— Не могу сказать, что я этого не ожидал, — именно так нас встретили, когда мы вошли на его основной этаж.
Митчелл стоял в дверях своего кабинета с поднятым пистолетом в твердой руке. Сейчас действительно нельзя было ошибиться — зло в его глазах, полное отсутствие раскаяния за то, что он сделал со многими людьми, включая Бетани, за монстров, в которых он превратил своих сыновей. — Полагаю, я должен предположить, что это кровь моего сына на тебе, — сказал он, кивая головой в сторону Эдисона, не выглядя ни капельки обеспокоенным. — Он пережил избиение или нет?
В его тоне ничего не было. Просто мертвенность. Ему было наплевать даже на своего собственного сына.
— Мой, верно? — спросил Паган рядом со мной.
Я немного натянуто кивнул, не зная, почему он воспользовался этим моментом, чтобы прояснить ситуацию, учитывая, что ни у кого из нас не было оружия, и он казался довольно неплохим стрелком, судя по его стойке и уверенному владению пистолетом.
Мне действительно нужно было научиться перестать ожидать разумного поведения от Пагана.
Как только он увидел мой кивок, он больше не был рядом со мной, а шел через пространство к Митчеллу.
Да, просто шёл.
Чертовски… развязный.
Он даже не дрогнул, когда пистолет был полностью направлен на него, когда палец Митчелла скользнул к спусковому крючку.
— Есть небольшая проблема с этим типом оружия, — небрежно сказал Паган, заставив Митчелла перевести взгляд на рассматриваемый пистолет, казалось, беспокоясь, есть ли в нем какой-то изъян, что он не защитит его или может дать обратный эффект или что-то в этом роде. Но в ту секунду, когда он отвел глаза, рука Пагана сомкнулась на стволе пистолета, а его кулак замахнулся, затем взметнулся вверх, нанеся сильный удар в подбородок мужчины. Треск был почти оглушительным в гигантском открытом пространстве. — Они работают только тогда, когда ты не слишком слабак, чтобы ими пользоваться, — сообщил он мужчине, опустившемуся на колени.
Паган вытащил пистолет, держа его за ствол, и я двинулся вперед, чтобы взять его, двигаясь к занавеске на окне и стирая с нее все наши отпечатки и ДНК, в то время как Паган схватил Митчелла сзади за воротник и полностью затащил его в его кабинет.
— Чего ты хочешь? Девушку? Возьми ее. Какую-то полумертвую наркоманку? Кому она, черт возьми, нужна?
Раздался громкий рычащий звук, и я даже не осознавал, что он исходит от меня, пока глаза Митчелла не переместились на мои, осматривая меня с ног до головы, оценивая и, если судить по его закатыванию глаз, находя во мне недостатки.
— Возможно, сейчас самое подходящее время заткнуться, приятель, — посоветовал Паган, глядя сверху вниз на мужчину перед ним.
— Мне просто любопытно, каков здесь финал игры? У меня нет планов прекращать то, что я делаю. Никто из нас не хочет, чтобы копы были в нашей жизни. Так что, если ты не собираешься меня убивать… что произойдет после того, как твоя бешеная собака покончит со мной?
Он вернется именно к тому, чем занимается. Он продолжит издеваться над людьми. Он продолжит нести ответственность за людей, страдающих передозировкой на улицах.
Но, как бы то ни было, это было не наше дело — убивать его.
Рейн годами закрывал глаза на организацию Ви, пока не наткнулся на Саммер. Тестем у него был торговец кокаином. Он дружил с людьми, которые зарабатывали на жизнь избиением людей.
Сила МК Приспешники, казалось, заключалась в том, что они знали, какой бой принадлежит им, а какой нет, и действовали соответственно.
Учитывая, что наша численность все еще не возросла, мы не могли больше навлекать на себя гнев.
Так что мы ничего не могли поделать. Я отомщу за боль Бетани. Я позабочусь о том, чтобы они поняли, что они никогда больше не произнесут ее имени, даже шепотом, что, если они увидят ее на улице, они, черт возьми, повернутся и уйдут.
