Его попутчик, молодой парень с комплекцией накачанного Брэда Питта, молча сидел, не пристегивая ремни безопасности, и прикладывался к жестянке с пивом.
– Локи, - сказал, наконец, этот 'Брэд Питт', - чего ты себе такое тело некузявое выбрал? Смех, да и только!
– Дионис, - укоризненно обратился Локи к блондину, когда тот, допив банку, выбросил ее прямо на проезжую часть за окошко, - если бы ты не подсунул мне паленый коньяк в своем казино… Я хоть и бог, но тело-то у меня человеческое, не казенное, скажи спасибо Одину! В отличие от всех вас, Один наказал меня за мою самую лучшую шутку - мой Рагнарёк! У меня больше нету божественного тела, и я вынужден переселяться из одного человека в другого… Благо, пока уважаемый Гиппократ в Склифе работает, так содействует… А если уволится? Видел я, как его ассистент, этот египтянин Хонсу, скальпелем орудует! Парасхит, а не хирург! От такого мне смерть и настанет!
Слышал бы такие отзывы о своей врачебной работе ассистент Хонсу, точно бы Локи на части порвал.
Семенов, скрестив руки на груди, печальным взглядом уставился в окно. Однообразные пейзажи: что в Свиблово, что в Ясенево, что в Аннино… Надоела эта Москва за восемьдесят восемь лет! Эти типовые двенадцатиэтажки, хрущобы, элитные новостройки, маршрутки, гоняющие по городу со скоростью сто километров в час, биржи, доллары, евро, акции, спешащие куда-то люди, строители из стран СНГ, барахолки, скинхэды…
До 1917 года бедные, брошенные, никому не нужные боги, слонялись по всему свету, ища пристанище. Только античные коллеги в мастерских у художников натурщиками подрабатывали, гроши получали. Остальным же несладкая жизнь досталась. Никто в них не верил, нигде им работы не найти. Силы теряли все. И тут, о, спасение, Локи провернул в России… революцию. Как он тогда говорил, решил Рагнарёк на людях испробовать. Конечно, то был не Локи, а человек, в тело которого вселился хитрец. После такого 'воцарения' все забытые языческие боги и переехали жить в Москву. Случались в те времена интересные события в их жизни. Романтика, да и только. Но как всё это надоело! Помойка! Разве таково должно быть пристанище для ушедших на пенсию Великих мира сего?
– Локи! - взбодрил его водитель. - Да чего ты все время грустишь по этой скучной Скандинавии? Неужели за почти девяносто лет ты не понял, что Москва - лучший город на Земле?
Бедный Локи и забыл, что при богах ударяться в меланхолию с кучей бесполезных мыслей, - себе вреднее. Всё прочитают и начнут философствовать. А коллеги с Олимпа это умеют делать лучше других.
– Москва - отличное место, коллега! - встрял Дионис, у которого откуда-то взялась еще одна жестянка с пивом. - Это единственный город во всем мире, где все мы хоть как-то можем существовать! В нас больше никто не верит - это раз!
– Нас никто не признает, - добавил Гермес, - это два! Нам никто и нигде прописку не дает, потому что нам вечно по двадцать пять, это три. Ты, Локи, не в счет, ты хорошо устроился, мигрируешь там по человеческим телам… Курорт!
– А вот в этом замечательнейшем городке… есть и первое, и второе, и третье… - Дионис протянул мальчику жестянку и добавил, - и еще вкусненький десерт!
– Нет, - отмахнулся тот, - не пью. Мое тело не выдержит… И опять эти переезды, обустройство компа… Я специально для себя детское выбрал, чтобы подольше на одном месте просуществовать…
Поездка из Ясенево в центр Москвы грозила затянуться на несколько часов.
– Может эта желтая развалюха ехать быстрее? - обиженно спросил Локи.
– Ехать не может, ибо пробки, - грустно сказал Гермес. - Но вот летать…
И водитель нажал на кнопочку, которой не имелось больше ни в одном такси мира. Она была маленькая, беленькая, а рядом с ней нарисовано нечто, напоминающее эмблему 'Российских железных дорог'.
Пассажиры не могли видеть, как на крыше Волги выросли белые крылья, не больше, чем по полметра каждое. Зато все, в том числе и прохожие-зеваки, водители, засыпающие от ожидания проехать очередные два метра, и все сидевшие в Волге не могли не заметить, что их машина взлетела на высоту примерно трех метров и направилась на север вдоль Москвы-реки. Картина, правда, была не такая уж и необычная. Летящая машина чем-то до боли напоминала картинку с наклейки в маршрутных такси 'Мы летаем специально для вас'. Наверное, эта шутка тоже была изобретением Гермеса и сотоварищей.
– Эй, водила, а нас так научи! - орали вслед улетавшей Волге.
Но что богам до людских забот.
– Ты зачем это… при людях-то? - одернул Гермеса Локи.
