Интересно, как эти руки обнимают? Три недели назад, избавившись от ночной погони честных лондонцев, он был так близок, чтобы это узнать! Нет-нет-нет… нельзя об этом думать… сейчас нельзя… Тогда… да! Точно!
— Если мы женаты…
Элис вскинула глаза и поджала губы.
— Я имею ввиду, что Абле… э… как же его?
— Ричард. Рваному он представился как Ричард.
— Да, Ричард сказал, что мы муж и жена…
— И? — голосом девушки можно было морозить лед.
— Кольца. У нас должны быть кольца.
Элис подняла левую руку к глазам, посмотрела на свои пальцы. Пришла к выводу, что украшение будет к месту. Одну проблему осталось решить.
— За чей счет?
Однако. Вопрос оказался непростым. С одной стороны, деньги у подруги должны быть — уходя «брать» дом графа, она знала, что возврата не будет, наверняка прихватила накопления с собой, в том числе и те десять гиней, что сам же ей заплатил. А вот в собственном кармане — не густо. Бежал с тем, что хранил на квартире. Так что три гинеи, пять шиллингов и медная мелочь — все, что уныло позвякивает в тощем кошеле.
Шпион, твою сестру, скупщик важных государственных секретов. Одна радость — с голоду граф помереть не даст, без де Сент-Пуанта его в Париже не ждут. Хотя… нет-нет, с виконтом в качестве поручителя ему все равно будет легче.
А эта недотрога пусть сама выкручивается.
— Конечно, я куплю, пойдем ювелирную лавку искать.
Слова вылетели сами, помимо его воли. Он даже сплюнул с досады. Но мысленно, чтобы не покоробить даму. Кого-кого он дамой назвал? «Я спятил!» — подумал молодой человек, но галантно предложил «даме» руку, помог встать и с гордым до идиотизма видом пошел к выходу.
Лавка нашлась неподалеку. Пожилой, с крутыми залысинами и специфическим носом слегка картавящий продавец, точно оценив небогатую одежду покупателей, предложил кольца всего за полгинеи. И все равно виконту пришлось приложить усилие, чтобы сдержать печальный вздох, когда положил деньги на грубо струганый дощатый прилавок.
Вся операция по приобретению ювелирных изделий заняла от силы полчаса, но когда «молодожены» вернулись в корчму, их уже поджидал Аблемарл с весьма недовольным видом. Однако, увидев новые украшения, одобрительно кивнул.
— Где вас… а, сообразили все-таки! Молодцы. Что же, и у меня хорошие новости — нас взяли в охрану каравана, идущего через Ипер в Лилль. На наше счастье, караванщик спешит, набрал всех, кто оказался под рукой. Правда, уменьшил нам оплату за счет нахлебницы. — Он демонстративно взглянул на Элис. — Но я согласился не торгуясь. От Лилля до Галлии рукой подать. Если, конечно, опять война не начнется.
— Что везем? — поинтересовался де Сент-Пуант.
Аблемарл замешкался с ответом.
— Да я особо и не интересовался. Какая разница? На дороге в Лилль нас искать никто не станет, да и места здесь спокойные. Так что нечего волноваться, вперед!
И, надев перевязь со шпагой, решительно пошел к выходу. Предоставив честь платить за обед юному спутнику.
Глава 29
Вскоре трое путешественников пришли на городскую площадь с длинным и непроизносимым названием, которое де Сент-Пуант даже не пытался запомнить. Там их уже поджидал, нетерпеливо прохаживаясь рядом с тремя телегами, гружеными и накрытыми холстинами, невысокий толстенький человек, одетый в недорогой дорожный костюм из грубой кожи. Голову покрывала простая широкополая шляпа, не модная, но удобная в пути. Из-под холстин виднелась солома, очевидно, прикрывающая основной груз.
— Слава Спасителю, наконец-то! Сколько можно собираться⁈ — почти закричал он по-кастильски.
Граф неожиданно смиренно снял свою шляпу перед торгашом.
— Простите, мэтр Маес, мы спешили как могли.
Мэтр презрительно фыркнул.
— Плохо вы могли. Если и дальше будете так мочь, срежу оплату. А пока идите к своим. — Он кивком указал в сторону группы мужчин среднего роста, в дешевой одежде и со шпагами. — Командовать буду сам, ни один из вас, прохвосты, не кажется достойным звания командира.
