Отчасти эта озабоченность обусловлена тем, что «исконное» белое англосаксонское, шотландское и ирландское население постепенно теряет свои рычаги управления обществом, позже к этому добавились и другие опасения. В тесной связи с этими тревогами находится беспокойство, имеющее классовую природу. В прошлом это была враждебность, с которой жители малых городков и население сельской местности относились к новым крупным городам, в основном заселенным иммигрантами, в настоящее время это опасения, вызванные экономическим упадком среди белых, которые традиционно занимались рабочими профессиями. В результате экономических, культурных и демографических изменений, которые произошли в Америке, многие представители этой в высшей степени победоносной нации современной эпохи испытывают горечь поражения, а озабоченность положением дел внутри страны, которую порождает это чувство, распространяется и на отношения с внешним миром. Так, 64 процента американцев в 2002 году согласились со следующим утверждением: «Наш образ жизни необходимо защищать от иностранного влияния» (для сравнения, с этим согласен 51 процент британцев и 53 процента французов). Эти показатели являются средними между данными по Западной Европе и данными по развивающимся странам, таким как Индия (76 процентов). Такая ситуация достаточно пикантна, поскольку индийские националисты и представители этого направления в других странах развивающегося мира под термином «иностранное влияние», которого они так опасаются, подразумевают в первую очередь, безусловно, влияние Соединенных Штатов12.
Эти опасения привносят в националистические чувства многих американцев поразительные оттенки озлобленности, язвительной мелочности и настороженности, что до странности противоречит образу и самооценке Америки как страны успеха, открытости, богатства и щедрости. Ненависть, спровоцированная этим чувством поражения и отчужденности, за многие годы разрослась. Теперь она направлена как на отечественных, так и на зарубежных врагов.
Такая ситуация ненова, это уже случалось в разных странах мира. Если обратиться к истории, то в Европе, например, именно в результате социально-экономических перемен некоторые классы или группы населения, испытывая действительное снижение жизненного уровня или полагая, что это так, становились, как правило, источником радикального консерватизма и национализма. Рассматривая различные взгляды на суть американского национализма и сложные отношения этой нации с современным миром, в котором Америка доминирует, необходимо осознавать тот факт, что многие американцы находятся в состоянии противоборства с миром, созданным их страной.
Это, однако, совершенно не относится к различным группам экстремистского толка, от военизированных формирований до неонацистов и так далее, поскольку эти представители «американской антитезы» отнюдь не выступают ни против американского «символа веры», ни против американского гражданского национализма как таковых13. В других странах мира наиболее радикально настроенные националистические и консервативные движения, по крайней мере в прошлом, являлись противниками демократии и требовали введения авторитарного правления. Радикально настроенные националисты и консерваторы в Америке, напротив, обычно являются преданными поборниками американской демократии и либеральных убеждений. Наряду с этим они (осознанно или подспудно, открыто или глубоко скрытно) уверены, что американская демократия создана белым населением страны, исповедующим христианство, что и американским демократическим свободам, и либеральным убеждениям нации угрожает влияние иммигрантов, расовых меньшинств и иностранцев. Я не утверждаю, что это мнение априори ложно. Обсуждение этой точки зрения выходит за рамки тематик этой книги. Хочу лишь подчеркнуть, что люди, разделяющие эту позицию, естественно, испытывают озлобленность, настороженность и готовы оказывать сопротивление в ответ на проявления многих современных тенденций14.
Американские протестанты-фундаменталисты также не выступают против «американского символа веры» как такового. Однако у них вызывают отторжение культура и интеллектуальные достижения современной Америки. Они отвергают самые основы современности. Современная американская «массовая культура» представляет для них одну из форм ежедневного подрыва тех ценностей, которые они так страстно отстаивают, и готовность белых американцев среднего класса защищать эти социальные, культурные и расовые ценности, в свою очередь, проявляется в реакционной религиозной идеологии, которой они придерживаются. С одной стороны, Америка рекламирует миру свою «американскую мечту», с другой стороны, в самой Америке многие считают, что они живут в американском кошмаре15.
