Читаем без скачивания Кладбищенский фантом - Анна Устинова

– Откуда вы знаете? – спросила Жанна.

В ответ старуха хрипло расхохоталась. У меня от этого смеха душа ушла в пятки. Тут я заметил, что солнце, светившее с самого утра, скрылось за тучами. По кладбищу, вздымая опавшие листья, пронесся порыв холодного ветра. Пирс жалобно заскулил. Я поглядел на него. Он прижал уши к голове, поджал хвост и весь трясся.

Бабка тоже уставилась на Пирса и, указав на него своей лакированной черной тростью, проскрипела:

– Умный песик. Все понимает.

– Что он понимает? – задала новый вопрос Жанна.

Над нашими головами раздался оглушительный треск. Мы инстинктивно отскочили в сторону. В следующее мгновение прямо на склеп Князя Серебряного обрушилась часть большого старого дерева. Каменный крест откололся и грохнулся оземь.

Жанна вцепилась в мою руку. Оба мы, словно завороженные, смотрели на упавшее дерево. Пирс разразился истошным лаем. Наверное, именно это и привело нас в чувство. Я поглядел туда, где только что стояла старуха. Ее там не было. И вообще нигде не было, сколько я ни озирался вокруг.

– Пропала, – растерянно посмотрел я на Жанну.

– Кто? – не поняла она.

– Да бабка та, бабка с тростью.

– А-а, – протянула Жанна и тоже принялась оглядываться. – Как же она так быстро исчезла? Очень странно.

Мне тоже все это было странно. Старуха как сквозь землю провалилась. По кладбищу вновь со свистом пронесся порыв ледяного ветра.

– Пошли отсюда, – решительно потянула меня к выходу Жанна. – Что-то мне здесь перестало нравиться.

Мне лично и не начинало. Мы бегом припустились между могил к воротам. Несколько раз мне казалось, что где-то рядом злобно хохочет старуха. Но, наверное, это просто ветер свистел в ушах.

Наконец мы очутились за территорией. Уже на подходе к нашему дому я вдруг заметил, что солнце опять сияет, а на небе ни облачка.

– Слушай, – сказала вдруг Жанна. – А ты заметил, что дерево сбило крест со склепа?

– Еще бы.

– По-моему, это что-то значит, – продолжала Жанна.

– Правильно, – я усмехнулся. – Это значит, что на склеп упало дерево.

– Может, ты и прав, – выдохнула она. – Но мне почему-то не по себе.

Мне почему-то тоже было не по себе, но я нарочито бодро ответил:

– У страха глаза велики.

– Дурак, – сказала мне Жанна. – И вообще, ты сам на кладбище был весь зеленый.

– Черт с ним, с кладбищем, – не хотелось мне продолжать эту тему. – Лучше покажи мне нашу школу.

– Ну, если тебе так хочется…

Мы вновь оказались возле нашего подъезда и прошли мимо дома дальше по улице к целому комплексу невысоких шестиэтажных зданий. Возле центрального корпуса Жанна остановилась.

– Завтра ты, Федя, пойдешь вот сюда, – указала она на закрытую дверь. – Справа и слева раздевалки. А прямо по курсу, – перевела она взгляд на стеклянный проход, соединяющий корпуса, – здание для старшеклассников. Кстати, тебя в школу-то вообще записали?

Я покачал головой:

– Еще нет. Мы с матерью как раз завтра собирались.

– Все равно определят к нам, – и на сей раз не испытала никаких сомнений Жанна. – Как запишетесь, дуй на первый этаж нашего корпуса. Там висит расписание. Выяснишь, какой у нас урок и в каком кабинете. Ну и, как говорится, добро пожаловать.

– О! – раздался за нашими спинами оглушительный крик. – Какая встреча! Кого мы видим! Жанна д’Арк собственной персоной!

Мы одновременно обернулись и увидели двух парней с совершенно одинаковыми идиотскими ухмылками. Жанна поморщилась и процедила сквозь зубы:

– Пошли отсюда. А то эти придурки сейчас привяжутся.

– Пусть попробуют, – сжал кулаки я.

– Слушай, Федор, не строй из себя Шварценеггера, – строго посмотрела на меня Жанна. – В лоб я, между прочим, сама могу им врезать. А тебе лучше с ними раньше времени не связываться. Еще успеешь.

Но двое придурков, похоже, решили по-своему. Стоило нам сделать шаг в сторону выхода, как они, догнав нас, преградили дорогу.

– Стоп! Стоп! Стоп! – заржал один из них. – Куда это мы спешим? А нам так хотелось познакомиться.

– Уже знакомы, – огрызнулась Жанна.

– С тобой да, – сказал второй придурок и вновь ухмыльнулся. – А вот с твоим новым другом – нет.

– А вдруг он не новый, а старый, – попробовала обогнуть их Жанна.

Но придурки вновь заступили нам дорогу.

– Для тебя, может, и старый, а для нас совсем новый. – И, состроив рожу, он оглядел меня с головы до ног: – Пацан, ты чего, немой?

– Говорящий, – буркнул я.

– Незаметно, – покачал головой первый придурок.

