Наташа. Надзиратель проходит.
Уголовный (с лейкой, перед Наташей). Вы, барышня, здесь погуляйте, у этого окошка вам будет очень интересно. Там вас ваш главный спрашивал.
Наташа. Какой главный? Никакого я главного не знаю. Отойдите от меня.
Уголовный. Вы в тюрьме в первый раз, а я, надо вам доложить, в пятый. Домушники наседками не бывают. Наше дело — с фомкой замки проверять. Идите к тому окну. (Уходит.)
Наташа (ему вслед). Шпион проклятый!
Первый надзиратель (появился, смотрит вдаль). Что же вы, сукины дети, крыльцо поливаете? Это чтобы губернатор поскользнулся? (Устремляется вон.)
Наташа присаживается на скамейку.
Сталин (появляется в окне). Что значат, орлица, твои слезы? Неужели тюрьма надломила тебя?
Наташа. Сосо?
Сталин. Не называй.
Наташа. Ты здесь? Ты… Я думала, что ты уже в Сибири… Ты…
Сталин. Второй год пошел, как здесь сижу. А ты, говорят люди, плачешь? А? Наташа?
Наташа. Плачу, плачу, сознаюсь. Одна сижу, тоска меня затерзала, вот и плачу.
Сталин. Когда началось?
Наташа. С неделю.
Сталин. Перестань, не плачь, они тебя сжуют… погибнешь… Что хочешь делай в тюрьме, только не плачь!
Наташа. Я повеситься хотела…
Сталин. Что ты?! Своими руками отдать им свою жизнь? Я не слыхал этих слов, а ты их не говорила. Слушай меня: тебе осталось терпеть очень немного. Имей в виду, что и Сильвестра, и Порфирия уже выпустили.
Наташа. Что? Выпустили? Правда?
Сталин. Точно знаю. И тебе, конечно, остались последние дни здесь, в тюрьме. Они за тобой ничего не могут найти. Но заклинаю — не плачь!
Уголовный (появляется). Эй… эй… эй…
Первый надзиратель (как коршун влетает за ним). Я тебе покажу! Ты что же, мне, стерва, дорогу режешь? (Ударяет уголовного, подбегает к Наташе.) Это что такое? (Бьет Наташу ножнами шашки.)
Уголовный. Эх… сгорели.
Наташа. Не смейте! Не смейте! Он бьет меня!
Сталин (приближает лицо к решетке, взявшись за нее обеими руками). Эй, товарищи! Слушайте! Передавайте! Женщину тюремщик бьет! Женщину тюремщик бьет!
Канделаки (появляется в соседнем окне). Протестуйте, товарищи! Женщину бьют! Женщину бьют! (Стучит металлической кружкой по решетке.)
Крик побежал дальше по тюрьме: «Женщину бьют!»
Уголовный. Ну теперь пошло!
Первый надзиратель (Сталину). Долой с окна!
Второй надзиратель выбегает, схватывает Наташу за руку.
Наташа. Не трогай меня!
Сталин. Оставь руку, собака!
Канделаки. Смотрите, во дворе женщину истязают! (Выбрасывает в окно свою кружку.)
Сталин выбрасывает в окно кружку.
Уголовный. Так их, так!..
Первый надзиратель. Слезай, стрелять буду!
Сталин. Стреляй.
Первый надзиратель стреляет в воздух. От этого шум разрастается, вся тюрьма кричит, грохочет. Из канцелярии выбегает начальник тюрьмы, за ним надзиратель.
А ты выстрели в окно.
Наташа. Меня бьют!
Второй надзиратель. Я тебя не трогаю!
Начальник тюрьмы. Прекратить это!
Первый надзиратель (указывая на окно Сталина). Вот, ваше высокоблагородие…
В тюрьме послышались разрозненные голоса: «Отречемся от старого мира!..»
Начальник тюрьмы. Уводите ее скорее отсюда!
Двое надзирателей тащат Наташу.
Наташа. Помогите!
Начальник тюрьмы (надзирателям). За мной!.. (Убегает в тюрьму с надзирателями.)
Появляются уголовные, оставшиеся без надзора.
Уголовный. Что ж, подбавим, чтоб веселей было? (Швыряет кружку в подвальное окно. Слышно, как лопнуло стекло. Поет, весело приплясывая.)
