Владимир заторможенным движением выполнил веление, а затем поднялся и действительно ушёл, так и не удосужившись одеться, глядя перед собой пустым взором. Точно такой же обнажённый Кристофер направился за ним следом, но выглядел куда бодрее, и даже подмигнул мне на прощание. Андрей тоже ушёл вместе с братьями. Я это заметила в последний момент, прежде чем с глухим стоном накрыла лицо сразу обеими ладонями. Да, по-детски. Но и пялиться на посторонних голых мужиков — последнее дело. Впрочем, едва оба оборотня покинули помещение, пребывать в таком положении я перестала. А всё потому, что...
— Ну а мы пока с тобой потолкуем, дорогая наша будущая родственница, — перевела Аврора своё внимание на мою персону, так что пришлось на неё взглянуть. — Кажется, нам есть, что обсудить. Правда же? — усмехнулась, сложив руки на груди, продолжая разглядывать меня своим жутким поалевшим взором.
Словно кровью затопило серо-зелёную радужку, делая волчицу похожей на какую-нибудь вампиршу.
Жуть-жуткая, в общем!
Но я постаралась не поддаваться нахлынувшим ассоциациям. И даже улыбнулась Арине в качестве благодарности за то, что она до сих пор дарила мне свою поддержку.
— Вероятно, — отозвалась я на слова Авроры.
Или Герды. Ведь именно так её назвал Кристофер.
— Занятная ты девушка, Эрида, — хмыкнула та в ответ, продолжая меня препарировать взглядом. — Очень занятная, — шагнула ко мне ближе. — Чувствуешь? — обратилась к сестре.
— А то! — непонятно чему обрадовалась Арина. — Мышка, а ты изначально с такой лёгкостью реагируешь на ауру оборотней? — чуть повернула меня к себе.
— Ауру оборотней? — переспросила я непонимающе, ведь ничего особенного я правда в них не замечала, по крайней мере, поначалу.
Девушки подозрительно весело фыркнули и направились вглубь комнаты, в противоположную от выхода сторону. Ну и меня естественно с собой прихватили. А пришли мы в кабинет. Очень уютный, с отделкой из дерева, с мягким кожаным диваном кофейного цвета в углу, куда меня и усадили. Аврора прошла к книжному шкафу у стены напротив входа, где стоял массивный дубовый стол, тронула одну из книг и перед ней открылся небольшой бар, откуда она достала бутылку красного вина и три фужера. Обошла стол и уселась на его край, принявшись разливать напиток. Арина подхватила два наполненных красной жидкостью фужера и вернулась ко мне, усевшись рядом.
— Значит, всегда, — вынесла вердикт она на ранний вопрос своей сестры, протянув мне налитое. — Пей, мышка, тебе нужно расслабиться. Разговор у нас предстоит странный и серьёзный.
— Получается, что так, — не стала я спорить, принимая предложенное. — А что в ней такого особенного?
Раз уж представилась такая возможность...
— Ну как тебе сказать, — протянула со смешком Аврора, у которой цвет глаз вернулся к нормальному. — Рядом с оборотнями очень сложно контролировать эмоции, — обрела серьёзный вид, принявшись крутить в руках фужер, рассматривая игру бликов на красной поверхности. — По сути, рядом с Владом ты и без всяких понуканий должна была, извини за прямолинейность, уже из платья выпрыгивать и тереться об него, как кошка во время течки. Исходить завистью к волчицам. Реагировать на злость оборотней, писаясь от страха. Но ты вполне спокойна. Это и занятно. Сперва я думала, что дело в даре Влада. Что он контролирует твои реакции. Но… это здесь не причём, — сделала свой первый глоток, уставившись на меня исподлобья. — И это довольно странно.
— И забавно, — встряла Арина, которая в отличие от сестры, не сделавшей больше ни единого глотка, уже наполовину опустошила свою порцию.
Не стала от неё отставать. И даже больше. Всё сразу, до дна выпила. Хотя переварить услышанное это всё равно не помогало.
— Влад может контролировать мои реакции, — повторила за Авророй, внутренне всё больше и больше поражаясь… собственной тупости.
Он же мне не раз прямым текстом заявлял! Буквально пять минут назад — тоже. Давно должна была догадаться. Неспроста же я восприняла нормой выбитую дверь и прочие странности, случающиеся со мной. Он…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Может, — повторила за собой. — И контролирует, — озвучила уже мрачно.
