Приключения и подвиги капитана Эвери
В этой главе рассказывается о том, как он захватил большой могольский корабль, нагруженный сокровищами, а также о колонии пиратов на острове Мадагаскар.
В те времена, когда капитал Эвери был еще жив, рассказы о его приключениях ходили по всей Европе. Говорили, что он женился на дочери Великого Могола, которую захватил вместе с индийским кораблем, попавшимся ему на пути, и собирался основать новую монархию. Он раздавал от своего имени приказы капитанам кораблей и командующим войсками, которые признавали его своим принцем. В результате этого было решено снарядить сильную эскадру, чтобы захватить Эвери в плен вместе со всеми его людьми; в другой раз предлагали пригласить его домой со всеми его богатствами, обещав ему прощение от имени его величества. Однако вскоре выяснилось, что рассказы о богатстве капитана Эвери совершенно не соответствуют истине, а он сам, не имея за душой ни гроша, буквально умирал от голода, в то время как молва приписывала ему обладание миллионами. Но не будем испытывать терпение читателей и томить их неизвестностью, а лучше вкратце расскажем о жизни капитана Эвери.
Он родился в Девоншире (Англия) и ушел в море в очень раннем возрасте; продвинувшись по службе до помощника капитана на торговом судне, совершил несколько плаваний в дальние края. Это было еще до Рисвикского мира, когда Испания, Англия, Голландия и другие страны заключили союз против Франции. В ту пору французы, жившие на Мартинике, вели контрабандную торговлю с испанцами на территории Перу. Чтобы помешать им, было послано несколько судов, которые курсировали у берегов Перу, но французские корабли оказались им не по зубам; поэтому испанцы решили для борьбы с ними нанять иностранные суда. По их просьбе бристольские купцы снарядили два корабля с тридцатью орудиями на каждом, набрали опытных моряков, снабдили их всем необходимым и отправили в Корунну, где они должны были получить приказы от испанцев.
Это случилось в 1715 году. Одним из кораблей командовал капитал Гибсон, а Эвери служил у него помощником. Он был не столько храбрым, сколько хитроумным; втершись в доверие к самым храбрым морякам, он прельстил их рассказами о неисчислимых богатствах, которые можно захватить на испанском побережье, и предложил бежать, захватив корабль. Не успел он сделать это предложение, как оно было принято и приведено в исполнение в тот же вечер, в десять часов. Капитан Гибсон относился к тем людям, которые больше всего на свете любят свою бутылку, и много времени проводил на берегу, но в ту ночь он остался на корабле. Однако это не помешало изменникам осуществить свой замысел, ибо он принял свою дозу и улегся спать. Моряки, не посвященные в заговор, последовали его примеру, и на палубе остались одни заговорщики. В назначенное время пришла шлюпка с другого корабля, и Эвери встретил ее обычным приветствием. С лодки спросили: «Ваш пьяный капитан на борту?» Это был пароль, на который был дан утвердительный ответ. Шлюпка пристала к судну, и шестнадцать моряков, которые решили присоединиться к заговорщикам, взобрались на борт. Задраив все люки, они осторожно подняли якорь и бесшумно вышли в море. В заливе стояло несколько судов, не считая сорокапушечного голландского корабля, капитану которого утром предложили догнать Эвери, но он отказался. Когда капитан удравшего судна проснулся, Эвери и другие заговорщики вошли в его каюту и увидели, что он еще не совсем пришел в себя. Он спросил: «Что это с нашим кораблем? Он что, движется или мне это только кажется? Там что, штормит?», думая, что корабль сорвало с якоря штормом. «Нет, нет, – ответил Эвери. – Просто мы вышли в море. Ветер попутный, и погода отличная». – «В море? – изумился капитан. – Как это произошло?» – «Не бойтесь, лучше оденьтесь, и я посвящу вас в нашу тайну. Вы должны знать, что капитан теперь я и каюта теперь моя, так что вам лучше отсюда убраться. Мы идем к Мадагаскару, чтобы стать богатыми, и эти храбрецы идут с нами».
Капитан немного пришел в себя и начал понимать, о чем идет речь. Однако его страх еще не прошел, и Эвери, заметив это, сказал, что бояться ему нечего, ибо, заявил он, «если вы захотите идти с нами, то мы вас примем; а если вы перестанете пить и займетесь делом, то со временем я, возможно, сделаю вас одним из моих помощников; если же нет, то вот вам лодка, и отправляйтесь на берег». Гибсон решил покинуть корабль; на палубу вызвали всю команду, чтобы узнать, не желает ли еще кто сойти на берег. Таких оказалось всего пять или шесть человек.
Эвери продолжил свой путь к Мадагаскару, но по дороге ему не удалось захватить ни одного судна. Подойдя к северо-восточной части острова, он обнаружил там два стоящих на якоре шлюпа, команды которых, увидев его корабль, перерезали якорные канаты и выбросились на берег. Высадившись на сушу, они бежали в лес. Эти два шлюпа они угнали из Восточной Индии, а увидев корабль Эвери, решили, что их настигла погоня. Эвери догадался, почему эти люди бежали; он послал на берег своих матросов, велев найти беглецов, сообщить им, что вновь прибывшие – их друзья, и предложить объединиться ради общей безопасности. Моряки со шлюпов были хорошо вооружены. Они укрепились в лесу и выставили часовых, которые должны были следить, не высаживаются ли пришельцы на берег, чтобы напасть на них. Увидев, что к ним приближаются два или три человека, часовые не стали стрелять. Когда пришедшие сообщили им о своих намерениях, матросы со шлюпов отвели их к своим командирам, где люди Эвери рассказали о цели своего визита. Команды шлюпов поначалу решили, что их хотят заманить в ловушку, но, когда послы рассказали, что их капитан тоже угнал свой корабль и что он готов встретиться с ними без оружия, посовещались и решили принять предложение. Обе стороны были очень довольны, ибо их силы удвоились.
Согласовав дальнейшие действия, моряки сняли с мели свои шлюпы и, подготовившись к путешествию к арабскому побережью, вышли в море. Неподалеку от реки Индус человек, сидевший в корзине на мачте, заметил парус, за которым они погнались; приблизившись, пираты обнаружили, что парус принадлежит высокому судну, которое вполне могло быть восточноиндийским. Впрочем, оно оказалось гораздо более ценным призом – когда они выстрелили в него, на судне подняли могольский флаг и приготовились дать отпор. Эвери принялся обстреливать этот корабль с большого расстояния; вскоре кое-кто из его людей начал понимать, что он совсем не тот храбрец, за которого себя выдает. Шлюпы тем временем атаковали судно: один – с кормы, а другой – со шканцев, и взяли его на абордаж. Команда спустила флаг, и тут выяснилось, что этот корабль принадлежит Великому Моголу и на его борту находится несколько вельмож его двора, среди которых, говорят, даже одна из его дочерей. Все они плыли в Мекку в качестве паломников и везли с собой богатые дары, которые собирались положить на могилу Магомета. Известно, что люди Востока путешествуют с большим размахом; вельможи, плывшие на этом корабле, везли с собой всех многочисленных рабов и слуг, а также большое количество золотых и серебряных сосудов и огромную сумму денег для оплаты своего путешествия по суше. Так что добыча, доставшаяся пиратам, была почти неисчислимой.
