– Марго, ты сумасшедшая! – Флай с хохотом притянул меня к себе.
– А ты против? – Мне вопреки обыкновению даже не слишком хотелось вырываться из его объятий.
– Нет, что ты! Я исключительно «за»!
* * *
На деревню напали ночью. Внезапно, без предупреждения, без объявления войны. Совершенно безмолвно, но четко и организованно. Смутные, как полуночные тени, захватчики врывались в дома. Их движения казались смазанными и нечеловечески быстрыми, будто во сне.
Ксанке даже показалось, что это и есть сон.
Ну да, задремала сидя у окна, с кем не бывает. Если каждую ночь сидеть, напряженно вглядываясь в лесную тьму за околицей, еще и не такое привидится.
Во дворе хрипло взвыла собака… И этот вой словно пробил невидимую стену между сном и явью. В ночную оторопь ворвалась какофония звуков: звон разбитого стекла, женский крик, лязг металла, топот подкованных сапог по выложенной камнями тропинке. Дверь распахнулась с такой силой, будто с той стороны в нее ударили по меньшей мере тараном. Видимо, нападавшие рассчитывали на то, что придется выламывать засов. Зря старались – в этом доме не принято было запираться на ночь.
Трое в зеленом и черном – стройные, гибкие – ворвались в комнату, потрясая оружием, и замерли в нерешительности, обнаружив, что никто и не думает сопротивляться. Одинокая девушка у окна – разве же это противник? Ее и убивать-то не обязательно – можно просто развлечься да бросить в разграбленной деревне. Выживет – не страшно, а помрет – не жалко.
Так подумала Ксанка, и так же, видимо, решили непрошеные гости. Первый не глядя вбросил меч в ножны и с нехорошей ухмылкой направился к девушке. Остальные последовали за ним. Почему-то медленно-медленно… Как во сне…
Ксанка подпустила их поближе. Дождалась, когда пальцы в черной перчатке попытаются ухватить ее за запястье… и резко вскинула руки вверх. Ладони охватило голубоватое сияние. Внезапный и чуждый порыв ветра разметал мужчин в стороны, а девушка бросилась бежать.
– Ведьма! Матерь лесная, ведьма.
Стрела свистнула у самого виска. Еще бы чуть-чуть, и…
– Не стрелять! Ведьма живая нужна!
Куда бежать? Только не по дороге – догонят. В лес, и затаиться там, спрятавшись под какую-нибудь корягу? Может, повезет, и не заметят.
Если бы было хоть чуточку потемнее… До новолуния осталось лишь несколько дней, серебристый месяц совсем истончился, но все равно слишком светло – видно каждую травинку, не то что девицу в белой сорочке. А преследователей много, слишком много, и всем глаза не отвести.
– Стой, ведьма! Стой, если жить хочешь!
Она бы не остановилась, нет. Но нога внезапно провалилась в ямку, коварно спрятавшуюся под контрастной ночной тенью. Кто постарался – дикий крот или просто собака какая разрыла? К чему теперь гадать…
Падение… Больно не было. Во сне никогда не бывает больно, а это был просто сон. Из тех, когда ты точно знаешь, что спишь, но никак не можешь проснуться.
Ксанка отрешенно наблюдала, как ее окружают черно-зеленые силуэты. Не какие-то случайные разбойники, а самые настоящие солдаты. Эльфийские. Значит, остроухие все-таки перешли рубеж. И теперь начнется война. Или уже началась? До маленькой деревни на берегу Граничной новости всегда доходили медленно. Если вообще доходили.
– И не вздумай рыпаться, ведьма.
Вся ее вина состояла в том, что она ведьма. Или это, наоборот, счастье? В отличие от других ее не убьют, не изнасилуют. Просто свяжут, отведут к начальству… А там будь что будет. Главное – выжить.
– Ты слышишь меня? Только попробуй выкинуть какой-нибудь фокус, поняла?
Конечно, поняла, чего же тут не понять. Предонские эльфы говорят на том же языке, что и люди. Истинный эльфийский давно уже мертв. Его помнят разве что врачи, законники… да ведьмы.
– Я не буду сопротивляться. Я сдаюсь. – Голос хриплый, будто чужой. Это не от волнения; она уже и не верит, что он когда-то был другим. Но слух царапает каждый раз. – Делайте со мной все, что хотите.
– Умная девочка. Знаешь, что тебе не справиться с нами.
Не справиться. Их слишком много, а ведьмы не всесильны.
Зачем она вообще убегала? Зачем тратила силы, играла с судьбой? Ведь с самого начала было понятно, чем это все закончится.
Наверное, потому, что это всего лишь сон. Тяжелый предрассветный сон, после которого можно не проснуться.
Глава 10
КТО ХОДИТ В ГОСТИ ПО УТРАМ…
Давненько мне не снились кошмары. Скажу больше – они мне почти никогда не снились. Впрочем, этот сон недельной давности не являлся кошмаром в полном смысле слова. В нем не было совершенно ничего страшного. Но зато была Ксанка. И от того становилось и жутко, и тоскливо… и стыдно.
Стыдно потому, что я почти не вспоминала о ней в последнее время. Ни о ней, ни о родителях… Я запретила себе думать о них, гадать, предполагать, на что-то надеяться. Я практически поверила в то, что я – Марготта айр Муллен, племянница начальника внешней стражи Тангара. Казалось, что Предония, военная академия, Флай и Кьяло, фехтование, окно с видом на залив – все это было всегда. Единственная ниточка, соединявшая меня с прошлым, – Глюк стоял на конюшне, и я все реже находила время, чтобы зайти к нему в гости.
Даже дневник я вела теперь на предонском. Так было проще.
Да, это существенно облегчало его чтение тем, кто мог случайно или специально на него наткнуться. Но я все же надеялась, что этого никогда не произойдет. Правда, тайник под кроватью очень скоро перестал казаться мне надежным, и теперь я всегда таскала записи с собой в сумке. Так их, по крайней мере, в случае какой-нибудь непредвиденности, всегда можно было сжечь. Пусть даже и вместе с сумкой.
Да, пачка бумаги к этому времени была уже достаточно толстой и весила прилично. Но мы же не ищем легких путей, мы из тех, кто спит стоя, в гамаке и в противогазе!
Короче, я как раз запихивала в сумку листок с описанием сна, когда в дверь деликатно постучали.
– Кто там? – лениво поинтересовалась я. А, кстати, действительно кто? Явно же не мои ребята. Те никогда так вкрадчиво не стучат. Они вообще не стучат. Сразу долбят так, что стены замка содрогаются от подвала до чердака.
– Княжна, откройте, пожалуйста. Нам надо поговорить.
Понжер? Под дверью моей комнаты? В шесть утра? Такого на моей памяти еще не случалось!
Я подлетела к дверям, мысленно перебирая все причины, которые могли занести сюда главу академии, да еще в такую рань. Опять кого-нибудь убили? Так это не ко мне, это к Хозяину… Упс!
– Что-то с дядей? – с порога набросилась я на ректора.
– Нет, с чего вы взяли? Насколько я знаю, он жив и здоров. Простите, можно войти? Не хотелось бы разговаривать в коридоре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
