Читаем без скачивания Принц Тор - Василий Сахаров

Абордажная команда Дымова хлынула наружу и обеспечила охранный периметр. Артиллеристы следили за вероятным противником и были готовы открыть огонь на поражение, а из здания поликлиники, во главе с главным телохранителем империи Ракитиным, появились облаченные в бронепластовые доспехи телохранители Серого Льва, которые тянули на своих плечах тяжелый саркофаг. Кто в нем находился, понятно, дедушка собственной персоной, и я вызвал Пабло Бриана:

— Ты готов принять больного?

— Да, — медтехник отозвался незамедлительно и добавил: — Только пришли ко мне пару бойцов, мало ли что, опасаюсь я имперских телохранителей.

— Хорошо, пришлю, — отозвался я и переключился на другой канал: — Гамильтон на связь! Это Тор!

— Слушаю тебя, — старый разбойник ответил сразу.

— Вы где?

— На «Вандале».

— Своих эвакуировали?

— Да. Сейчас они на десантном транспорте «Ромм», рядом с твоим «орфеем», и готовы к нам присоединиться.

— Что дальше?

— Будем прорываться, и драпать, парень.

Судя по голосу, адмиралу было весело. Видать, Догоняй, молодость вспомнил. А мне, в отличие от него, было не до смеха, и я спросил:

— Как поведет себя космическая группировка возле точки гиперперехода?

— Она в нейтралитете.

— А орбитальные форты?

— Так же.

— А ваших десантников, кто заберет?

— Бойцы уйдут тем же путем, каким пришли. После чего разбегутся и затаятся на планете.

— Ясно. Отбой!

— Отбой!

Я отключился, и один за другим стали поступать доклады с боевых постов фрегата:

— Докладывает БЧ-4, нас вызывает линейный крейсер «Владимир Скороходов», на борту которого старший Харфагер! Противник приказывает нам обесточить движки и боевые системы, а иначе он откроет огонь!

— Докладывает БЧ-1, к взлету готов! Гости на борту! Десантная партия на борту!

— Докладывает БЧ-2, нас облучают лазерными целеуказателями! Наверняка, готовится ракетный удар! Прошу разрешения на включение системы помех «Пелена»!

Корабль был готов к взлету, и я, вздохнув, собрался, настроился на драку и стал отдавать приказы:

— БЧ-1, взлет! БЧ-2, включить «Пелену», поднять силовые щиты! БЧ-4, посылайте всех переговорщиков как можно дальше и готовьте к бою генератор импульсных радиопомех! Все, ребята, отныне мы вне закона! Идем на прорыв!

Кресло командира корабля приняло меня, и на голову опустился шлем, который давал виртуальную картинку всего, что происходило на фрегате и вокруг него. Я готов, а экипаж и подавно. Поехали!

Корпус «Забияки» вздрогнул, и он оторвался от поверхности. С бортов осыпалась пыль и мелкая строительная крошка. После чего фрегат поднялся над мусорным облаком, и наши противники оживились. Ха! Как-то очень уж легко я записал Харфагеров в противники, хотя ничего удивительного в этом нет — империя так и не стала для меня родной. Поэтому прочь ненужные мысли, ближе к делу.

Итак, что у нас? Харфагеры должны меня уничтожить — сейчас, наверное, последний шанс, который упускать нельзя. Это понятно и они считают, что, несмотря на поддержку «аргонавтов», прихлопнут «Забияку», одним шлепком. Да вот только у меня не обычный фрегат, а прорыватель блокады, который именно для таких случаев и конструировался. Так что шансы у нас очень хорошие и мы ударим первыми.

— БЧ-4, - произнес я, — цель линейный крейсер «Владимир Скороходов».

— Есть! — отозвался оператор генератора ИР. — «Скороходов» на прицеле! Расстояние три с половиной километра!

Я хотел сказать «Огонь!». Однако какой там огонь? Радиоимпульс глазом не виден. Поэтому я сказал просто:

— Бей!

По тактическим экранам проскочила информация о выстреле, и я включил внешнюю обзорную камеру. Грозный линейный крейсер, флагман контр-адмирала Андрея Харфагера, вздрогнул и потерял управляемость, а затем он накренился и носом стал опускаться к планете.

«Черт! — промелькнула у меня лихорадочная мысль. — Там же внизу многомиллионный город, а линейный крейсер отнюдь не легкая пушинка. Не дай боги, этот бронированный монстр сейчас рухнет вниз. Это же десятки тысяч трупов, которые будут на моей совести».

Впрочем, вырубить на борту «Владимира Скороходова» всю электронику нам не удалось. На боевом имперском корабле имелись дублирующие системы энергообеспечения и управления, и он выправился. Но меня это уже не интересовало. На пределе своих возможностей, фрегат вырвался в космос, а «аргонавты», которые не посмели открыть пальбу над столицей, последовали за нами.

