- Я же сказал, он не будет стрелять, пока на меня не нападут.
- Ну, и славно. На этом разрешите откланяться. Жду вас в гости в самое ближайшее время. Но… Было бы ошибкой думать, что этого времени у вас очень много…
Он кивает мне, поворачивается на каблуках и выходит на улицу. Лязгает металл двери. Зарычал двигатель, захрустели под колесами разворачивающейся автомашины мелкие камешки.
А ведь он, черт возьми, в чем-то прав… Хазин-то послал бы его в задницу. Но генерал мертв. А вот окажись на его месте полковник Михалков, так он, я полагаю, очень бы даже договорился. Ко всеобщему удовлетворению. А раз уж он и в прежней жизни такие кульбиты выкидывал, так что ж ему сейчас-то мешать будет? Да и не один он такой, откровенно говоря, в нашем ведомстве. Хватает подобных субчиков.
- Присаживайся, майор, - Лизунов кивнул мне на стул, стоявший около его стола. - Я вот тут пораскинул головой над твоими новостями…
- И каков итог?
Командир базы майор РВСН Лизунов был здоровенным широкоплечим мужиком. В узкую дверь своего командного отсека он входил боком. Голос имел зычный и громкий, отдававшийся эхом в бетонных коридорах. При всем при этом обладал недюжинной смекалкой и хорошо подвешенным языком. Разговаривать с ним было интересно и совершенно ненапряжно.
До базы мы дошли на третий день после встречи со Сценаристом. Тот не соврал: его снайперы совершенно бесшумно растворились в лесу вскоре после отбытия хозяина. Надо сказать, что на Потеряшку они произвели прямо-таки гнетущее впечатление. Весь оставшийся день он был хмур и мало разговорчив. Более-менее отошел только на следующие сутки. На мой вопрос о причинах подобной мрачности ответил коротко.
- Видишь ли, майор, таких спецов, как эти, я по пальцам пересчитать могу. Ты уж мне поверь, я не первый год замужем. Чтоб так заныкаться, да так стрелять - не один год учится надобно. Крест на пузе, майор, я хоть одного из них да знаю.
- Ну, и что?
- Не понимаешь ты меня… Сознавать, что один из друзей твоих, которому, я, быть может, спину прикрывал, вот так вот ссучился… Трудно мне тебе это объяснить.
- Да и не надо, понял я тебя. Наша с тобой задача - теперь их на базу не вывести.
- Вот тут уж не парься. Там и полку таких делать не хрена абсолютно. Сам увидишь.
И я увидел…
Когда прямо перед моим лицом из казавшейся монолитной скалы вдруг, неведомо откуда вырос пулеметный ствол, я чуть не поперхнулся.
- Стоп! - поднял руку Потеряшка. - Стоим и не дрыгаемся. Это охрана периметра сработала.
- Стрелять-то хоть не начнут?
- У нас с тобой опознаватели, - похлопал он рукой по моему карману, куда незадолго перед этим засунул карточку капитана. - А то бы еще вон на той гряде положили. Это они нам знак дают, чтоб стояли да встречи ждали. Тут вообще, грешным делом, в любое время дня и ночи ходить небезопасно для здоровья.
- Это почему так?
- Тут кроме автоматических огневых точек еще и управляемые минные поля насажены. Где-то в ямах своего часа кассеты с 'ПОМЗ-2' дожидаются. Ну, уж про обычные 'лепестки' я вообще молчу. Так это еще не все сюрпризы. Откровенно говоря, это не наша задача, выяснять, что тут понатыкано да где. Наше дело - работа на выходах. Тут уж нам равных нет. А за оборону базы отвечает тут один головастый старший лейтенант. Вот уж с кем бы я в карты играть не садился…
Откуда-то из-за камней появилось двое встречающих. В таком же камуфляже, как на моем спутнике, с таким же вооружением. Нам было предложено сдать оружие, после чего, надев мне на глаза повязку, меня повели какими-то извилистыми переходами. Мы спускались с горок, пролезали под ветками, и в какой-то момент я абсолютно запутался. Повязку с меня сняли только под землей.
Это был узкий бетонный бункер. В его дальнем торце из стены хмуро выглядывал пулемётный ствол. А чуть сбоку, рядом с нашими провожатыми, стоял громадный мужик в военной форме. Одна звезда - майор.
- Старший лейтенант Рогозин, - вопросил он моего провожатого. - Потрудитесь объяснить, каким образом у постороннего лица оказался пропуск на объект?
- Если позволите, товарищ майор, на этот вопрос отвечу я лично, - вклиниваюсь в разговор, оттирая в сторону Потеряшку, на чью голову сейчас готовился упасть приличных размеров кирпич.
- Вы? Ну что ж… попробуйте…
Беседа наша затянулась далеко за полночь. Дважды пустел чайник с чаем и дежурный приносил нам бутерброды. Наконец Лизунов (а это оказался именно он), подвёл итог.
- Много я в жизни всякого б…ства видел, майор. Твой случай, поверь, не самый ещё хреновый. Ладно! Проехали. Что дальше делать будем?
- Ну… Я же принес сюда карту, навигатор принес. В этих-то делах я советчик никакой. Тут вы и без меня прекрасно разберетесь.
- Разобрались уже. Дубль ты принес, майор!
- То есть?
- А нет уже больше этих целей. Их и до нас с тобой разбабахали.
- Точно?
- Точнее не бывает. Наши спецы уже со спутника глянули. Если там еще и не совсем пустыня, то вскорости будет.
- Действительно так серьезно? У вас и спутник свой есть?
- Не наш. Итальянский, мы его тихонечко используем.
- Однако! Чтоб я так жил!
- Ты хоть в курсе, майор, - усмехается Лизунов, - что тут у меня стоит?
- С каких доходов-то?
- У меня две 'Сатаны' стоит. С разделяющимися боеголовками. Париж с лица земли смахнуть - раз почесаться.
Я озадаченно чешу в затылке. Нет, понятное дело, что какую-то маленькую ракетку так прятать и охранять не станут. Но чтобы встретить здесь такое вот чудище… Да еще и не в единственном числе…
- Так их же порезали все?
- Ну, как видишь, не все. Так что целей у меня нет. И в связи с этим встает вопрос: как дальше жить? Ты вот давеча проговорился, что можешь нехило продуктами и снаряжением помочь. Вот у меня к тебе сразу вопрос и возникает. На своих запасах мы тут продержимся месяцев семь. Подвоза давно не было. Так-то мы на год автономки запрограммированы. Вот пять месяцев из них и прошло. Транспорт с припасами должен был прийти еще месяц назад. Как я понимаю, ждать его уже бессмысленно.
- Что нужно - говори прямо.
- Консервы нужны. Хлеб, мука. Сам понимаешь, мне тут два взвода прокормить надо. Еще соляр нужен. Отчего мне генераторы питать по-твоему?
- Я думал, у вас тут гидравлические турбины стоят.
- Где есть соответствующая вода, там и стоят. А у меня такого ручья нет. К нам сюда специальная линия шла. Официально, конечно, не к нам, а к геофизикам - у них поселок чуток дальше расположен. Но после начала всего этого бардака свет исчез. Живем на солярке. И жизни той осталось на семь месяцев. После этого - крандец. Обесточивать системы я не могу. Если бы не такая хреновая ситуация, черта лысого ты бы от меня чего узнал. Но мне сейчас выбирать не из чего. Кровь из носа, мне нужно дизтопливо. Даже больше чем еда. На охоту я, в крайнем случае, взвод охраны подниму. Не помрем, авось, с голоду-то. А вот без горючего смысл нашего дальнейшего существования не ясен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
