Читаем без скачивания Союз нерушимый - Влад Савин

И еще один момент — уже из другой книги. Власть — это не те, кто правят днем, это те, кто правят ночью. Мы можем сейчас к России не то что Донецк и Харьков, а хоть Тегеран присоединить (благо, хорошо там стоим). Но если местное начальство, судьи и милиция будут выполнять не наши распоряжения, а приказы "тех, кто приходит ночью" — на дерьмо изойдут все эти присоединения.

Как с этим бороться? Как ни странно, в основном — по закону. Люди должны привыкнуть, что милиция и суд их действительно защищают. В этой мафиозной схеме, если вместо продажного судьи будет обычный скучный человечек, который отправит насильников и убийц в тюрьму — "дон Корлеоне" попросту не нужен. Нет ему работы. Украинцы, русские, татары, казахи и прочие там корейцы должны привыкнуть к простой мысли — "дневная" власть сильнее "ночной". Достаточно просто сдать "тех, кто приходит ночью" куда надо — и ты будешь защищен. Тебя никто не тронет, а их — публично осудят и посадят. Публично — очень важно показать, что эти люди слабее нас. Тайные операции и убийства — этим тоже придется поначалу заниматься, но идти на поводу у "пришельцев" не стоит — некоторые из них готовы, право, расстреливать и убивать массово, всех, кто "выше тележной чеки" и "родину не любит". Нет, пока не наведен должный порядок, и в мирное время нужны будут "спецотряды МСМЧ", аналог тамошнего ОМОНа, с довеском, "обнаружить, уничтожить" на месте и без всякого суда беглых зеков, бандюганов, и прочую сволочь, прежде всего конечно, в пограничье и глухих местах, где "закон — тайга, медведь — прокурор". Но боже упаси этим увлекаться — получим в итоге латиноамериканскую страну конца шестидесятых, вот не помню, Бразилию или Аргентину, где говорили "если на вас ночью нападут грабители, ни в коем случае не кричите, могут услышать полицейские". Чрезвычайщина должна быть строго в узде — вот не поймут даже эти, из будущего, что мирное и военное время, это совсем разные вещи! А в итоге, закон должен быть выше всего, и никакой прочей власти быть не должно по определению!

Как этого добиться? Хм… Пономаренко в два движения умял довольно здоровый бутер с бужениной, запил привычно горячим чаем (спасибо все же девчонкам-секретаршам!), и как-то даже слегка подобрел.

Да нет на самом деле никаких секретов. Обычной, рутинной ежедневной работой будем добиваться. Не справляющихся менять на справляющихся, отлаживать работу суда и милиции, плотно курировать школьное образование, и вообще — даже в той истории к 1991 году осталось, по признаниям иных украинских наци, всего несколько миллионов, говоривших на "настоящем украинском" языке людей. Даже в несостоявшемся уже будущем, где весь советский период шла насквозь искусственная украинизация вполне русских земель, украинский нацизм сошел практически на нет. И возродился по причинам строго социально-экономическим — тут с Хозяином во всех отношениях нельзя не согласиться. И потому нельзя, что он прав, и потому, что ИВС самую малость обозлился. Нового 37го года ждать, пожалуй, не стоит, но за языком следить надо. Может и наказать.

Пономаренко горько усмехнулся. А знаете, какое самое страшное теперь для него будет наказание? Да одно-единственное: прежняя судьба. Когда, после смерти Сталина, Пантелеймон Кондратьевич стал… как это у Юлиана Семенова: есть два типа послов. Чрезвычайный и полномочный — и посол в задницу. Вот именно "послом в задницу" Пономаренко и сделали после смерти ИВС — причем, надо думать, не без участия Берии, нынешнего союзника, кстати говоря. В одной лодке плывем, в одном тазу, как те три мудреца, выгребаем.

Вот это страшно сейчас. Ошибешься, промахнешься, не сработаешь как надо — и Сталин в тебе просто разочаруется. Решит, что ты не тянешь. Поставит на твое место другого — а тебя зашлет послом в какую-нибудь дыру, где ничего не происходит! И будешь ты вместо спасения страны, вместо исправления того, что очень бы хотелось исправить — только что не костер из кизяк разжигать. А так многое сделать хочется, и ведь не для себя, что самое обидное. А для страны. И чтобы ушли эти сволочные сны, что стали сниться после общения с "пришельцами".

Дурацкие сны о бомбежках Донецка — и не немцами, не фашистами, а вполне русскоговорящими людьми. Этого не было в рассказах ухорезов Большакова, с которыми больше всего по должности общался Пономаренко — но, по словам Сталина, это вот-вот должно было состояться, все признаки на это указывали. А что дальше? Каратели вроде этого урода Кука на Кубани?