Америка взрастила на своей почве, пожалуй, самую глубокую, широко распространенную и консервативную религиозную веру в западном мире, в которой есть место безудержным надеждам, страхам и ненависти, связанным с наступлением нового тысячелетия. Эти явления оказались тесно взаимосвязаны. Согласно данным независимого исследовательского центра «Пью Ресёрч» («Pew Research Center for the People and the Press») за 2002 год, Соединенные Штаты начала XXI века по своим религиозным представлениям в целом были гораздо ближе к развивающимся странам, чем к промышленно развитым (хоть большинство верующих в США – не протестанты-фундаменталисты, а католики или «основная масса» протестантов, придерживающихся более либеральных воззрений). Население современных Соединенных Штатов демонстрировало не меньшую приверженность своим религиозным убеждениям, чем в начале XIX века. Это отмечал еще Алексис де Токвиль в 1830-е годы. К тому времени религиозные верования европейского населения были существенно поколеблены после нескольких десятилетий эпохи Просвещения и под воздействием Французской революции, а практически все американцы в это время были истово религиозны16.
По состоянию на 2002 год 59 процентов респондентов в США утверждали, что «религия играет очень важную роль в их жизни». Таким образом, по этому показателю Соединенные Штаты находятся между Мексикой (57 процентов) и Турцией (65 процентов), но далеко отстоят от Канады (30 процентов), Италии (27 процентов) и Японии (12 процентов). Если принимать во внимание весь диапазон показателей процентного соотношения, то США оказались по этой шкале ближе к Пакистану (91 процент), чем к Франции (12 процентов)17. По состоянию на 1990 год 69 процентов американцев верили в то, что дьявол существует во плоти, такого же мнения придерживалось вполовину меньшее количество британцев18.
Рассказывают, что некий сенатор США как-то сказал о европейцах: «Какие у нас с ними общие ценности? Они даже в церковь не ходят!» И он был отчасти прав. Это одинаково верно и для представителей высших политических кругов США (однако не для представителей интеллигенции, культуры и экономической элиты), и для рядовых граждан в целом. Протестанты-фундаменталисты в США всегда проявляли большую склонность к навязчивым идеям. Изначально они в параноидальном стиле реагировали на католиков, масонов и других представителей инакомыслящих, впоследствии продемонстрировали такую же реакцию на холодную войну и коммунистическую угрозу19. Уже в наши дни «протестанты фундаменталистского толка стали активнее включаться в общественную жизнь. Так проявились новые религиозные и духовные традиции, которые сформировались у англо-американских протестантов, как либеральных, так и фундаменталистов, после того как они столкнулись с угрозой, исходящей от американцев других религиозных и этнических групп»20.
В результате напряженного противостояния между фундаменталистскими религиозными ценностями и теснящей их со всех сторон современной американской «массовой культурой» возникает истерическая реакция американских правых, которая вызывает такое глубокое недоумение у сторонних наблюдателей. Во многих районах Америки на основе этих религиозных убеждений, в свою очередь, формируется основная составляющая самосознания белого американского населения, потомков первых колонистов. Наиболее отчетливо это проявляется на территории южных штатов, так называемого Большого Юга, у той части населения, которую бывшая первая леди Каролина («Леди Бёрд») Джонсон назвала: «Мы, простой народ Америки»21.
Религиозные убеждения широких слоев этого основного населения испытывают постоянное, ежедневное давление со стороны современной светской культуры, прежде всего через средства массовой информации. И возможно, не меньшее влияние на них в долгосрочной перспективе будет оказывать наблюдающееся в последние десятилетия определенное снижение реальных доходов американского «среднего класса», к которому относятся эти группы. Помимо прочего, в результате снижения доходов, а также более обширных экономических перемен, начавшихся с нефтяного кризиса 1973 года, многие женщины вынуждены были трудоустраиваться, что неизбежно подрывало традиционную структуру семьи даже среди тех групп населения, которые наиболее преданно поддерживали семейные ценности прошлого.