Всё-таки мало приятного — осознавать, что ты марионетка. Не только для Белова. Моя старшая сестра тоже не особо стремилась открывать для меня ту сторону жизни, которая, как оказалась, являлась довольно существенной для нас обеих.
— И что же в этом забавного? — вернулась я к диалогу.
Лично я ничего забавного не видела. Как и не могла избавиться от заново возникнувшей мысли о том, что мне необходимо не здесь вино распивать, а найти Ириду.
— Забавно как раз то, что ты способна противостоять обаянию оборотней, их влиянию и давлению. Думаешь, почему наш брат так бесится? Потому что ты не желаешь покориться ему, хоть и любишь его, — легонько щёлкнула меня по носу Арина, поднялась с дивана и направилась за бутылкой, чтобы наполнить мой фужер.
— Только не желает признавать этого, — проворчала уже Аврора, отодвигаясь, позволяя своей близняшке усесться на стол рядом, когда та подала мне новую порцию виноградного напитка. — И кстати, брат не контролирует тебя, не волнуйся. Он лишь вынужденно внушает тебе спокойствие, тем самым сглаживая твои реакции, чтобы ты не впадала в истерику по пустякам.
— Лучше бы он свои сглаживал, чтоб самому не впадать в истерику, — проворчала я, подумала немного и вторую порцию вина тоже приговорила.
На этот раз, пусть и снова не особо полегчало, но внутри поселилось приятное тепло. А терпкий привкус, оставшийся в горле, немного отвлекал от невесёлых мыслей обо всём сопутствующем. Так что за третьей порцией я потянулась уже сама.
— Я разговаривала с вашей мамой. Она объяснила мне некоторые вещи, относительно Владимира. И… — тут пришлось набрать побольше воздуха в лёгкие, а заодно и смелости. — Я ему не подхожу.
— Да? — ещё больше развеселились близняшки, заговорив в один голос. — И почему? — одинаково склонили головы набок в ожидании ответа.
Третий фужер вина очень пригодился. Его я правда лишь наполовину осилила. Тепло от напитка стало ощутимее, непонятная тяжесть в груди тоже отпустила.
— Не подхожу, и всё, — пожала я плечами. — Я ж... это… — внезапно забыла слово, так что пришлось сделать паузу. — Непокорная! — вспомнила, отпивая ещё парочку глоточков чудодейственного расслабляющего. — И совершенно не понимаю его. Я даже когда молчу и ничего не делаю, всё равно его бешу! — привела доводом, затем призадумалась над тем, с чего бы Белову тогда со мной вообще связываться, раз я такая бесячая. — Он мазохист, да? — выдала следом итог собственных мыслей.
Девушки громко рассмеялись, затем незаметным движением сдвинулись в стороны, освобождая место между собой, и тут же усадили меня туда, приобняв за плечи. Душу окутало теплом и лёгкостью, побуждая улыбнуться. Непонятно чему, но мне стало так хорошо, что не улыбаться не выходило.
— Легче? — участливо поинтересовалась Аврора, заглянув мне в глаза.
— Ага, — кивнула я настороженно.
А всё потому, что вспомнила, как она своих братьев вот точно также одарила, только наоборот — ничем хорошим.
— Спасибо, — ляпнула в довершение.
Содержимое бокала я всё-таки прикончила.
— Пожалуйста, — вздохнула девушка как-то устало. — Мы с сестрой эмпаты, — призналась следом, пожав плечами. — А я так вовсе не просто чувствую, но и могу влиять на чужие эмоции, со всеми вытекающими. С Владимиром всё ещё сложнее. Он далеко не мазохист, как ты считаешь. Нет. Он хуже. Гораздо хуже. Наш брат — телепат. Читает чужие мысли. На постоянной основе. Каждую секунду своей жизни. Абсолютно всех, кто находится рядом. Пропускает всё это через себя. И когда кто-то ругается, злится и вообще думает о плохом, он переживает то же самое. Соответственно, сама понимаешь, хорошего настроения ему это не прибавляет, — поморщилась. — То есть, если ты раздражена, он улавливает твои чувства и отражает их против воли. И не всегда получается вовремя взять себя в руки. Поверь той, кто испытывает ежесекундно то же самое.
