мне спиной.
Ждать, пока он полностью сделает свои дела я не стал.
Выждав момент когда пилот расслабился и, пардон, начал издавать звуки, предшествующие самому процессу, я медленно приподнялся и без затей вогнал нож ему под левую лопатку, одновременно дёргая его за левое плечо вниз. Снизу это было просто технически, хотя и достаточно сложно физически, принимая во внимание моё избитое тело. Нож, к моей удаче, не подвёл и вошёл в его тело как по маслу. Он дёрнулся, попытался привстать, но не смог и завалился навзничь, насаживая себя на лезвие. Пара судорог и всё.
Я выдернул нож из тела о обтёр его пучком подобранной травы.
Да, приятель, вот так ты и начинаешь спокойно, без мук совести, без сомнений резать людей – проскочила в голове мысль. А с другой стороны? Просить помощи? Так он бы меня прибил тогда без затей – и был бы по своему прав. Для него я преступник и кто будет разбираться, что всё это не так? Да и в конце концов – реснится он на своём носителе…Или не реснится. Если парнишка не наврал. Да и чёрт с ним, я покосился на голое тело у своих ног.
Спустя несколько минут я уже натягивал его скафандр поверх своих лохмотьев. Одевать его комбез я побрезговал.
Следующие пол часа я был занят тем, что выкатывал бочки из под Петрвича и размещал их под Орлом. Конечно был соблазн улететь на нём, но кто его знает, что имперские техники в него напихали. Так взлетишь, а потом хоп – и автопилот тебя до носителя доставит. Прямо в объятья Военной Полиции. А оно мне надо?
Вот.
Перекатив все четыре бочки я прилепил к одной из них активатор. Те, кто планировали эту операцию решили и на этом сэкономить. Активатор был старый, тронутый ржой, химического принципа действия. Для его запуска требовалось раздавить ампулу, после чего заключённая в ней кислота начинала разъедать проволочку, удерживающую подпружиненный ударник. Освободившись он бил по капселю вызывая детонацию небольшой гранаты. Просто, надёжно, примитивно и несовременно.
Закончив с этой работой я направился было а кабине, но подойдя к ней – остановился. В траве подле Петровича лежали два тела.
Осторожно перевернув их я убедился в очевидном – это были наши, взводные пилоты и у обоих на груди было по аккуратной дырочке – такую оставляет стандартный 9мм. пистолет. Точно такой, как я оприходовал вместе со скафандром. Вытащив его из кобуры я выщелкнул магазин – как и ожидалось одного патрона не хватало. Парней убили недавно – кровь на их лёгких скафандрах ещё не высохла.
Они нас ждали. Ждали до последнего. Ждали, не представляя, что приземлившиеся радом пилоты Империи пришлю сюда не для помощи, завязшему в бое Легиону, а для хладнокровного убийства.
Я перетащил тела к заминированному Орлу – пусть лучше ребят развеет взрывом, чем они будут тут валяться и гнить, если местное зверьё не сожрёт раньше.
Забравшись в кабину Петровича я первым делом провёл предстартовую подготовку – к моей радости все системы были в рабочем состоянии. Активировав движки и запустив их на холостых оборотах, я выскочил из модуля – надо было активировать взрыватель. По хорошему для этой цели служил небольшой молоточек, и он наверняка был где-то тут, в траве. Возможно он лежал рядом со взрывателем, но искать его у меня желания не было. Вытащив пистолет, я его рукоятью вбил покрытую тонким слоем металла торчащую сверху часть ампулы в тело взрывателя. Наклонившись над окошечком на его боку я убедился, что тонкая проволочка предохранителя полностью покрыта желтоватой жидкостью и медленно, аккуратно поднёс его магнитной присоской к боку бочки.
Щёлк! И взрыватель прилип к её поверхности.
Всё. Теперь пара минут и рванёт.
Петровича я поднимал по пологой дуге, стремясь отойти подальше от места ожидаемого взрыва.
На высоте семи километров сзади ярко полыхнуло, но я не стал оглядываться, продолжая набирать высоту. Оставалось подняться хотя бы до двух десятков километров – на этой высоте я уже смогу выйти в сверхскоростной режим и покинуть окрестности планеты. Выйти из её гравитационного колодца и прыгнуть. Куда? Да куда угодно, лишь бы подальше отсюда.
– Неопознанный борт! Вызывает патруль космофлота Империи! – прорезался в динамиках сухой и деловой голос.
– Неопознанный борт! Назовите себя!
Глава 5
– Неопознанный борт! Вы находитесь в закрытой для полётов зоне! Назовите себя! – продолжал требовать от меня пост полётного контроля Империи. То, что это были военные сомнений не вызывало – ну а кому ещё тут быть. Я потянулся к кнопке активации связи и тут меня накрыло. Поносом. К счастью словесным. И к несчастью – неадекватным, сказалось напряжение последнего дня, нервы, выдержка и прочая самодисциплина рухнула, сминаемая истерическим желание жить, вырваться с этой планеты, забиться куда ни будь подальше – и жить. С трудом переборов желание забиться в уголок кабины и сидеть там свернувшись в комочек – авось само рассосётся, я активировал канал связи.
– Говорит борт один ноль семь восемь Браво Чарли восемь четыре Добро! – слова шли из меня одним сплошным потоком, причём шли они помимо моей воли:
– Следую с грузом транзитом на Камадхеу. Зачема ругаисси, начальника? Культур-шмультур груз везу, моя завсегда бхай-бхай Велик и Могуч Емперья. Да.
– Ээээ… С каким грузом? – осторожно переспросил дежурный, явно ошалевший от такого потока информации.
– Культур-шмультур моя везти. Большой начальника, оданако, заказать. Гаспадина капитана, ара!
– Ара? – с ударением на последнем слоге переспросил мой собеседник.
– Ага! – выказывая полнейшее желание сотрудничать повторил я и бросил косой взгляд на альтиметр.
12 км.
Мало…
– Что ага?…Ээээ…Борт один…ноль…семь восемь Браво Чарли восемь четыре и…ээээээ…
– Добро, о великодушный господина-сама! – поспешно подсказал я и не дав ему очнуться продолжил:
– Ибо как говорил великий, мудрый, справедливый и щедрый мученик Сафар Али бен Гурион Сехмет Агы Аглы – доброта спасёт мир. Сейчас, о, великий воин, я поведаю тебе притчу о торжестве Добра над Злом, ибо как говорил…
– Не надо! – с остатками вежливости в голосе прервал меня дежурный:
– И, это…я не капитан. Сержант Прилз, к вашим услугам, сэр!
– Ни как нельзя, господина Прапорщика!
– Что нельзя?!
– Вам к моим услугам нельзя. Это я, о недостойный слуга ваш готов служить вам, великим оинам пространства.
– Кхм… – сержант был явно не приучен к такой открытой лести.
14 км.
Чёрт…как же медленно ползёт Петрович вверх!
– Кхм…Уважаемый…
– Недостойный! – прервал его я.
– Послушайте, – дежурный всё ещё пытался быть вежливым:
– Вы находитесь
