Читаем без скачивания Из мухи получится слон - Дарья Калинина

— Я бы предпочла столкнуться с кем-нибудь из компании Амелина, чем с охраной, — шепнула Наташа, и я прекрасно поняла ее чувства.

В самом деле, встреть мы охрану, и нам было бы трудненько объяснить им свое присутствие здесь, а с компанией Амелина можно было не церемониться. Они могли находиться здесь только нелегально и должны были поэтому избегать любого шума, который мог их выдать. Стало быть, они бы нас не рискнули ликвидировать, ведь мы бы энергично запротестовали, а от сопротивления всегда много шума.

Тем временем мы вышли в центральную часть библиотеки. Это заняло у нас больше десяти минут и, честное слово, произошло само по себе, без какого бы то ни было моего вмешательства, потому что шли мы наугад. Но вот уже впереди маячили журнальные залы, а следовательно, там поблизости был и читательский вход, возле которого находился милицейский пост. Обитателей последнего требовалось избегать всеми силами. А значит, расстояние в радиусе десяти метров около поста представляло для нас зону повышенного риска. Мы с почтительной осторожностью обогнули ее и даже не стали любопытствовать, там ли охранник. Потом поднялись по лестнице на второй этаж. Пока все было спокойно. Пройдя по каталогу, вышли ко второй лестнице, по которой нам предстояло спуститься, чтобы приблизиться к местам, где находились наиболее ценные экземпляры книгопечатания. И где, как я считала, могут находиться преступники, если они вообще здесь. По пути нам попадалось много дверей, но все они открывались в обе стороны и не были снабжены замками. Можно было только благословить того человека, который придумал такое оригинальное и удобное для взломщиков всего мира устройство дверей. Это же сколько труда и времени он сберег грабителям! Просто умилительна такая забота о ближних своих.

— Ты найдешь обратный путь? — тревожно спросила Наташа.

— Найду, не волнуйся, а лучше прислушайся. Ты не слышишь никаких подозрительных звуков?

— Какие звуки тебе покажутся подозрительными?

— Ну, например, звук взрыва, треск выдираемого с мясом замка, вой сирены или что-нибудь в этом же духе, — с иронией сказала я.

— Нечего идиотничать, — возмутилась в ответ Наташа.

— Ну раз не слышишь, тогда придется идти наугад. Авось набредем на наших знакомых, — грустно сказала я. — Но все-таки мне тревожно.

— Не сомневайся. Я их чувствую.

— А в каком месте здания ты их чувствуешь?

— Не разберу, — не поняв моего сарказма, серьезно ответила Наташа.

Я подивилась про себя такой выборочности ощущений и молча проследовала под темные своды очередного зала. Электричество во всем здании было, конечно, заботливо погашено, и нам приходилось довольствоваться светом, который проникал с улицы, но его было явно недостаточно для наших целей. Да и то ничтожное количество света, что проникало лишь в комнаты с окнами, а во внутренних коридорах и залах безоговорочно властвовала тьма. А в ней прятались различные предметы, которые отличались острыми и многочисленными углами. Будучи, видимо, по своей натуре общительными предметами, они лезли нам под ноги и дружелюбно толкали нас в бока, головы, локти и другие части тела. Это было тем более странно, что ни я, ни Наташа не стремились к физическому контакту, но при этом постоянно натыкались на них. И скоро покрылись синяками.

Пользоваться зажигалкой я остерегалась, боясь привлечь к нашим передвижениям внимание посторонних. Чтобы не выдать свое появление в недрах библиотеки врагам раньше времени, мы сняли ботиночки и передвигались исключительно на цыпочках. Ступать старались по возможности тише, но не слишком преуспели в этом.

— Ты топаешь, как целое стадо слонов, — сообщила мне Наташа.

— Сама такая, — беззлобно огрызнулась я.

Разулись мы еще в самом начале пути, как только позволили атмосферные условия. Держа в руках облепленные подвальной грязью и снегом дворика ботинки, мы тихонько спустились по лестнице и услышали слабый, очень слабый звук, который смахивал на стон. Звук длился всего долю мгновения, и мы не успели определить месторасположение его источника. Но одно становилось ясно — рядом с нами был кто-то еще.

Мы стояли на площадке, неплохо освещенной уличными огнями. В нашем распоряжении имелось три двери, в которые мы могли войти. В столовую, в отдел эстампов и в редкую книгу. Первую мы дружно отвергли как малоперспективную. Даже Наташа с ее чудесным воображением не смогла представить, что кто-то забрался в пустую столовую, там наскоро перекусывает и постанывает при этом. Оставшиеся две двери были одинаково привлекательны. Но времени на обдумывание следующего шага у нас не оказалось, потому что наверху раздались громкие и уверенные голоса, которые неуклонно и стремительно приближались к нам. Наташа метнулась к левой двери.

