– Ясно. А результаты анализов черной херни на теле Хастингса?
– Это мазут.
– Мазут, – хмыкнул Дункель и раздавил сигарету. Щекавица неодобрительно глянул вниз.
– Лучше и не скажешь, Джерри, – кивнул Полхаус.
– Что-то еще?
Полхаус полистал блокнот.
– Нет.
Детектив вздохнул и с кислой миной осмотрелся. Заметив Роя с Майком, он подошел к ним. Через минуту он подошел к Щекавице – тот всё еще стоял возле останков Мэрджори Хоуп.
– Ладно, Дракула, поехали. Не будем терять времени.
Детектив и переводчик подошли к желтой ленте. Дункель посмотрел на зевак – жадные глаза, открытые рты. Кое-кто притащил фотоаппараты. В самой гуще народа противно заиграли на флейте – словно музицировал сумасшедший. Ни стыда, ни совести.
Детектив поднял ленту, пропустил переводчика и двинул через толпу. Пару раз «случайно» ткнул кого-то под ребра. Улыбнулся, когда в ответ донеслось удивленное хрюканье.
Впереди послышался ропот, кто-то завизжал.
Всё произошло молниеносно.
Щекавица остановился как вкопанный, а потом зашипел, пригнулся, сделал шаг назад. Дункель увидел, как дернулась голова парня, услышал, как хрустнули позвонки. Кто-то поднял Владимира над землей – Джерри не мог рассмотреть нападавшего, его полностью скрыло развевающееся пальто Щекавицы. Переводчик дернулся еще раз, и еще, и еще. Шипение перешло в бульканье.
Народ заорал и бросился врассыпную. Похожий на козла паренек с большими зубами в панике рванул прямо на Дункеля, и тот вырубил его локтем. Положил руку на кобуру, палец рванул застежку.
Послышался хруст, словно кто-то прошелся стекловатой по барабанной перепонке, и, отделившись от тела, голова Щекавицы подпрыгнула над толпой. Шляпа переводчика сорвалась и ударилась в грудь Дункеля. В воздух взметнулись русые волосы. Там, вверху, голова и зависла – подбородок бедняги держала рука незнакомца.
Пистолет выскользнул из кобуры.
– С дороги! С ДОРОГИ, ТВОЮ МАТЬ!!! – послышались вопли полицейских.
На землю упало мертвое тело, и неизвестный метнул голову в Дункеля. Не раздумывая, детектив прыгнул вбок и услышал за спиной удар и крик – кому-то не повезло.
Но женщине с передником в цветочек повезло еще меньше. Сбитая с толку, Ирма Пев бежала куда глаза глядят. Словно животное во время пожара, она мчалась вперед и даже не заметила причины всей неразберихи. Споткнувшись о труп несчастного Влада, она упала. Пытаясь подняться, она глянула вверх и увидела над собой существо из ночных кошмаров.
Когда-то оно было Стивеном Хобблсом, молочником, который жил по соседству. Ирма недолюбливала его за то, что, как ей казалось, он сливал часть молока себе. Но как бы то ни было белая жидкость ему не помогла – лицо над клетчатой рубашкой стало совершенно черным. Не коричневым, не серым, не желтым – угольно-черным. Краем глаза она заметила в толпе лыбящуюся рожу мерзкого карлика. Недоросль держала в руках бурдюк и хихикала.
Детектив прицелился.
– ВАШУ Ж МАТЬ!!! ПРОЧЬ ОТ ТРУПА!!! ЭТО ВЕЩЕСТВЕННЫЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА!!! – визжал Полхаус. Очевидно, толпа хлынула в переулок.
Не-Стивен пошел вперед и…
Щелкнул взведенный курок.
…наступил Ирме на спину. Женщина успела только хрипнуть – нога прожгла одежду и утонула в плоти, раздавив сердце и часть легких.