«Неужели пронесло!? — подумал я. — Не может быть, чтобы все так легко получилось!»

— С поверхности планеты стартовало двадцать шесть самонаводящихся противокорабельных ракет класса «земля-космос»! — вторя моим мыслям, доложил командир «Забияки» капитан второго ранга Кутиков, краткая пауза и он добавил: — Линейные крейсера Харфагеров и аэрокосмические истребители покинули атмосферу и преследуют нашу эскадру!

Действительно, корабли старшего Харфагера, три линейных крейсера, а вместе с ними не менее сотни юрких аэрокосмических аппаратов, выскочили за пределы планеты, оказались на орбите и открыли огонь. Все правильно, в космосе можно не стесняться. Однако, что характерно, мощные орбитальные крепости, которых вокруг Ярги несколько, молчали и оставались в нейтралитете. И это замечательно, поскольку против них мы не продержались бы и минуты, слишком мощные там орудия и слишком много в орбитальных крепостях торпед, ракет и мин.

«Аргонавты» к подобному развитию событий, к погоне, готовились заранее и ответили. Две группы имперских кораблей без всякой жалости осыпали друг друга снарядами и ракетами, а «Забияка» в это время присоединился к транспортам и направился к точке гиперперехода. И может быть, мы ушли бы без единого выстрела, но часть юрких перехватчиков «сапсан», не обращая внимания на схватку гигантов, обошла свалку из больших кораблей и направилась к нам. Противник, скажу сразу, не очень опасный, однако истребителей было не менее сорока, и на вооружении у них куча мелкокалиберных ракет, а так же пара лазерных пушек. И если они навалятся на «Забияку» толпой, то смогут повредить мой любимый фрегат. А оно мне надо? Разумеется, нет. Поэтому я отдал приказ уничтожить «сапсаны» и «Забияка» встретил истребители всем, что имелось в наличии.

Батареи пучково-лучевых «химер» и шрапнельные орудия «вера» послали навстречу назойливым преследователям тучи свинцовых шариков и пучки высокоэнергичных протонов. Не зрелищно, но зато эффективно.

Один «сапсан» разлетелся на кусочки. За ним второй, а следом третий. «Забияку» поддержали транспорты, и когда истребители потеряли полтора десятка товарищей, они отвернули.

«Хух-х! — я выдохнул. — Пронесло!»

Да, мы выскочили, а вот «аргонавтам» пришлось нелегко. Ветераны 2-й бригады линейных кораблей вояками были превосходными, и ради своего любимого отца-командира Андрея Харфагера они могли выступить против любого противника. Поэтому линейные крейсера сражались, словно в реальном бою, жестко и не отступая. Однако ребята Гамильтона тоже профессионалы, и «аргонавты» понимали, что они делают, ради чего рискуют и кого спасают, так что рубилово на орбите вышло жестокое. Тяжелые болванки из разгонных орудий «орк» вылетали одна за другой. Термоядерные ракеты «гур», высокоскоростные торпеды, пучки высокоэнергичных энергий, шрапнель, снаряды и лазеры. В ход пошло все, и «аргонавты» имели шанс на победу, ведь их больше и они находились в более выгодной позиции. Но на стороне 2-й бригады, без «Владимира Скороходова», который так и не смог выбраться на орбиту, были истребители и наземные батареи ПКО. И все, что могли сделать «аргонавты», задержать мятежников, повредить их корабли и отступить.

В общем, все очевидно. Хочешь выжить? Тогда дерись или выкидывай белый флаг. Однако для меня схватка на орбите Ярги осталась позади, и я был доволен тем, что моему фрегату не приходится участвовать в сражении, в коем нам даже «Пелена» не помогла. А мне погибать не хотелось. Хм! Даже ради императора, за лечение которого взялся квалифицированный медтехник Пабло Бриан. Поэтому я следил за выводами нашего БИУСа, который анализировал происходящий бой и одновременно с этим голосом дублировал данные, сохранял спокойствие и думал.

— Линейный крейсер «Эдмунд Розенберг» получил повреждения. Прямое попадание в ходовой мостик! Корабль выходит из боя!

«Отлично! Первый успех парней Гамильтона», — отметил я.

— Эсминец «Сак» принял на себя основной удар противокорабельных ракет наземного базирования. Шесть попаданий. Эсминец разваливается.

«Жаль Эрмана с его ребятами, — я вспомнил добродушное лицо командира эсминца „Сак“. — Достойные люди… Были»…

— Потери истребителей «сапсан» семнадцать единиц, в основном от зенитной артиллерии «Елизара Кларка».