* * *
…А пока что возвращался один я.
Почему именно в Питер, а не сразу в Москву? Да потому же, как и в прошлый раз, — ради безопасности. С «косогоровцами» я пока не списывался, так что не знал, как теперь обстоят дела. И мог лишь надеяться на мужество своих друзей и расторопность компетентных органов.
Кстати, надо будет в кои-то веки написать Косте. Вот только багаж получу…
Вышел из самолёта, добрался в толпе пассажиров до терминала Пулково-1, отстоял очередь у транспортёра, подхватил свой рюкзак и развернулся было, чтобы пойти к выходу и поймать такси, как вдруг…
— Ребята, а вы как тут все оказались? — спросил через пару минут, когда меня наконец перестали обнимать, хлопать по плечам и отпустили.
У троицы встречавших меня прямо здесь стартаперов морды были хитрющие и донельзя довольные, будто они только что, прямо перед моим прилётом выиграли миллион в лотерею.
— Ну мы же, блин, знали, как ты в прошлый раз прилетал, ты нам сам рассказывал, — смеясь, ответил Костя, на лице которого теперь не было двухнедельной щетины; значит, дела обстояли лучше, чем я ожидал. — Вот мы и подумали, что в этот раз ты поступишь так же. Тем более, что мы тебе не сообщали ни о чём, что произошло после твоего отъезда.
— Ну-ка, ну-ка? Заинтриговали. Что случилось-то? — поинтересовался я, поправляя лямку рюкзака на плече.
Костя и Соня переглянулись (Гордей просто стоял рядом, как будто вернувшись мыслями к своей технике), и бухгалтер нашего маленького предприятия, вздохнув, сказала:
— Семёнова арестовали. Вместе с главой охраны, который, кстати, по указке начальника и мутил нам воду. На нас кто-то хотел напасть в хостеле, где мы временно поселились… так вот, это Назимов — этот самый подручный Семёнова — его и нанял. Но после этого, видимо, решил выйти из игры, которую ему навязали. Несколько дней назад Семёнов смог-таки выманить его на встречу, и Назимов, похоже, собирался его там убить. Но как раз тогда обоих и повязали. В общем, всё на нашей стороне, доказательства более чем убедительные. В конце месяца суд, и я уверена, это дело будет за нами.
— Ясно. А что с тем контрактом, который вы подписали с Семёновым?
— Подали иск, чтобы признать его недействительным, — пожал плечами Костя. — Думаю, с этим проблем тоже не возникнет. Ну что, пошли? Когда там у нас поезд-то отправляется?..
— Погоди, а что с приложением? — спросил я, когда мы всё же двинулись вчетвером к выходу. — Есть перспективы? А то я ТЗ уже сколько не получал…
— Ой, да всё, — махнул рукой Костя, открыл дверь с большим встроенным стеклом и первым из нас вышел в облачное ингерманландское лето. — Баги я по отзывам все пофиксил, да и приборов мы зачем-то сразу бахнули полный комплект… Даже обновлять теперь, наверное, надо будет лишь в мелочах, адаптируя под новые марки… Автомобили разве что подключить, но это будет уже совсем другой уровень…
— Ну и наплевать, — сказал я и улыбнулся. — Думаю, «умный дом» можно пока отодвинуть на второй план. А насчёт автомобилей у меня есть другая — но, по-моему, не менее классная идея.
* * *
Воскресенье, 14 августа, Подмосковье
Мы стояли рядом, облокотившись на невысокий бортик, и смотрели на то, как мимо нас проносятся прокатные карты.
Небо было пасмурным, но дождя вроде не обещали. Дождь я любил, но ещё больше мне нравилась именно такая погода, которая обычно настраивала меня на задумчивый и меланхоличный лад.
Впрочем, как и сегодня.
По левую руку от меня стоял Игорь — мой прежний гоночный инженер, с которым мы вместе прошли предыдущий сезон от начала и до конца. Я так думаю, именно он был рад больше всего, что меня взяли в «трёшку», — ведь мы этого добились в том числе и при его участии.