Царь живет в больших палатах,
И гуляет, и поет!
Уголовные (подхватывают).
Здесь же в сереньких халатах
Дохнет в карцерах народ!..
Из подворотни выходят губернатор, адъютант и казак. Уголовный немедленно выстраивает своих в шеренгу.
Губернатор. Что такое здесь?!
Уголовный. Бунт происходит, ваше высокопревосходительство!
Адъютант (тихо). Действительно…
Губернатор. Телефонируйте в Хоперский полк, вызывайте сотню.
Адъютант убегает в канцелярию.
А это что за люди?
Уголовный. Подметалы, ваше высокопревосходительство! (С чувством.)
Чистота кругом и строго!
Где соринка или вошь?
В каждой камере убогой
Подметалу ты найдешь!
Губернатор (механически). Молодцы! (Опомнившись.) Ты мне стихи какие-то сказал? Кто вы такие, политические?
Уголовный. Помилуйте, ваше высокопревосходительство, ничего такого за нами нету. Рецидивисты мы, домушники, ширмагалы, мойщики.
Губернатор. Черт знает что такое!
Уголовный подает засаленную бумагу губернатору.
Губернатор. А это что… э…
Уголовный. Прошение, ваше высокопревосходительство. Курева нет. Припадаем к вам.
Губернатор. Гм… дай сюда.
Выбегает начальник тюрьмы, столбенеет при виде губернатора. Тюрьма начинает стихать.
Что у вас происходит в тюрьме?! В тюремном замке поют, полное безначалие… Меня встречает неизвестный, рапортует почему-то стихами!
Начальник тюрьмы (грозно, уголовным). По камерам…
Губернатор. И, должен сказать, единственный человек со светлой головой — этот рецидивист, толково очертивший положение.
Начальник тюрьмы (смягчаясь). По камерам, по камерам…
Уголовный. Кругом марш!.. (Уводит уголовных.)
В это время выходит из тюрьмы Сталин в сопровождении двух надзирателей. Тюрьма затихает.
Губернатор. Кто это такой?
Начальник тюрьмы. Иосиф Джугашвили, ваше превосходительство. Из-за него все и загорелось.
Губернатор. Это что же значит?
Сталин. Надзиратели вызвали беспорядки в тюрьме.
Губернатор. То есть как?! Как же надзиратели могут вызвать беспорядки в тюремном замке?
В это время появляется Трейниц и становится сзади губернатора.
Сталин. Они зверски обращаются с заключенными. Тюрьма требует, чтобы устранили вот этого человека, который сегодня избил заключенную женщину.
Губернатор. То есть как требует? Как это тюрьма может требовать? А, Владимир Эдуардович, здравствуйте. Вот этот самый, Джугашвили.
Трейниц. Я его хорошо знаю. (Тихо, губернатору.) Я специально приехал. Расследование по делу Джугашвили закончено. Самое лучшее было бы перевести его из этой тюрьмы в батумскую, затем останется только ждать высочайшего повеления. Что касается надзирателя, то я полагал бы, что его действительно лучше отстранить и дело разобрать. Это приведет к успокоению.
Губернатор. Вы полагаете?
Адъютант (подходит). Сотня выехала.
Губернатор (Сталину). Мы и без вас разберем дело надзирателя. (Начальнику тюрьмы.) Разобрать дело этого надзирателя и отстранить от службы впредь до выяснения.
Первый надзиратель. Ваше превосходительство…
Губернатор. Молчать.
Сталин. У заключенных есть еще одно требование.
Губернатор. У них не может быть требований, а только прошения.
Сталин. Заключенные требуют, чтобы им была дана возможность купить на свои деньги тюфяки. Люди спят на холодном полу и от этого болеют и мучаются.
Трейниц (тихо, губернатору). Эту претензию можно удовлетворить.
Губернатор. Удовлетворить эту претензию! Разрешить им… э… приобрести на рынке за свой счет тюфяки.
Сталин. Товарищи! Администрация удовлетворила требования!
Канделаки (в окне). Товарищи, передавайте! Администрация удовлетворила требования!
Крик передается дальше.
Губернатор. Прошу не делать никаких оповещений.
