспешила с волком за хижину, боясь даже предположить, что ей доведется там увидеть. Но представшая перед ней картина могла бы превзойти самые дикие фантазии: Блейк стоял, привалившись к задней стенке, а с рук его свисало безголовое туловище гремучей змеи.
Кровь текла из змеи, зрелище было жутким.
— Ох, Боже мой! Блейк, выброси эту гадость! -
Ее всю передернуло. — А я-то думала, что там за шум. А тут вот оно что! — Она бросила полный омерзения взгляд на змею. — Только зачем Лобо понадобилось тащить меня сюда? Я страсть как боюсь этих тварей. Слава Богу, ты убил ее! — Она бормотала что-то невнятное, парализованная диким, неизбывным страхом перед змеями.
— Эта проклятая тварь укусила меня, — прохрипел Блейк, глядя недоверчивыми глазами на змею. — Двадцать шесть лет я жил и работал тут, всегда помня о такой возможности, видя других укушенных, но сам еще никогда не попадался — до сегодняшнего дня! — Он резко засмеялся. — До сегодняшнего дня, — повторил он.
Глаза Меган расширились — она начала понимать смысл сказанного.
— Блейк?.. — вопросительно пискнула она, боясь ответа, неистово желая услышать, что это всего лишь неудачная шутка.
Глаза их встретились, и ей открылась ужасная правда.
— Постарайся не паниковать, Меган. Ты нужна мне.
Боязливым взором она окинула его долговязую фигуру, но нигде не нашла следов крови.
— Где? — еле слышно выдавила она.
— На спине. Не самое удобное место, туда мне не дотянуться. Ты должна мне помочь, Меган. Сможешь сделать это, милая?
Она медленно кивнула, только сейчас заметив как побледнело его лицо.
— Только скажи мне, что делать. Прежде я никогда не сталкивалась с такими случаями.
Выпустив змею из пальцев, отчего Меган снова всю передернуло, — Блейк медленно оттолкнулся от стенки хижины.
— Пошли в дом.
Помогая дойти ему до постели, Меган с ужасом обнаружила, что Блейк теряет силы прямо на ходу. Бледный как призрак, он страшно потел, и к тому времени, когда она посадила его на край кровати, совсем ослабел, а сердце едва не выскакивало из груди.
— Что мне нужно делать? — с тревогой спросила она.
— Помоги мне снять рубашку.
Руки Блейка тряслись так сильно, что она отстранила их и сама расстегнула пуговицы и стащила рукава. Превозмогая страх, она заставила себя осмотреть его спину и невольно ахнула, увидев две отчетливые ранки высоко на правом плече. Кожа вокруг них уже вспухла, покраснела и с каждым ударом сердца сочилась свежей кровью.
— Послушай, Меган. У меня уже все плывет в голове. Не знаю, сколько я еще смогу пробыть в сознании.
— Ох, Блейк! Боже мой! Только не это! Скажи прежде, что мне делать?
