Готова принять почитателей? И стать ей?
— Этот мир выпивает из не богов жизнь, магию, все умения. А Надежда здесь довольно долго, — голос пушистой был непривычно серьёзный, классического хихиканья не было. — А про вакансии, их много, на этой дурочке свет клином не сошёлся, подберу себе ещё. Надеюсь, Михаил справится с местью, таким, как она нет места среди наших!
— Так что мне делать? — беспомощно спросил я. Выпивает жизнь с магией? Я на разговор уже потратил с пяток секунд! — Короткий совет дайте!
— Беги отсюда вместе с ней, — раздался у меня в голове ленивый голос кота. — Я бы рекомендовал перемещение к её маме. Там сразу два этих местных недобога палят. Они смогут помочь, больше никто. И не тупи, плиз!
Я тут же представил свою будущую тёщу. Как мы стоим рядом с ней. Всякие берёзки, ручейки и скалы из мозга постарался выкинуть, чтобы попасть именно к определённой личности. И мне удалось, энергии хватило на обоих.
Я оказался в горах. Невероятно красивые пейзажи окружали меня. Разглядеть толком я их не успел. Прямо передо мной, держащим Надежду на руках, стояла Елизавета Александровна, собственной персоной. В её глазах застыла вселенная боль, и она с огромным недоверием уставилась на груз в моих руках.
— Андрей, она… жива? — прошептала дама, похоже, готовая упасть в обморок. — Что с ней?
— Она в порядке, — немного грубее, чем хотел, сказал я. — Но, у неё отравление божественным миром. Все вопросы потом, сейчас нужна помощь вашего бога. Иначе она останется калекой. Обычной девушкой без магии. У вас есть связь со своим богом?
— Нет, то есть да, — замешкалась Коброва-старшая. — Она Коброва, но спасти её хочет Тайпан. Не вникай! Это мой предок. Вон там за кустами — храм. Храм Тайпанов. Отнеси её туда, если Мангуст твой разрешит войти в чужой храм.
Что значит разрешит? Он — абсолютно адекватный чувак, чуть не сказал человек. Гарантированно, он не будет против, ведь на кону — жизнь моей любимой!
— А вот тут не факт! — раздался голос Мангуста. — Если ты слаб, в постройках типа этой ты имеешь шанс потерять себя. В лучшем случает ты станешь последователем Тайпана, в худшем — отпустишь душу. И не на перерождение, а на корм богу. Но да, ты не слаб. Иди смело, а я пока переговорю с этой змеюкой.
Я, держа любимую на руках, вошёл в чужой храм. Он оказался большим, но меньше, чем я думал. И при этом невероятно красивым. Огромные барельефы и статуи, смыслом которых было одно — змеи. Брачные клубки, яйца, бои, чего тут только не было! И всё это припорошено огромным количеством явно драгоценных камней, в основном изображающих глаза хладнокровных тварей.
Я в растерянности остановился у входа, разглядывая всё это великолепие и не понимая, что мне делать.
— Ты с-с-смог с-с-спас-с-сти еёееее! — раздалось шипение откуда-то справа. — Ты-ы дос-с-стоин награды. Полож-ж-жи её на алтар-р-рь!
В последнем слове мне послышался треск хвоста гремучей змеи, хоть у тайпанов подобного не было. Я аккуратно уложил девушку на каменный постамент, обильно украшенный драгоценностями. И отошёл на пару шагов.
— Ты молодет-с-с-с! — на этот раз шипение было слева. — Мы в т-с-тебе не ош-ш-шиблис-с-сь. Не переж-ш-ш-живай, с-с-с ней вс-с-сё будет хорош-ш-шо! Отой-с-с-ди!
Я вежливо вышел из небольшого зала, остановившись у самого выхода. Не решаясь выйти, просто не решаясь оставить любимую в одиночестве. Она мне была важна и нужна. Подумать только, наши отношения начинались ужасно, она мне чуть мозг не сожгла, я её чуть под суд академии не отдал. Но, теперь оба не представляем жизни друг без друга.
— Спаси её… — тихонько сказал я, но был услышан.
— Не переж-ж-с-с-живай! — теперь шёпот шёл отовсюду. — Она уже в порядке. С-с-с-скоро вы вос-с-соединитес-с-с-сь! Навеч-ч-ч-чно!
Глава 19
— Не переж-ж-с-с-живай! — теперь шёпот шёл отовсюду. — Она уже в порядке. С-с-с-скоро вы вос-с-соединитес-с-с-сь! Навеч-ч-ч-чно!
Так, это что ещё за угрозы? Или это пожелание прожить долгую и счастливую жизнь? Слабо верится, судя по контексту. Я решил отвлечь богиню и уточнить. Кстати, раньше я думал, что Тайпан — он, то есть мужик.
— Что ты вкладываешь в слово «навечно»? Ты собралась нас убить? Или пожелать долгих лет счастливой жизни? — не услышав ответа, рявкнул: — Отвечай!
— Не ш-ш-шуми… Вы будете ж-ж-жить долго, но с-с-сложно. Я в курс-с-се, ч-ч-что по поводу тебя с-с-собирают внеоч-ч-чередной с-с-с-с-совет. Выс-скоч-чка! Тебя точ-ч-чно возь-с-с-мут в пантеон, с-с-смертный. Готовьс-с-с-ся!
— Ну, спасибо, — усмехнулся я. — А у меня спросить не забыли? Надо ли оно мне? Я только жить начал.
— Ты уникум! Ты обязан! — речь без шипения воспринималась уже странно. — Тебя не отпустят. Но могут отправить на перерождение! С-с-смирис-с-с-с-сь!
— Я с-с-сам решу! — грубо спародировал я змеюку, уже откровенно злясь. — Что с моей любимой?
— Андрей? — вместо ответа хладнокровной я услышал голосок Нади. — Где я? Что происходит? Где белка, Наташа, орлан? Ничего не помню…
— Всё хорошо! — я подскочил к любимой и снял её с холодного камня. Ещё застудится, а целитель я так себе. — Идём на выход!
— Отпусти меня! — возмутилась девушка. — Не подумай, мне приятно, но будет стыдно перед остальными, что я, как больная, на ручках езжу!
Я поставил красотку на ноги, и мы пошли ко входу. А там нас поджидали уже. Комарин собственной персоной рядом с насупленной Наташей. И отдельно стояла моя будущая тёща, Елизавета Александрована, рядом с седым импозантным мужчиной с тростью.
Увидев Надю, всё закрутилось. Я остался за бортом внимания, но был даже рад этому. Общения на сегодня мне хватило за глаза, одна лиса-белка что стоила. Хоть я с ней ни словом не перекинулся.
А ко мне подошёл Михаил.
— Вы как? — участливо спросил он.
— Успели, — вздохнул я. — И именно благодаря тебе!
— А я тут при чём? Ты сам её оттуда забрал. И мне до сих пор интересно, как ты туда смог попасть. Мангуст?
— Не, Мангуст ни при чем. А ты помог тем, что взял на себя эту недобелку, которая лиса с кучей хвостов. Сам бы я не вывез, я даже сквозь щит с первого раза не пробился.
—