— Финал игры в том, что ты забываешь о существовании Бетани. Ты даже не дышишь рядом с ней. Держись, блядь, подальше от моей женщины и можешь идти дальше и продолжать заниматься своим грязным дерьмом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он действительно кивнул на это, принимая это как, ну, справедливое решение.
Именно тогда я понял, что он был не просто врачом. Ни один нормальный человек так не отреагировал бы на ситуацию. Должно быть, он пришел из криминальной среды, возможно его родители были замешаны в дерьме, он вырос по ту сторону закона.
Это было единственным объяснением.
— Достаточно справедливо.
— Что ж, посмотрим, что Люц скажет по этому поводу.
Это было последнее, что сказал Паган, прежде чем он начал замахиваться и кровь начала разлетаться во все стороны, черт возьми.
Мой взгляд переместился на Эдисона, мои брови сошлись вместе. Но у него тоже не было ответов для меня, поскольку он пожал плечами и покачал головой.
Только двадцать минут спустя, когда Пагана было немного труднее оторвать от кровавого, изуродованного месива, ставшего его жертвой, чем Эдисона, мы вышли обратно на улицу, двигаясь быстро, потому что у нас было не так много времени, чтобы добраться до Санни, прежде чем его отец или брат смогли бы предупредить его о нас.
— Кто, черт возьми, такой Люц? — спросил Эдисон, как только мы оказались внутри внедорожника, я включил задний ход и направился в более грязную часть города, которую Санни, очевидно, любил называть домом.
Паган полез в карман, достал сигарету и зажигалку, слегка опустил стекло и глубоко затянулся, прежде чем ответить. — Я думаю, правильнее называть его Вигилант (прим.перев.: Вигилант — это человек, производящий самосуд над преступником. Фактически — с точки зрения закона — вигилант также является преступником, однако преподносится в положительном свете. Исторически вигиланты — члены «комитетов бдительности» (англ. vigilante/ лат. Vigilans значит «бдительный», от лат. Vigilo — «наблюдать»), неправительственных формирований, имевших целью борьбу с преступностью силами граждан при бездействии полиции), — небрежно сказал он.
— Вигилант? На побережье Навесинк? Почему никто о нем не слышал?
— Должно быть, ты чертовски глух, чувак, — сказал он, пожимая плечами, — Джейшторм и Алекс говорят о нем. Они и их дерьмо из даркнета. Очевидно, у него существует какой-то подпольный фан-клуб. Любовницы Люцифера или что-то в этом роде. Какая-то сумасшедшая баба пишет порно-фанфики про Люца. На самом деле, довольно горячее дерьмо. — Он еще раз глубоко затянулся сигаретой, как будто это, возможно, не было серьезной новостью, которую мы услышали за весь день.
Вигилант в этом районе?
Это было грандиозно.
Рейну, блядь, нужно будет знать об этом.
Мы не знали, каково его мнение о торговцах оружием, которые поставляли его другим большим плохим парням.
— Люцифер? — усмехнулся Эдисон.
— Ты говоришь так, как будто знаешь его, — добавил я.
— Я достаточно знаю.
На этом разговор закончился.
И это было совершенно не похоже на Пагана.
Он всегда был почти слишком откровенен во всем.
Это было не похоже на него — умалчивать о чем-то, особенно о такой пикантной теме.
Как только мы покончим с семьей Эндрюс, как только я покажу своей женщине, что со мной она в безопасности, что ею дорожат, что я твердо намерен быть рядом с ней в обозримом будущем, да, после всего этого… Мне нужно будет выяснить, кем, черт возьми, является этот парень Люц.
Дом Санни действительно был всего на шаг выше лачуги по размерам. На самом деле, его чертов отдельно стоящий гараж был в два раза больше самого дома.
— Странно, — пробормотал Паган, когда мы проезжали мимо, разглядывая темные деревянные панели, грязные окна, мускул-кар на подъездной дорожке, которая была не подъездной дорожкой, а просто местом, на которое он заехал и которое в конце концов превратилось в грязь.