– Да у него Жанна д’Арк пресс-секретарь, – захохотал второй.

Связываться мне с ними вообще-то не хотелось. Но и другого выхода не было. Я сурово проговорил:

– Еще одно слово, и пеняйте на себя.

– Ви-итек, – наигранно хнычущим голосом протянул первый придурок. – А па-ацан ха-амит.

– Не уважает, – мигом поддержал друга Витек. Затем чуть помолчал, будто задумавшись, и добавил: – Чего, Толян, будем делать-то?

Толян заметно посуровел. И, точно испытывая сожаление, вынес приговор:

– Придется воспитывать.

– А ну отстань, – вдруг резко толкнула его Жанна. – Тоже мне, воспитатель нашелся.

Толян от неожиданности качнулся, но на ногах устоял и даже схватил Жанну за руку. Я уже собирался врезать ему по роже, но меня опередил Пирс.

С жутким рыком взвившись в воздух, он вцепился в руку Толяна и повис на ней. Толян взвыл, Жанна вырвалась.

– Убери, убери его! – верещал Толян. – Иначе я за себя не отвечаю!

Мотая рукой из стороны в сторону, он пытался сбросить пса. Но храбрый Пирс вцепился в обидчика хозяйки мертвой хваткой.

– Пирсик! Пирсик, фу! – пыталась оторвать его Жанна.

Я поспешил ей на помощь, но Витек заехал мне по физиономии. Естественно, я в долгу не остался. В ответ на мой удар Витек сбил меня с ног. Я успел за него ухватиться, и мы полетели на мостовую вместе. Причем, он упал на асфальт, а я упал на него. Это была большая удача. Я от падения особенных неудобств не почувствовал, а Витек – наоборот. Я, естественно, своего шанса упускать не собирался, и Витек у меня заорал еще громче укушенного Толяна.

Впрочем, триумф мой был недолгим. Этот гад оказался очень выносливым, и вскоре уже орал я, а он выламывал мне правую руку. Все-таки я решил не сдаваться до последнего. Тем более что рядом слышались истошные крики Жанны и визг Пирса.

Это прибавило мне сил, и я въехал собственной головой Витьку в подбородок. Удар получился классный. У меня даже искры из глаз посыпались. Зато руку мне больше никто не выламывал. А Витек, скуля и держась за подбородок, катался по асфальту. Наверное, мне следовало испытать угрызения совести, но у меня их не было. В конце концов, Витек сам нарвался.

Я поспешил к Жанне. Пирс уже сидел у нее на руках. А Толян, закатав рукав рубашки, целиком и полностью сосредоточился на прокушенной руке. Я мигом смекнул, что ждать, пока он придет в себя, нам не надо. Схватив Жанну за руку, я потащил ее вместе с Пирсом в сторону нашего дома. На полпути до нас долетел окрик Витька:

– Ничего. Мы еще встретимся!

Мы с Жанной на всякий случай прибавили темп и вскоре укрылись в собственном подъезде.

– Федор, позволь мне тебя поздравить, – сказала она. – Ты еще не проучился у нас ни одного дня, но уже обзавелся врагами.

– А что это вообще за типы? – решил выяснить я.

– Ах, да. Я же вас не представила, – ухмыльнулась Жанна. – Это, Федя, твои будущие одноклассники.

– У вас в классе все такие?

– Тебе ведь уже говорили: разные. Есть нормальные, а есть придурки. Эти два, как ты сейчас мог убедиться, относятся к разряду средних придурков.

– Неужели есть еще хуже? – спросил я.

– Есть, – кивнула Жанна. – Придешь – сам увидишь.

Мне вновь стало жаль своей прежней школы и своего дружного класса. Конечно, ребята там тоже были разные, но таких экземпляров, как Толян с Витьком, не наблюдалось.

От невеселых мыслей меня отвлек Пирс. Подпрыгнув, он лизнул меня в щеку. Я взял его на руки.

– Молодец, песик. Ты, оказывается, не только прыгун, но и защитник.

Почувствовав, что его хвалят, Пирс гордо задрал вверх бородатую морду. Жанна засмеялась:

– Ну, вылитый Наполеон!

Мы подошли к дверям лифта.

– Может, рискнем? – предложил я.

– Давай, – наверное, Жанна устала, и ей тоже не особенно улыбалось пилить пехом на наш этаж.

Я надавил на «вызов». Двери услужливо раздвинулись. Мы вошли в кабину. Жанна нажала на кнопку с цифрой «десять». Я приготовился к самому худшему, но мы благополучно доехали до своего этажа.

– До завтра, – стала открывать ключом дверь Жанна.

У меня ключей еще не было. На мой звонок отворил отец. Даже не поглядев на меня, он с каким-то отрешенным видом произнес: «А-а, это ты. Входи», – и скрылся в большой комнате.

Взгляд мой упал на большие часы в передней. Я охнул: «Ну, ни фига себе!» Мне-то казалось, мы с Жанной гуляем от силы часа полтора. А на деле выходит, что не меньше четырех. Значит, время обеда давно прошло. Сейчас родители мне зададут. Они ведь просили не опаздывать. Может, правда, отец часы вчера повесил, а завести забыл?