— Не туда, — прошипела я, ухватив ее для верности за рукав, — лезь скорее за стойку и не рассуждай.

Буквально в последнюю секунду я запихала ее туда и нырнула за ней следом. Стойка, которая была снабжена углублением для ног, наподобие грота, куда мы и забились с сильно бьющимися сердцами, была объемной и высокой. Она надежно укрывала нас целиком.

— Как в домике, — шепнула Наташа в полном восторге.

А голоса становились все громче. Уже различались некоторые отдельные слова, смысл которых ускользал пока от нас.

— У них и фонарик есть, — тихо восхитилась я.

Прыгающий свет выхватывал отдельные фрагменты убранства комнаты. Дрожа, он перебегал с одного места на другое. Он осветил и то небольшое пространство за нами, которое отделяло стойку от окна. На нас свет не упал, и даже тень, в которой мы укрывались, стала вроде гуще. Но шаги приближались к нам.

«Неужели они перелезут сюда? Тогда мы пропали», — подумала я про себя и постаралась сжаться в совсем малюсенький комочек.

— Хватит тебе усердствовать, — раздался сочный баритон прямо над нашими головами и спас нас.

— Ты не понимаешь, — ответил ему другой голос, более сиплый, — сегодня ночью возможна попытка ограбления. Нас специально начальник предупредил. Чтобы мы, значит, не расслаблялись. Ведь и обходов будет не два, как обычно, а четыре.

— Четыре? — не поверил другой голос. — Когда же спать?

— Ну хотя бы три, — сжалился сиплый голос.

— И двух бы хватило. Мы пожарные, и грабежи не по нашей части. Пусть у милиции голова болит.

— Не беспокойся, они тоже сегодня спать не будут.

— Хм-м-м, — с сильным сомнением в голосе хмыкнул первый.

— Ну, обещали не спать.

— Пообещать можно все, что угодно.

— Нет, они сегодня на взводе. Сделали уже два обхода, хотя время-то сейчас детское, всего второй час.

Выдав эту информацию, как будто по нашему заказу, двое удалились медленными шагами в сторону редкой книги.

— Вылезаем? — дернулась Наташа.

Я в этот момент быстренько прикидывала сложившуюся ситуацию. Она меня не очень радовала. Что и говорить, она была одинаково неблагоприятна как для грабителей, так и для нас. Путь назад представлялся мне не менее рискованным, чем движение вперед.

— За ними, — скомандовала я, рассудив, что идти за пожарными будет безопаснее, чем кружить наобум, рискуя наткнуться на одинокого охранника. И мы пошли за пожарными, правда, совсем немного прогулялись с ними, только до ближайшего поста милиции. Пост находился уже после отдела редкой книги. Так что волей-неволей пришлось вернуться к этому отделу. Не идти же вместе с ними к милиции в гости.

— Предлагаю остаться здесь. Очень удобное место для засады и для отдыха, — сказала Наташа, показывая на плотные шторы, прикрывающие окна.

Поскольку у меня возражений не нашлось, мы остались. Спрятались за тяжелой тканью, кем-то удачно повешенной, видимо, в расчете на то, что мы появимся тут. Прошло полчаса, потом сорок минут, а потом я почувствовала, что если просижу неподвижно еще хоть одну минуту, то умру. Все тело затекло и онемело. Из окна открывался превосходный вид, но немилосердно дуло. Хотелось спать. Наташа зевала так, что я боялась, как бы она не вывихнула челюсть. Ожидание явно затянулось и перестало себя оправдывать, потому что происходить ровно ничего не происходило.

— Вероятнее всего, они выбрали другое место для ограбления. Мы не там сидим. Есть же в библиотеке еще места с ценными книгами, на которые тоже могут польститься грабители?

— Сколько душе угодно. Проверим их?

Не знаю, чем была занята моя голова, когда я предлагала такое. Единственное, что меня хоть как-то оправдывает, было то, что, сидя в засаде в нише окна, я задремала. Учитывая позднее время, в этом не было ничего удивительного. Спросонок я всегда слегка торможу и могу согласиться практически на любое самое абсурдное предложение. Обычно я тут же снова засыпаю и про обещанное благополучно забываю, но сегодня заснуть мне не удалось, а значит, следовало выполнять обещание. Я протянула руку к портьере, готовясь отдернуть ее в сторону, и вдруг замерла.