…Олег уже давно потерял счет лестницам, коридорам и галереям, по которым они прошли. Большинство туннелей были похожи друг на друга, словно их рыли под копирку: одинаковые замшелые стены, грязные своды со следами подпалин, покрытый плесенью пол.
А еще через несколько поворотов Олег понял, что понятия не имеет, где находится. В этой части Лабиринта он не бывал ни разу. И как только осы умудряются тут ориентироваться? Олег уже давно перестал запоминать дорогу, встроенный в мобильный телефон картограф-навигатор делал это за него, скрупулезно откладывая в усиленную чарами электронную память каждый коридор, каждую развилку, каждый поворот.
Дважды пришлось переправляться по хлипким мосткам через подземные речки. Вода одной из них была черная, словно деготь, и такая же густая, вязкая, тягучая.
— Навка, — сообщил Щуря.
— Что «навка»? — не понял Олег.
— Речка так зовется… Говорят, ее воды похожи на кровь навов.
— Не знаю, — пожал плечами Олег. — Я никогда не видел крови навов.
— Угу, навы любят лить чужую кровь, а не свою.
Крысы Охотничьей Своры держались рядом: они то обгоняли их, то чуть отставали, потом снова обгоняли. Первое время Олег невольно вздрагивал, когда то одна, то другая из этих бестий пробегала рядом, но скоро перестал обращать на них внимание. Щуря свистом отдавал стае команды. Крысы слушались хозяина беспрекословно. В Тайном Городе поговаривали, что связь между осами и их крысами куда глубже, чем между простым охотником и собачьей сворой. Намного глубже.
Глядя на щуплых, простоватых осов, трудно было поверить, что когда-то, в незапамятные времена, именно эта Семья первая осмелилась поднять мятеж против всемогущего Темного Двора. Можно было только позавидовать отваге (или глупости?) подземных охотников. Как и их феноменальной живучести: далеко не каждая Семья могла похвастаться тем, что пережила две полномасштабные войны с Навью. Удивительно, что безжалостные навы не уничтожили их всех поголовно. Любопытно, почему? Вряд ли из великодушия или по ленности. Скорее, была какая-то иная причина. Причина столь важная, что свирепые навы пощадили народец подземных охотников.
Интересно, а как ос относится к заданию? Ведь наемник собирался нарушить табу его народа.
— Почему ты помогаешь мне? — спросил Олег оса.
— Мне заплатили, — ответил тот.
— Я имел в виду другое: ведь с Погоста ничего нельзя выносить, почему же ты согласился меня туда отвести? Разве это не нарушает табу?
— Ты не ос — тебе можно, — пожал плечами Щуря. — Ты — чел, а вам закон не писан.
Олег никогда не обижался, если его называли челом. В конце концов, ведь это наполовину правда. Хотя порой ему казалось, что было бы намного лучше, если бы в его жилах вообще не было крови людов. Он с детства усвоил, что для обитателей Тайного Города является существом второго сорта. Простому челу жить в Тайном Городе даже проще, чем такому, как он: челов презирали, не любили, порой ненавидели, но всегда помнили, что именно эта раса ныне властвует над миром. Полукровки же всегда оставались чужими и для Семей, и для челов.
Они миновали несколько длинных извилистых коридоров, спустились по широкой каменной лестнице, пересекли просторный зал.
— Пришли, — остановился ос перед тяжелой, обитой кованым железом дверью. — Дальше мне идти нельзя. Тут уже недалече: лестница да коридор.
Олег отворил дверь. Он неплохо видел в темноте — спасибо папаше-люду, — но клубящаяся за порогом кромешная тьма оказалась совсем иной: густой, плотной, непроглядной. Перед ней его острое зрение оказалось бессильным.
Наемник прошептал слова заклятия — за порогом, освещая путь, вспыхнул Бродячий Огонек.
— Подождешь меня здесь? — спросил наемник оса.
— Зачем? — удивился Щуря. — Ты все равно не вернешься.
— Как так? — насторожился Олег.
— Погост — владения мертвых, а они живых не любят: невредимыми отпускают лишь тех, кто поет им особые баллады. А ты таких песен не знаешь… Не ходил бы ты туды, чел, — прибьють тебя. Обязательно прибьють. Давай уж лучше я тебя убью…
Они ринулись на него все сразу: три дюжины огромных зубастых тварей. Но Олег успел среагировать на доли мгновения раньше, чем свист Щури бросил в атаку охотничью свору. Наемник пинком отшвырнул ближайшую крысу, оттолкнулся от земли и, буквально, перелетел через порог, одновременно захлопывая за собой дверь.
К счастью с его стороны на двери оказался тяжелый металлический засов.
— Зря ты это, чел, — раздался с той стороны двери голос Щури. — Все равно тебя прибьють. А так хотя бы не мучился… Глупый, чел, совсем глупый…
* * *
Щуря не обманул: короткий коридор и широкая высеченная в каменной породе лестница вывели наемника к еще одной двери. Олег распахнул ее и на мгновение замер, завороженно глядя на представший перед ним Погост Осов.
Пещера была не просто велика — она была огромна. Мощности Блуждающего Огонька не хватало, чтобы осветить Погост целиком. Его свет выхватывал из тьмы лишь отдельные фрагменты некрополя: причудливые минеральные наросты, заполненные бурлящей жижей ямы, над которыми вились клубы желтоватого пара, широкие ниши, в глубине которых застыли каменные изваяния. В стенах каверны на разной высоте зияли черные проемы бесчисленных туннелей, коридоров и галерей. К некоторым из них вели земляные насыпи.
Олег шагнул вперед. Под шипованными подошвами тяжелых армейских ботинок что-то хрустнуло. Наемник посмотрел под ноги и невольно поежился. Пол был устлан сотнями, тысячами костей, ребер и черепов. Кости лежали вперемешку, на многих из них были заметны следы зубов и когтей. Взгляд наемника натыкался на изъеденную ржавчиной и временем броню, полуистлевшую одежду, оружие… Сколько поколений подземного народца нашли тут свое последнее пристанище? Кто знает…
Олег достал мобильник, пощелкал кнопками, выбирая нужную функцию. Кроме картографа в мобильник был встроен крохотный сканер. Перед тем как спуститься в Лабиринт, Олег зашел в одну из лавок, торгующих Оберегами Души, и настроил сканер на поиск именного таких артефактов… Ага, на дисплее вспыхнули зеленая метка и стрелка, указывающая направление. Сканер обнаружил цель…
Время — 13:01
Пульс — норма.
Запас магической энергии — 98 %.
Сигма-ритм — рост на 15 %.
Безумной сиреной взвыло чувство опасности. Тело среагировало быстрее разума: он отскочил к стене, оттолкнулся от нее, отпрыгнул назад. Эхо выстрелов ударило по ушам гулким набатом, по камням чиркнули, высекая снопы искр, пули.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
