руках платочек. – Так вот, в письме говорилось, что пару недель назад Альмира потеряла ребёнка. Вы знали?
– Да.
– Сочувствую вашей потере, – Жулина подалась вперёд и в знак поддержки накрыла своей ладонью руку Крайдана. Её ладонь была заметно влажной. Вспотела от переживаний? Не очень приятное ощущение, но Крайдан из вежливости не стал брезгливо отмахиваться. Всё ж таки перед ним дама. К счастью, она сама сняла ладонь буквально через пару секунд, предварительно заглянув в глаза: – Очень сочувствую.
На руке остался влажный след. Крайдан вытер его салфеткой.
– Представляю, как трудно пережить такой удар в одиночестве, – Жулина снова взяла в руки бокал.
– Да, Альмире нелегко. Но думаю, она скоро вернётся.
– Я не о ней, Магистр. О вас. Альмира написала мне, что собирается пока так и оставаться в обители. Ей хорошо среди сестёр. Она нашла там успокоение. Но кто утешит вас?
– Я не нуждаюсь в утешении, – нахмурился Крайдан. Ему показалось, что слова Жулины прозвучали двусмысленно.
– Нет-нет, конечно, – тут же согласилась она. – Такой сильный мужчина не нуждается в утешении. Но всем иногда бывает одиноко. Если вам нужна будет какая-то поддержка, вы всегда можете обратиться ко мне, Магистр.
Крайдан помрачнел ещё больше. Жулина, будто почувствовав его раздражение, залпом допила напиток и поспешила попрощаться:
– Мне уже пора. Меня ждёт экипаж.
Глава 51. Открытие фестиваля
Глава 51. Открытие фестиваля
Жулина вернулась в экипаж и, как только заняла своё место, он неспешно тронулся. Спутник глянул на неё из-под капюшона. Она безошибочно поняла взгляд – от неё ждут отчёт.
– Сделала всё, как ты велел. Тщательно намочила ладонь о платок, обработанный зельем, потом положила ладонь на его руку. Заглянула в глаза, – рассказала Жулина.
Из-под капюшона удовлетворённо кивнули.
– Подействует постепенно, через два-три дня. Но времени терять не будем. Уже завтра на открытии фестиваля прояви к нему внимание.
Жулина едва заметно улыбнулась:
– Всё сделаю.
Уговаривать её было не нужно. Она с удовольствием выполнит задание собеседника. Она не знала до конца, что за игру он затеял. Зачем ему нужно, чтобы Крайдана приворожило к Жулине. Но ей самой эта игра очень нравилась. Она так давно мечтала заполучить этого мужчину. Он увлёк её с первого взгляда, поработил, свёл с ума. Мрачный, сильный, грозный, от него так и веяло ураганной мужской энергией. Все боги мира – свидетели, как она хотела его, сколько бессонных ночей провела, мечтая о его внимании. Но Жулина не знала, как стать для него заметной. Она подружилась с его супругой, чтобы чаще бывать у него на виду. Во всём копировала Альмиру – те же цвета одежды, те же фасоны, те же причёски. Она даже её ужимки переняла. Но Крайдан оставался к ней равнодушен.
И чем меньше он её замечал, тем больше разгоралась её страсть. Она млела от одной мысли – представить себя в его объятиях, представить его нетерпеливые ладони на своём обнажённом теле. Она бы душу дьяволу продала за одну ночь с ним. И он появился – не дьявол, конечно, но ещё лучше – человек, который предложил ей способ заполучить Крайдана. Взамен от Жулины требовалось только выполнять все его распоряжения. Нужно ли было уговаривать её на эту сделку? Она согласилась, не думая.
И вот вчера у неё появился заветный флакончик с бесценным зельем. Жулина знала, как его нелегко достать. Сама пыталась не раз. Но рецепт известен очень немногим. Только на Севере в Лаамарии некоторые женщины, рождённые с даром, знают, как приворожить мужчину. Только им, лаамарийским ведьмам, дано знать, как заставить мужчину потерять голову. Но они не делятся своими сокровенными знаниями ни с кем. Поэтому каждая капля любовного зелья на вес золота.
Как хорошо, что Альмира сейчас далеко. Никто не помешает Жулине сделать Крайдана своим. Никто не помешает наслаждаться его страстью. А страсть будет сумасшедшей. Лаамарийское зелье воспламеняет как огонь. От сладкого предвкушения всё тело охватил трепет.
Утром Снежану поджидал ещё один подарок. Снова платье. Роскошное лёгкое голубое – с пышной юбкой и узким шёлковым лифом с таинственным перламутровым переливом. Чей это подарок, сомневаться не пришлось, потому что даритель принёс его лично – Крайдан.
– Спасибо, – пришлось благодарить лишь сияющим взглядом, хотя хотелось прыгнуть на шею и поцеловать… хм… в щёку.
Такой радостный порыв был вызван не столько обновой, сколько тем, что Магистр объявился живой и невредимый. И даже с лёгкой улыбкой на лице. А значит, зря Снежана переживала, что «срочные дела», из-за которых сорвался вчерашний ужин, обернутся для Крайдана неприятностями.
– Примерь, – попросил Магистр. – Вдруг требуется подгонка. Я подожду за дверью.
В принципе у Снежаны было в чём идти на открытие фестиваля и без этого платья. Они с Лариттой успели за ночь переделать её строгий наряд для торжеств в бальное платье. Но это не означало, что Снежана могла остаться равнодушной к подарку Крайдана.
Она быстро переоделась и кинулась к зеркалу. Никакой подгонки не требовалось. И замечательно – времени до открытия фестиваля оставалось совсем немного. Платье сидело, как влитое. Как Крайдану удаётся так безошибочно подбирать нужный размер? Так хорошо запомнил Снежанины габариты?
Она распечатала коробки, которые прилагались к платью. Обнаружила в них замшевые синие туфли и со вкусом подобранные аксессуары: тонкую нить перламутрового ожерелья и украшение для волос по местной моде.
Покрутилась перед зеркалом и почувствовала себя Золушкой, примеряющий наряд от крёстной феи. Но быстро остудила свой неуместный запал. Снежана – не Золушка и бал не в честь неё. Потеря хрустальной туфельки отменяется. Снежана должна быть неприметной. Ей и так сегодня наверняка перепадёт ушат презрения от остальных участниц фестиваля. Впрочем, она перенесёт их пренебрежение с лёгкостью. Снежане безразлично их мнение. К тому же, пока Крайдан рядом, самое страшное, что Снежану ждёт – это косые взгляды. Открыто проявлять вражду в присутствии Магистра никто не решится.
Твинсен даже не ожидал, что скучнейшее мероприятие, коим является открытие фестиваля, будет так приятно будоражить его. Первая часть – неофициальная. Встреча прибывающих в бальную залу представительниц родов с их сопровождающими. Он стоял у входа в окружении своей свиты и как болванчик отвешивал поклоны-приветствия разнаряженным девам в ответ на их реверансы. После чего как попугай повторял одни и те же комплименты. Как например, вот этой очередной деве:
–
