Через несколько минут вещи были погружены, и робот повел аэрокар к дому. И тут Поллихэну внезапно пришло в голову, что полицейские как будто ждали его звонка! Почему они так быстро поверили его безумному сообщению и даже ничуть не удивились? Почему дежурный не попытался перепроверить его слова, походившие на бред сумасшедшего?
И Центор с леденящим душу ужасом осознал, что скорее всего робот-дежурный ожидал услышать о роботе-преступнике! Центор Поллихэн не хотел даже догадываться, что это могло значить! Нет-нет, надо поскорее избавиться от этих ужасных мыслей! Ему по вкусу спокойная, тихая жизнь. Хватит того, что он решился обратиться в полицию, что само по себе неприятно.
– Срочный вызов! – Слова слетели с губ старшего полицейского Мэлдора чуть ли не раньше, чем на панели вспыхнула сигнальная лампочка. «Годы тренировок! – подумал он походя. – Приучаешься действовать, и действовать так, как надо, даже если еще не уверен, что в самом деле что-то стряслось». Не отвлекая младшего полицейского Люшер от управления аэрокаром, Тензо пробежал глазами текст сообщения, выискивая ориентиры, к которым надо лететь. Не стоит загружать девочку ненужными подробностями, пока она за рулем.
– Что там, Тензо?
– Робот-преступник, направляется на север, к Авроре, из района между Авророй и Солярией. – Мэлдор сверил направление и расстояние: – Курс ноль сорок пять!
Но аэрокар уже закладывал вираж, разворачиваясь к северу. Мирта сама успела просчитать курс. Мэлдор не мог не признать, что его напарница – прекрасный пилот. Всегда знает, над какой частью города они находятся и как попасть куда нужно.
– Черт побери, Мэлдор, что еще за робот-преступник? Значит, эти дрянные сплетни – правда?!
– Знаешь, слухи ходят не только среди полицейских, – мрачно отозвался Мэлдор. – Если об этом узнали гражданские, они здорово обделались от страха, и я, между прочим, их не виню. Народу теперь на каждом углу может что угодно померещиться!
– Чудненько! Правда, нам от этого не легче. Готовься, через десять секунд будем над целью!
Центор Поллихэн не мог поверить в то, что случилось. Он встретился – и даже разговаривал – с сумасшедшим роботом! Ему удалось наконец найти объяснение этому кошмарному случаю. Почти подсознательно Центор уже прокручивал в уме, как и когда сообщит новость своим знакомым, естественно, чуточку преувеличив собственную смелость и проницательность. Правда, сейчас, наверное, звонить им не стоит. Он еще не избавился от некоторой досадной нервозности. Это, конечно, из-за звонка в полицию. Может, для кого-нибудь позвонить в полицию – все равно что высморкаться. Но Центор Поллихэн в жизни не совершал более смелых поступков, а потому безо всякого стеснения смаковал свой невиданный подвиг.
«Но пора возвращаться к действительности», – немного неохотно напомнил себе Центор. Пора приказать роботу лететь домой, пора успокоиться, вернуться к тихой, привычной, нормальной жизни. Он уже представлял размеренный, утонченный обеденный ритуал, всегда с одним и тем же меню, с одной и той же сервировкой стола, всегда в одно и то же время. Его роботы знали, насколько важны для хозяина такие приятные мелочи. И робот-пилот наверняка уже связывался с домашней прислугой и напомнил ей о следующем пункте в распорядке дня. Роботы проследят, чтобы до конца дня все шло еще размеренней и благообразней, чем всегда. И воспоминания о том, что Центору сегодня довелось пережить, выветрятся сами собой.
Несмотря ни на что, у него есть теперь что порассказать приятелям. «Центор схватился с сумасшедшим роботом!» Он представлял, какой поднимется шум среди людей его круга после такой вот истории! На несколько секунд Центор полностью отрешился от действительности, погрузившись в мир своего воображения. Он представлял, как будет об этом рассказывать, каким ужасным и невероятно опасным был робот и как ловко с ним разделался бесстрашный Центор… Думать об этом было чертовски приятно, и Центор почти совсем успокоился. Он попробовал сочинить продолжение, представить, что могло произойти с этим сумасшедшим роботом.
Но тут в его мечты вмешалась действительность. Мимо молнией пронесся небесно-голубой аэрокар и стремительно пошел на посадку. Центор с открытым от удивления ртом проследил за ним взглядом. Полицейский аэрокар! А вон – еще один, и еще, и еще! Они летели со всех сторон и, почти не снижая скорости, резко заваливались на правое крыло и ныряли вниз. Один или два скользнули даже под самой машиной Центора, нарушая все мыслимые правила безопасности движения!
Внезапно до Поллихэна дошло, что его собственный аэрокар неторопливо летит прямо на север, к бульвару Авроры – как раз туда, куда побежал ужасный робот! Центор глянул вниз через лобовое стекло, и внутри у него похолодело. Здесь собралось целых четыре патрульные машины – две уже приземлились, остальные выделывали в воздухе такие пируэты, что страшно смотреть! И Центору даже показалось, что он заметил краем глаза красного робота, который все еще быстро бежал на север.
Аэрокар Поллихэна задрожал и накренился, захваченный вихрями, которые подняли полицейские кары. Поллихэн ничуть не был похож на любителя острых ощущений. От этой тряски мгновенно развеялось все любопытство и мечты о грядущем удовольствии. Ему больше не хотелось и думать ни о какой полиции, ни о каком роботе.
– Поворачивай! Поворачивай, идиот! – закричал он срывающимся голосом. – Поворачивай и гони отсюда подальше!
Голос Центора так дрожал, что робот без слов понял значимость приказа. Он мгновенно заложил крутой вираж, от чего машина буквально встала на крыло, и рванул с максимальной скоростью вниз. Аэрокар скользнул между двумя высокими башнями, с ревом промчался почти над самой улицей, перепугав прохожих. Центор изо всех сил впился скрюченными пальцами в подлокотники кресла и весь покрылся холодным потом. Наконец машина немного сбросила скорость и чуть задрала нос, набирая более благоразумную высоту.
Поллихэн сидел ни жив ни мертв, сердце бешено колотилось, дыхание срывалось. А аэрокар неспешно летел в сторону дома.
Все, с него хватит! Это уже слишком! Если все так называемые острые ощущение таковы, то Центор Поллихэн наощущался за сегодня на всю оставшуюся жизнь! Жизнь должна быть спокойной, размеренной, разумной! И все должно оставаться таким, как есть, – уравновешенным, тихим, надежным. Непокорные роботы? Сумасшедшие лихачи-полицейские? Этому кошмарному хаосу не место в его жизни! С этим надо что-то делать.
Подобные мысли неожиданно взбодрили Центора. Он понял, что ужасная неопределенность и хаос никуда не денутся только оттого, что ему, Центору Поллихэну, это не по нраву. Что же предпринять? Написать жалобу Правителю? Собрать всех здравомыслящих людей, которые хотят всего лишь, чтобы их оставили в покое и не мешали жить, как они привыкли? Сколотить из самых спокойных и мирных граждан Инферно разбойную группировку вроде этих кошмарных Железноголовых? И настоятельно потребовать, чтобы прекратились эти безобразия и жизнь вернулась в нормальное русло?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