Де Сент-Пуант вспомнил ярмарку наемников в Париже. Погулять по ней довелось недолго, но и этого хватило, чтобы понять — с таким подходом к охране Маесу остается молить Спасителя, чтобы не свел его караван на лесной дорожке да с лихими людьми.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А когда подошел поближе к «соратникам», загрустил еще больше — оружие этих, прости господи, бойцов дешевое и не то, что неточеное, оно даже и нечищенное. Ржавые клинки выглядывали из потрепанных, а то и вовсе дырявых ножен.
Да и сама, с позволения сказать, ярмарка наемников, через которую прошли по дороге из корчмы, откровенно не впечатлила. Тем не менее, троих командиров, подтянутых, хорошо вооруженных и державшихся вполне независимо, де Сент-Пуант приметил. Было ясно, что за дешево они служить не станут, но и работу сделают качественно, смогут отогнать не только нищую шушеру, но и вполне серьезную шайку, буде возжелает та поживиться имуществом нанимателя.
Но с этими профессионалами мэтр Маес связываться не стал, предпочел вот это, чему и название подбирать не хочется.
Однако, делать нечего, контракт подписан, надо его выполнять.
И еще.
Обычно обозы отправлялись в путь с восходом, чтобы за день проехать как можно дольше и как можно реже ночевать в лесах да полях. Тем более во Фландрии, где дороги вьются меж обширных болот с их комарами и прочей мерзостью, не добавляющей на отдыхе удовольствия усталым путникам.
Впрочем, загадка разрешилась просто — площадь, где стоял караван, охранялась, за что городская мэрия брала денежку. За каждую ночь, что характерно. Вот и решил рачительный купец сэкономить, раз уже собственную охрану нанял. Что же, ему, хозяину, виднее.
Элис с комфортом устроилась на подводе, а ее «свёкор» и «любимый муж» отправились пешком, в группе коллег. Вначале зорко смотрели по сторонам, потом, когда караван выехал из города и пошел по накатанной среди широких полей дороге, — посматривали. А когда въехали в густой лес, и вовсе заботились лишь о том, чтобы не споткнуться.
Хотя вроде бы все должно быть наоборот. Но невозможно же быть бдительным и собранным среди группы охламонов, только называющихся охранниками. Эти раздолбаи вальяжно топали, болтали о чем угодно от цен на портовых шлюх до цен на выпивку. Да, по большому счету, именно этим их интересы и ограничивались.
Сравнивались стоимость и достоинства шлюх и вин в Лилле и Амстердаме, Антверпене и Роттердаме. Часто упоминались Аррас, Реймс и другие пограничные с Галлией города, из чего де Сент-Пуант сделал вывод, что путешествует с бывшими кастильскими солдатами, выгнанными со службы либо за бестолковость, либо по причине наступившего мира. Точнее, перемирия, в чем никто и не сомневался, мечтая будущей войной заработать на новых шлюх и приличное вино.
Но, несмотря на очевидное раздолбайство охранников и полное попустительство хозяина, который вроде бы взял на себя функции командира, первый день путешествия прошел без происшествий. Заночевали в деревеньке Маннекенсвере, что в паре десятков километров от Остенде. Настолько маленькой, что крестьяне не решились отказать в ночлеге дюжине усталых путешественников.
Впрочем, хозяин, наскоро перекусив чем-то из собственных запасов, устроился спать в средней телеге. Только распорядился, чтобы три охранника постоянно бдили за его имуществом.
Дисциплинированные подчиненные тут же разбились на тройки, определили время дежурства каждой. Де Сент-Пуанту и Аблемарлу выпала вахта с часу до четырех ночи, самая противная. Потому, поужинав жидкой кашей от хозяйских щедрот, они и завалились немедленно спать, разместившись на крестьянском сеновале. И благополучно проснулись от петушиного крика — первая смена напилась вдрабадан и уснула на посту. Соответственно, до утра будить их было просто некому.
От того же кукареканья проснулся и хозяин, и заснувшие на посту, но последние — чуть раньше. И на голубом глазу объявили, что дежурят в третью смену, а потому ценный груз постоянно находился под должным приглядом. Мол, все в порядке, можно ехать дальше.