Грянул выстрел. Не-Стивен дернулся. И еще выстрел, и еще. Послышались «бах! бах!» откуда-то из-за спины – стреляли другие копы. Дункель с матами бросился на землю. Где-то послышался человеческий крик.
«Будет скандал», – вздохнул Дункель и тут же поразился тому, что думает о проблемах с прессой так некстати.
Содрогаясь от пуль, существо, когда-то бывшее человеком, шагнуло вперед, еще шаг, сорвалось на бег. Кто-то попал по ногам, и Не-Стивен грохнул оземь всего в паре метров от Дункеля. Выгнувшись подобно змее, черный молочник поднял над землей свой изувеченный торс, разорвал на груди рубаху, от натуги стиснутые зубы разлетелись на осколки, и грудная клетка лопнула, словно ребристый пузырь.
Детектив среагировал молниеносно – черная жижа окатила бы вонючим фонтаном место, где он лежал всего секунду назад. Не-Стивен превратился в дымящуюся груду плоти и костей. И она не двигалась.
– Сучий потрох, – прохрипел Дункель.
Я достал сигарету, оперся о бок верного Понти и закурил. Подошел бледный, как смерть, Полхаус.
– Джерри…
– Они затоптали труп девочки.
– Да.
– Слышал твои вопли.
Полхаус потупился. Мне его жалко.
– Пит, дружище, не время киснуть, – у меня в голове мелькнула интересная мысль. – Мне нужен прогноз погоды. И что мы знаем о погибших?
– Досье уже нашли и везут сюда.
Хоть одно хорошо. За пятнадцать минут ожиданий я выкурил три сигареты, еще раз осмотрел останки бедняжки Мэрджори, тела женщины и Влада – по бычку на каждую жизнь. Аминь.
А вот и Полхаус, сует мне листы. Приступим…
Имя: Ирма Пев. Что-то мне это напоминает. Поразмыслить на досуге.
Возраст: 44 года. Домохозяйка. Мать пятерых детей. Муж: Вальдемар Пев, эмигрант.
Тут и думать-то нечего – случайная жертва.
Имя: Владимир Щекавица. Бедный Дракула. Не то место, не то время.
Возраст: 28. Член международного клуба переводчиков «Night Gaunt Flies». Автор многочисленных трудов по переводу Пнакотических рукописей и трактатов о «мверзком» языке. Подался в полевые переводчики для изучения быта мверзей. Сегодня должен был состояться его первый поход в Крайслер-билдинг.
Дьявол, двадцать восемь лет! Эти русые волосы и вывернутая челюсть мне запомнятся надолго. Молодняк, хлипкий интеллигентишка до мозга костей (или даже от мозга костей), но он закрыл собой меня, копа, который должен был быть гарантом его безопасности! Печально всё это.
Имя: Стивен Хобблс.
Возраст: 38 лет. Молочник. Семьи нет. Соседи отзываются о нем, как о прекрасном человеке. А в том, что от него осталось, и человека не сразу признаешь…
И всё же я удивлен тем, что практически никто не пострадал. Да, два человека погибли, три ранены (два – шальными пулями офицеров полиции), но при таких-то обстоятельствах!.. Это просто чудо. Как и то, что я до сих пор жив. Метили в меня, я в этом уверен.
– Мои парни тут поспрашивали… – бормочет Полхаус, заглядывая в бумажки. – Госпожа Пев пыталась оклеветать Хобблса за то, что он отказался спать с ней – может, это и есть… м-мотив? – Кадык Полхауса задергался вверх-вниз. Всё еще под впечатлением, бедняга.
– Ерунда, стечение обстоятельств. К тому же зачем Хобблсу понадобился Щекавица? Его здесь вообще не должно было быть! Да и вообще, какого лысого Хобблс превратился в черную херь?!
Взять себя в руки. Стискиваю зубы.
– Не знаю, Джерри.
Для одного дня это уж слишком.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
