в колыбель. Еще не хватало, чтобы он разразился молниями… Жив, здоров, хмур и решителен, чего еще хотеть от сына?
- Ты берешь Момо с собой, Ариста? – негромко спросила Рейко, уютно устроившаяся в кресле у камина.
- Беру, - коротко ответил я, - Осталось самое важное. Еще я заберу почти всех мужчин у Коулов, кроме пары стариков. Те слишком далеки от всего земного, невзирая на все старания прекрасных дам. Леди Коул сейчас занимается подготовкой своих людей.
- Занимается? – вопрос задала Миранда, отложившая книгу. Жена повернулась чуть набок, размещая объемистый живот на недовольно заерзавшем коте.
- Чтобы они меня слушались. Мессере Инганнаморте не горит желанием к приватному разговору, его придётся принудить каким-либо образом. Нужны люди, которые помогут мне организовать эту встречу.
- Настолько не горит? – подняла брови Рейко, - Вы же были почти друзьями!
- Он обстрелял меня из артиллерии. С трех сторон.
От такой новости на меня уставились три пары широко раскрытых глаз. Пусть с Рейко никто соперничать не мог, но Ромуальд исправно старался догнать японку, благо имел к этому предпосылки – Миранда навалилась на рыжего кота животом полностью. Пришлось рассказывать о своих последних приключениях, тщательно умалчивая о наиболее кровавых и спорных моментах. Волновать молодых мам мне не хотелось совершенно. А вот им меня – наоборот.
- Я лечу с тобой, Ариста.
Сказано это было жестко. Рейко Эмберхарт не просила, не спрашивала разрешения, не предлагала. Леди ставила лорда в известность, по всем традициям аристократии, что обычной, что Древних.
- Рейко…
- Ариста, что с нами будет, если тебя убьют? Если ты провалишься? – круглое личико похожей на ребенка японки смотрело на меня с выражением, подошедшим лишь старику, - Ты говорил нам. Что нам всем придётся провести в замке остаток жизни. А что потом? Я не хочу, чтобы Райден не мог отсюда выйти. Не хочу, чтобы он голодал. Не хочу, чтобы у него не было шансов на нормальную жизнь!
- У него будут шансы, - тяжело уронил я, - У вас у всех они будут. Обязательно. Придётся поработать, но они будут.
Конверт, хранящийся у леди Коул, гарантирует это. Инструкции, что я записал на случай своей гибели, предписывают всем обитателям замка Мирред учиться, учиться и еще раз учиться. До самой смерти. Не производить потомства. Книги, учебники, летописи, истории, газеты – всё это есть в избытке… в Гримфейте, куда их перенесут Райдзин и Фудзин. Развив свой Плод, они смогут сохранить себя после смерти, а заскучать до сумасшествия им не дадут мои слуги. Но… об этом говорить не стоит.
- У тебя есть свое мнение, и я его уважаю, Алистер Эмберхарт! – оскалилась моя первая жена, - Но я тут уже давно. Родила тебе сына. Почти уже выкормила его. Я хочу гулять. И ты меня возьмёшь с собой.
- Лишив детишек последней кормилицы? – нашёл я еще один аргумент.
- У Уокеров двое кормящих матерей! - торопливо высказалась Миранда, - Анжелика и Виолет… у них появилось молоко. Может, и у меня появится.
Обложили. Судя по горящим глазам девушек (если не считать страдающего Ромуальда), это решение Рейко вынашивала давно. Или искала повод. Неважно, она его нашла. Будь японка обычной женщиной, вроде Миранды, я себя бы не смог заставить ей уступить, только вот бывшая Иеками как бы не самый могущественный практик энергий на планете. Потенциально её сильнее только Рэйден.
- Тебе понадобится корсет, милая. Большой жесткий корсет.
- Без тебя знаю! – тут же выпалила жена, мучительно краснея под завистливо-веселый хохот второй жены, - Мы его давным-давно сделали!
- Нужно примерить, - хихикнула Миранда, освобождая рыжего кота от своего гнета, - Может быть, он уже мал…
- Мири!!!
Первое мое впечатление от Рейко было трогательным. Тогда, давным-давно, в Якудзёсейшин-гакуэн, он выглядела сущим ребенком… если бы не внушительная для её скромных размеров грудь. Впрочем, эта самая грудь не смотрелась бы внушительно только на торсе женщины ростом под 180-190 сантиметров с размахом плеч русского богатыря. Сейчас бывшая Иеками могла похвастаться еще большими размерами, из-за чего вовсю пользовалась услугами слуг и подруг. Зашнуровать себе кроссовки, существуй в этом мире такая обувь, Рейко бы ни за что не смогла. Эта возможность для неё теперь была перекрыта… наглухо. К счастью, у нас есть Момо. Маленькая, худенькая и ловкая. А еще корсет.
Я задумался, разглядывая своих жен. По меркам моего прошлого мира – девочки. Им бы хоть не в куклы играть, но кокетничать с однокурсниками в какой-нибудь летней кафешке, а затем до середины ночи общаться в мировой сети, лежа в постели с мягкими игрушками. Однако, вот они здесь. Одна, практически на сносях, готова остаться за старшую, а вторая, едва восстановившись после родов, рвётся в бой. Наверное, Шебадд Меритт прав – я не могу любить. Нет во мне того самого эгоистичного безумия, что заставило его ломать всё и вся, преследуя невозможные цели. Зато есть уважение. Оно не может заменить чувства, воспеваемого магом, но зато куда лучше подходит для тех, кто собирается прожить остаток дней вместе. Или, хотя бы, вместе умереть.
- Хорошо, леди Эмберхарт. Вы летите со мной.
Я, Рейко, Момо Гэндзи, четверо джентльменов от рода Коул, запрограммированных женщинами на полное подчинение мне. Вот и вся команда мечты, которую я себе могу позволить. Впрочем, кое-какой начальный план у меня уже был. Для него понадобился только крепкий 25-метровый канат, оставшийся в Мирреде после швартовки «Клаузера». Захватив его и набившись в «Благие намерения» как селедки в бочку, мы отправились в пятнадцатичасовой перелет назад в Словению на высоте более пяти километров.
Первым делом нужна была база. Подходящее место я держал в голове, при подлете к нему канат и пригодился. Мы вывесили снаружи красного дирижабля самого лорда Эмберхарта, дабы он со включенной Тишиной пролетел прямиком над захваченным телокрадом хабитатом, уничтожая его черных марионеток. Сначала, конечно, была разведка, и, как только я убедился, что телокрад жив и никуда не увел свои силы, а вместо плененного бога на крыше ратуши теперь только какое-то выжженное пятно, тогда и решился использовать такой экстравагантный способ борьбы с тварями, стреляющими молниями. Получилось даже лучше, чем я мог надеяться – пролетая над самой ратушей я, судя по всему, задел зоной Тишины главную тварь, от чего все остальные, прямо у меня на глазах, распались на белоснежные человеческие скелеты и густую черную жидкость.
Мы