Впрочем… впрочем, положа руку на сердце, Украина — это еще не главная головная боль. Еще и потому он настоял послать туда нашу дорогую Анечку — пусть учится, растет, не все же ей на Севмаше сидеть? Головорезов и боевиков в общем хватает, головой работать некому — точнее, все мало-мальски надежные уже заняты на других участках. Вот Средняя Азия, Кавказ и Закавказье обещают быть такой лютой головной болью, что хоть стой, хоть падай. И бросать их нельзя — это огромные богатства в земле и на земле, это путь на Ближний Восток. Там будет решаться будущее нашего мира. А Украина — Украина должна всего лишь стать надежным тылом. И она им станет…

Ночь на двадцать второе июня. Ровно три года назад началось. Слава товарищу Сталину и Великой Победе, сейчас можно спать спокойно — за отсутствием тех, кто мог бы на нас внезапно напасть! США на Тихом океане увязли, англичане в одиночку план "Несбывшееся" никак не потянут, без немецкого пушмяса, японцы, да не смешите — они в сорок первом не рискнули, теперь точно, не идиоты же? Или турки, которые судя по донесениям разведки, не успокоились — общество у них возникло, "Серые волки", в большинстве из армейских офицеров, с идеями как у "Великой Германии" после той войны, или у французов перед ней же, "вернем Эльзас-Лотарингию", тьфу, Проливы и Армению, на уровне национального психоза, пока не сказать, что они там сильно авторитетны, президент Иненю тоже не дурак и понимает, что будет, если СССР по-настоящему разозлить. Но хватило же у него наглости потребовать разъяснений, на каком основании мы поддерживаем курдских повстанцев? И Лондон тоже спрашивает, "что банды вождя Барзани делают на исконно турецкой территории, поддержанные советскими инструкторами и оружием", а британская армия в Басре готовится к броску на север, освобождать Ирак от курдов, как только мы оттуда уйдем, и в Иране что-то нездоровое намечается, на юге концентрация английских войск, как даже против Роммеля не было — Индию собираются от японцев отбивать, или на Тегеран идти, нас сменяя? Но все это проблемы — точно, не архисрочные, до утра подождут.

А ведь утро уже и есть! Начало четвертого ночи, двадцать второго. Всеобщая привычка, как Сталин допоздна засиживается, так и наркомы все на местах, а вдруг позвонит? Обед правда с шести-семи до девяти, вечера, можно даже в театр сходить, а после, до полуночи, в кабинете. А в соседней комнате и удобный кожаный диван готов — нередко случалось тут и ночевать, в войну, прямо на рабочем месте. И сейчас, похоже, это предстоит — сделать еще пару записей, и на боковую. Все эти дурные беспорядочные мысли — надо еще уложить в конкретные предложения и меморандумы, но уже не сейчас. Здоровый сон, знаете ли — великая вещь.

Спать не получилось. Звонок по ВЧ, и Анин голос в трубке — кажется, она удивилась, услышав вместо дежурного самого Пономаренко, но доложила коротко и четко, даже слишком коротко. "Красный рассвет, даже багровый, не такой как должен быть, отправляю самолет, все в рапорте, и пятисотые, один 501й, я остаюсь, Брюс со мной, мне пока зелено". И все!

Сон как рукой сняло. Что произошло в Киеве, если Аня решила отправить в Москву самолет особой эскадрильи, который Пономаренко своей властью придержал в Борисполе как раз на случай экстренной эвакуации — если бы все было в норме, Лазарева должна была возвращаться обычным рейсом ГВФ? И "цветной" код — красный сам по себе уже знак тревоги, но нештатно добавлено еще и "багровый", для усиления. Слово "рассвет" могло бы быть просто для оправдания "красного", но нет, во-первых, Аня не стала бы употреблять для этого обозначение между своими Главной Тайны, а во-вторых, "не такой как должен" — значит, что-то пошло не так, как было в той истории? Все в рапорте — значит, даже по сверхзащищенному от прослушивания каналу ВЧ нельзя сказать, в чем же дело? А "груз 500", так здесь отчего-то стали обозначать пленных, причем иногда, с градацией: совсем никчемных называли "510", а самых важных "501". Лазарева там что, самого Кириченко арестовала? Имея четкий приказ, не вмешиваться а лишь посмотреть? Но вроде она показала себя прежде, вполне разумным человеком, организатором, руководителем — и никогда бы не стала действовать импульсивно. Значит, там действительно произошло что-то экстраординарное, причем такое, что сведения даже спецсвязи не доверить.

Будь только рапорт, все было проще — отправить порученца на аэродром, забрать пакет. А что с пленными делать? Решаем вопросы по мере поступления! И кстати, один час все же можно и поспать — чует сердце, что завтрашний день будет ну очень веселым!