— Так, а я второе задание беру, с проверкой оформления чудовищной документации, зависшей на почте, — поправив очки на носу и вытащив из уха наушник от телефона, просветила Анастасия — сама серьезная и ответственная девушка в нашей веселой компании.
— А я беру то, где Чудовище сказал обратиться к админам насчет чистки и настройки базы, — довольно произнес Женя.
Дальше не слушала. Ролики уже надела. Скрестила пальцы наудачу и поехала к лифтам. Здание у нас большое. Пока из одной части в другую доберешься, много времени уйдет. Я видела, как на роликах ездят работники гипермаркетов. Сейчас мне важнее сохранить место, нежели репутацию, так что вперед.
Когда доехала до лифтов, включила диктофон и сделала себе устную заметку. Юбку перед катанием на роликах переодевать нужно. Завтра в брюках приду. Если все удастся.
Адреналин зашкаливает. Азарт невероятный. Поначалу коридоры были пустынны, но вот я вышла из лифта тремя этажами ниже, и началось — у финансистов всегда людно. На меня удивленно оборачиваются, что‑то спрашивают, но я не отвечаю, мчусь вперед и извиняюсь, если на кого‑то случайно наехала.
Нашла нужный кабинет, постучалась, въехала. Секретарь посмотрела на меня круглыми шокированными глазами.
— Роман Алексеевич у себя?
— Да, а вы кто?
— Помощница Виктора Эдуардовича Гайне, Валерия Николаевна. Мне нужно забрать документы для своего начальника, — во мне проснулась робкая надежда. — Они уже подписаны?
— Нет, документы на руках у Романа Алексеевича. Раз вы от Виктора Эдуардовича, то можете… проехать и попросить подписать их сейчас, если это срочно.
Это очень срочно.
Заехала к Роману Алексеевичу — дядечка за столом сидит вполне обычный, в особо скандальных слухах лично мной не замеченный. Лысеющий, круглый весь такой, усталый. Кажется, мужчина даже не заметил, что я на роликах.
— Что вам? — вопросил мужчина хмуро.
— Документы с вашей подписью нужны. Для Виктора Эдуардовича.
Мужчина пригляделся ко мне уже более внимательно и заинтересованно.
— Очередная помощница?
— Да, Роман Алексеевич, — с нетерпением сжимаю ручки прихваченной с собой сумки. Мысленно подгоняю финансиста.
— Та — а-ак. Интересно, — мужчина достал из ящика бумаги и стал нарочито неторопливо их подписвать, успевая при этом меня внимательно рассматривать.
— Красивая вы девушка. И зачем только в пасть к акуле лезете? Влюбились, видимо, в Чуд… десного Виктора Эдуардовича? Мой вам совет, бросайте это дело. Виктор Гайне не заводит романов на работе, это всем известно. Многие девушки уже пытались идти вашим путем, и у них ничего не вышло. Только нервы себе попортите, попомните мое слово. А так, когда из помощниц уйдете, можете заходить. У нас в отделе вечная нехватка инициативных трудолюбивых кадров, — произнес Роман Алексеевич, поглядывая в область моей груди, надежно прикрытой пиджаком. Вот если бы не недавняя ситуация с Павлом Дмитриевичем, даже не обратила бы внимания, куда смотрит финансист. Все мужики… в одну сторону смотрят, видимо.
— Спасибо, Роман Алексеевич, — сухо поблагодарила я.
Вышла из кабинета только минут через пятнадцать. Мужчина специально, кажется, все долго подписывал, найдя себе развлечение в моем лице.
— Спасибо, — вытащила из сумки шоколадку и положила на стол перед секретарем. Вот с кем контакты надо наводить. — Я, наверное, здесь часто теперь буду появляться. А вас зовут…
— Галина, — довольно улыбнулась худенькая девушка, пряча под стол шоколадку. Не балуют ее тут, что ли, сладким?
Выехала из кабинета. Так, какое задание выполнить дальше?
Заглянула в интернет. Девчонки уже все задания выписали отдельным списком. Кое‑что уже сделано, но осталось еще много. Сейчас съезжу, тут все равно недалеко, в кадры, возьму свое личное дело и еще нескольких сотрудников. Предполагаю, что мое дело Чудовищу нужно просто потому, что он даже не потрудился узнать, кто будет следующим его помощником, потому и собеседование не провел. Так, последним пунктом оставлю подать начальнику кофе, как раз в двенадцать. Двойной, крепкий, без сахара. Надо запоминать вкусы начальства.
Ну что, поехали!
Без двух минут двенадцать. Стою перед приемной в окружении своих добровольных помощников. Меня потряхивает от напряжения.
— Быстрее — быстрее! — Суетливо ворчат подруги, пока я снимаю роликовые коньки. Одна из девушек торопливо наливает из термоса кофе в кружку. — Одно задание не успели сделать — Ольгу напрягли в архиве, может успеет еще сделать. Если что, мы тебе сообщение кинем, если она успеет. Тяни время.
— Хорошо, я пошла. Может, вообще не заметит, что одно задание не сделано, — ответила я, надев туфли, и взяла гору папок с бумагами на руки. Сверху, на папки, мне поставили исходящую паром чашку кофе.
— Стоять! — вскрикнула вдруг наша красотка Марина. — Ты что, так пойдешь? У тебя же волосы из прически выбились и тушь размазалась.
— Нет времени.
— Тридцать секунд.
Девушка, вооружившись расческой, влажными салфетками и пудренницей, подскочила ко мне.
— Все, готово! Не придерешься. Порази его в самое сердце и отомсти за все разбитые женские сердца нашей компании!
— Кхм. Ну… ладно, — видимо, у Марины это что‑то личное.
Пошла. Дверь в приемную мне заботливо открыли, а вот дальше надо продвигаться как‑то самой. Папки обзор закрывают, еще и чашка эта… эктрим в чистом виде.
Чашка тревожно звенит о блюдце при каждом шаге. А может, это ложка звенит о чашку. Мне не видно. Балансирую. Зачем только ложку положили, если сахара нет? Или есть? Тогда конфуз.
Дверь бесцеремонно открыла с ноги. И даже не стыдно.
Иду, тщательно контролируя каждый шаг. Тишина.
Дошла до стола, аккуратно водрузила папки на стол. Кофе не разлила. С гордостью взглянула на Чудовище. Мужчина застыл в задумчивой позе, оценивающе меня оглядывая. Смотрит так, словно впервые увидел.
Все же взглянула на мгновение в глаза Чудовищу. Глаза цвета стали. Не серые, нет. Именно стальные. Виктор Гайне шатен, с тщательно уложенными и зачесанными назад волосами. Нравятся губы, четко очерченные, не тонкие. Такой «мужской» правильный овал лица. Идеален во всем. Слишком идеален. И это пугает. Мне кажется, что я не смогу соответствовать такой идеальности и совершенству.
— Все сделано, Виктор Эдуардович. Жду ваших дальнейших указаний, — ну а чего немного не покрасоваться и не подразнить Чудовище?
— Валерия Николаевна, значит? — запомнил! — Дайте мне ваше личное дело.
А вот теперь снова страшно.
Вытащила из стопки нужную папку. Чашка с кофе так и стоит на стопке принесенных мною документов. Передумал пить кофе?