Но темпераментный кавказец в ответ лишь процитировал Горького:
– Рожденный ползать летать не может! Зачем, спрашивается, нам уподобляться этим людишкам?
– Вот именно! - подхватил мысль коллеги Дионис.
Да-да, все они были коллегами богами. Пусть даже один - рядовой московский таксист, второй - владелец сети казино, третий - семиклассник. Кто-то врач, кто-то билеты в метро продает, а некоторым достались должности в зоопарке, - но все они были счастливы жить в одной из крупнейших столиц мира и изредка помогать магам из 'Отдела странных явлений'.
Через пять минут хитрец был на месте.
Бледная, словно пелена Ира, как и несколько часов назад лежала под капельницей, подключенная ко всем возможным аппаратам. Только бог сразу заметил: жизнь уходила из девушки.
– Фух, - перевел дух господин Гиппократов, проанализировав стабилизировавшуюся кардиограмму на экране одного из аппаратов, - еще сутки нам обеспечены. Поторопись, Иван Дурак, я тоже не всемогущ!
– Да, создал нам Сет проблемку, - ходил по палате Хонсу.
Кома пространственная - полбеды, но рано или поздно наступает и кома биологическая, и тогда человека практически невозможно спасти.
– Ее сознание начало переселяться в девушку из прошлого. Та потихоньку мыслит теми же категориями, что Ирина, говорит ее фразами, воспринимает реальность не только как древняя египтянка, но и как современная москвичка, - рассказывал доктор хитрецу.
Нехорошо дело. Как только сознание перейдет в то, другое, тело, Ирина Семенова будет мертва, а девушка из прошлого станет обладательницей двойного мышления, мудрейшей из всех людей на земле.
И тут Ира вдруг начала говорить:
– Меня обвили цепями и приковали к рельефной стене в тёмной комнате… У меня за спиной сильно жгёт, забирает мои силы… Я не знаю, что там такое… Я не могу повернуть голову… Воскресший мертвец… Зомби… Паренек в белом. Смугленький… Симпатичный… Он смотрит на меня… жадными серыми глазами и шепчет: 'Я не хочу умирать! Я люблю Маш-шу! Маш-шу будет плакать!'
– Маш-шу… - повторил Локи.
– Не знаю я ни его, ни эту Маш-шу… - подхватила восклицание бога Ирина. - Не знаю, почему, но я прошу его о помощи, будто через моё спасение и он обретет спокойствие. После этого он растворяется во тьме, а меня становится две: я и она… Нет, одна она… и в ней мы обе… Не могу… дальше не могу рассказать, она не даёт мне сделать это!
Тут Ира вдруг тяжело вздохнула и больше ничего не сказала.
Коля впился неморгающим взглядом в ее приоткрытые зеленые глаза. Взгляд Иры был мутен. Ясно, девушка не в сознании.
Брат кинулся к ней и начал трясти за плечи, но ничего не помогало: Ирина больше не приходила в себя. Он бил ее по щекам. Эффекта ноль. Ира дышала прерывисто, иногда кашляла, но не приходила в себя.
– И она рассказывает это уже в третий раз, - развел руками Хонсу, - она из последних сил держится за эту жизнь. Она боится Кемета. Но туда ее тянет одна из прошлых жизней. Еще чуть-чуть, и все будет кончено, Локи.
– Твой Рагнарёк по сравнению с тем, что способна будет сделать женщина с двойным разумом - детские шалости, - предупреждал хитреца Гиппократ.
Коля Семенов все прекрасно понимал. Ему срочно нужен был компьютер.
Пока Полиграф Порфирьевич готовил свою офисную технику для Локки, хитрец в компании Гермеса и Диониса сидел в коридоре и, разглядывая белый потолок ждал приезда журналистки Бастет. Работники 'Бен-Бен-TV' не заставили себя долго ждать.
Бог хитрости сразу же узнал коллег: невысокую девушку с длинными черными волосами в коротеньком красном платье и ее долговязого бледнолицего ассистента в камуфляже. Журналистка была круглолица, с приятными восточными чертами, узкими желтыми глазами и золотистого цвета кожей, а фигурка ее стройна и довольно складна. Когда брюнетка остановилась напротив него, Локи порылся в кармане и достал горсть леденцов.
– Это 'Невнимательные леденцы', - прокомментировал хитрец, - мы их съедим, и на нас никто, кроме богов, полчаса внимания не обратит!
Дионис с радостью взял свою порцию, а Гермес, искоса посмотрев на Локи, сказал:
– Лукавишь, рыжий, чего до сих пор фабрику по выпуску ирисок не открыл? Программируешь ерунду всякую, под реалити-шоу машины времени скрываешь. Да кому это нужно? Вот конфеты эти - вещь дельная! Мог бы раньше накормить, чтобы мы водителей не шокировали своим полетом.