Ну а сейчас…
— Сам-то что тут делаешь? — спросил я, когда очередной карт промчался около бортика, обдав нас порывом прохладного ветра, и усмехнулся: — Вряд ли присматриваешь кого-то мне на замену…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Так я ещё в конце того года из «SMP Racing» ушёл, — ответил Игорь, глядя через затемнённые очки-«авиаторы» не на меня, а вдаль, на другой конец картодрома под открытым небом. — А так как гонки — по сути, единственное, в чём я смыслю, то вот, устроился инструктором в школу картинга. А ты сюда, наверное, по объявлению приехал, да?
— Ну да, увидел в сети пост, что тут будет что-то вроде любительского кубка, и решил, так сказать, тряхнуть стариной и покататься. — Фыркнул себе под нос, махнув в сторону трассы: — Вот где настоящие табуретки на колёсах-то…
— Ты так говоришь, потому что на них, в отличие от болидов, ни разу не побеждал, — улыбнулся краем рта Игорь. — Спешу огорчить: к нашим соревнованиям не допускаются те, у кого есть лицензия. Так что поездить сегодня у тебя вряд ли выйдет… Как сам вообще? Слышал, ты в Бельгии три подиума подряд взял…
— Было дело. У нашей команды вновь появился реальный шанс побороться в двух основных зачётах за первое место. Теперь всё будет зависеть от того, как мы проведём следующие этапы. Но я чего-то волнуюсь. Трассу Спа я хорошо знал по играм и отчасти поэтому там хорошо выступил. А вот как дальше, — вздохнул, — не знаю. В медленных поворотах я до сих пор очкую…
— Знаешь, — сказал Игорь, — я тут недавно пересматривал то аниме про гонки, которое ты мне в прошлом году посоветовал. И мне там запомнилась одна фраза… точно не скажу, но примерно так: «Когда бороться становится труднее, прежние привычки начинают мешать». Думаю, дело в этом.
— В смысле? — повернулся я к нему, подсознательно уже понимая, куда он клонит.
— Ты не хочешь меняться, Миша. В начале сезона ты нашёл свою зону комфорта — примерно с шестого по девятое место — и вплоть до предпоследнего этапа старался её придерживаться. Я считаю, ты и не гнался за высокими результатами. Ты просто катался в своё удовольствие. Но теперь, когда ты, сам об этом не зная, себя из неё вывел, проигрышем будет туда вернуться. — Игорь приосанился и торжественно закончил: — Отныне и до тех пор, пока ты выступаешь в «Ф-3», четвёртое место и ниже — для тебя поражение. — Он положил руку мне на плечо. — Помни об этом… и начни наконец выжимать из себя максимум! — неожиданно проорал он мне в лицо.
Я отшатнулся, смахнул с плеча его руку, и мы отчего-то, не сговариваясь, принялись ржать…
— Ладно, я понял, — отсмеявшись, ответил я. — Да, в чём-то ты прав. Просто я вижу перед собой долгий путь и поэтому для себя настроился на то, чтобы пройти его не спеша… но да, сейчас понимаю, что это будет слишком медленно. Спасибо, Игорь. Слушай, а может, я как-нибудь вне зачёта смогу на карте погонять, а? Мне чисто сравнить возможности…
— Жди здесь, пойду узнаю.
Игорь хлопнул меня по плечу и куда-то пошёл.
Я смотрел ему вслед и думал о том, что он, возможно, нашёл в жизни своё счастье. Это ли не та зона комфорта, из которой он только что побуждал меня выйти? Наверное, это всё же немного другое. Судя по всему, Игорь считает, что главную часть пути он уже прошёл — вывел меня своими наставлениями и поддержкой на новый уровень… а уж как распорядиться итогом его усилий, предстояло решить мне.
«Обещаю, Игорь, — сказал я мысленно. — Я не остановлюсь на этом пути. Я буду идти дальше. И однажды дойду до цели, какой бы недостижимой та ни казалась. Даю слово…
Даю слово рейсера».
* * *
Вторник, 16 августа, интернет-пространство
@miha_zhummy: «Привет, Лиза. Давай успокоимся и нормально поговорим. Ты меня везде заблочила, и я специально в инсте зарегался, чтобы прояснить ситуацию. Только не игнорь сразу, ок?»
@liza_forman: «Чего тебе, Жумакин? По-моему, я уже всё тебе высказала чётко и ясно. Иди на фиг».
