– Молчи, только скажи, видишь или нет?
– Вижу-у… точнее, видел, как только ты спросила, сразу проявилось.
– Теперь слушай. Помнишь, первый раз предложил о импульсной лазерной накачке чистой энергией человеческого тела?.. – Нина замолчала, о чём-то вспоминая.
– И что?
– Тогда вы разрабатывали устройство капсулы по образу и подобию материнского чрева. Ещё ходили не по разу в день на консультации ко мне. Я тогда сама прочитала много новой литературы, чтобы понять уже на фоне ваших знаний. Тогда вы мне сделали маленький макет, полный аналог капсулы, что ты приготовил для себя.
– Ну и что?.. – Виктор всё ещё не понимал.
– Он ведь был рабочий, и я его использовала в своих интересах.
– Как это?
– Провела опыт. Это было ещё до того, как ты в первый раз лёг в свою капсулу. – Нина встала, протянула ему руку, – пошли, покажу кое-что.
Виктор руку протянул свою, подумал, что она с ним, как с ребёнком, спрятал руку в карман.
– Ты чё, как с ребёнком, я и сам дойду, не сомневайся.
– Да-а?.. ладно – она уверенно в лабарантскую пошла, он следом. Подошла к шкафу и достала из коробки аналог капсулы большой, положила на кушетку.
Увидел Виктор в стеклянной капсуле, которая была открыта, белую крысу. Она была неподвижна, но чувствовалась жизнь, точнее, какие-то невидимые признаки.
– И что это?.. – почему-то шёпотом Виктор спросил.
– Я ввела её в квантовое состояние жизни, как тебя и вот итог, из этого состояния вывести обратно не смогла.
Виктор неуверенно смотрел, то на Нину, то на крысу, которая не шевелилась даже, но была живая.
– Ты её в скафандр одевала что ли?
– Нет, но в этом нет необходимости, дыхание прекращается само собой, тело получает всё необходимое через лазерные лучи импульсной накачки, важно, наверное, информационное наполнение луча.
– Это ты как узнала?
– Вот на крысе и узнала, и ты сейчас это подтвердил, вроде и дышишь, а нет необходимости при этом.
– А сердце?
– Сердце бьётся, но ритм его меняется. Останавливается и начинает биться, когда есть необходимость.
– А когда есть необходимость?
– Я не знаю, но думаю, что перерыв может продолжаться от секунд и до тысячелетий.
Виктор стоял ошарашенный, полностью поражённый увиденным.
– Ты хочешь сказать, что я так же мог зависнуть?
– Да.
– А как ты знаешь, что она живая?
– Много признаков. Она не живая в том виде, как мы понимаем жизнь, как бы в летаргическом сне, но таком глубоком, что будто мертва.
– А это откуда знаешь?..
– Знаю, не дура ведь.
– А-а!.. не дура, точно, раз я всё ещё разговариваю с тобой.
– Теперь понимаешь процент риска?
– Понимаю, но этот процент не меняет ничего – пристально на Нину посмотрел, – теперь жизнь моя никчемная только от тебя зависит.
– А я о чём. Так что слушайся меня во всём, что бы ни сказала.
– Нет.
Нина недоуменно посмотрела на него.
– Не убедила?
– Убедила, но это твои проблемы, раз взялась следить за моим здоровьем.
– Как?.. – Нина начинала злиться.
– Как следила – посмотрел на крысу, – ты её не гладила, не целовала, вот она и обиделась, ушла в кому, а мне просто стыдно после нежности твоей где-то оставаться.
Нина пропустила юмор.
– Я пытаюсь понять, как вывести её из сна, знаний не хватает. Может, поможешь?
– Как и чем?
– Понять, почему так произошло.
Но Виктор не слышал, мысль в сознании взорвалась, будто лучами информации разлеталась по вселенной, а мозг образ понимания формировал.
– Как Египетские мумии!.. – осенило, вдруг заключил её в свои объятия, радостно смеясь.
– Ты чего?.. – стала Нина вырываться.
– Ничего. Ты вот что, крысу береги, она сейчас наш талисман.
– Какой талисман?
– Сколько времени прошло, и как долго продолжался опыт?
– Недолго, минут пятнадцать, как поместила в капсулу, ты иногда дольше пребываешь, а спит уж три месяца почти.
Виктор смотрел на Нину заговорщицки…
– Заколдованная крыса!.. надо найти средство, чтоб расколдовать, тогда нам самый страшный враг не страшен – посмотрел лукаво, – всё просто, Нина, надо с раствором поработать. Что, если его сделать не жидкостью, воздушным, например, или совсем эфирным? Направляем газ на вражье войско, через пятнадцать минут все спят, собрал оружие, проснулись, но в плену, – засмеялся весело, – шучу я, Нина. Ладно, я пошёл к директору, ты не уходи, скоро вернусь.
Нина ещё что-то сказать хотела, но видя, даже физически, как искрами сверкает голова, промолчала. Она понимала, что у него в голове идеи роем вьются, спросила только:
– Ты куда?
– Сказал же, к Александру Николаевичу. Только ты не вздумай меня ложить на обследование, а то усну, как эта крыса. Надо сначала антисон изобрести, потом можно и ложиться.
– Так вроде не уснул ведь.
– Это только потому, что ты меня, как спящего красавца целовала. Ух ты-ы!.. это же, как в сказке, поцелуешь, расколдуешь, только вот вроде, как всё наоборот должно быть…
– В сказке же не просто поцелуй, а поцелуй любимого, это же сама любовь…
– Или любимой, Нина. Вот, опять себя разоблачила. Я пошёл, найдём причину, ты не сомневайся, я же сегодня вышел и хожу, хоть и не совсем, будто сплю и не сплю одновременно. Потом решим, а на мене проверим.
Он уже точно знал, что выводить из такого сна его придётся Нине. Как это будет, он ещё не знал, но определил направление продолжения опыта.
Глава 3
Свой опыт Виктор строил на основе новейших открытий лазерной импульсной накачки ткани пространства высокоэнергетическими квантами энергии и на допуске голографического строения всего Сущего. Пока учёные доказывали наличие или отсутствие тёмной материи или энергии, он назвал просто – ткань пространства и взял это определение за основу.
Что он заметил, так это то, что в точке воздействия лазерным лучом или несколькими лучами на ткань пространства, что является первичной субстанцией, как ответная реакция по периферии воздействия создаётся низкочастотная среда обитания (так назвал), как микроклимат для образования материальных частиц, атомов, молекул, клеток и целого организма, согласно информационному коду воздействия.
Вот здесь-то он взял за основу создания материального образа – «точка», «тире», из которых мог создать любой образ, но это было только в разработке. Пока же он пытался понять и по возможности, научиться управлять и не только в виде объективного образа, а в виде того первичного импульса лазерной накачки, который и создаёт этот образ.
То, что происходит в объективной реальности, является только ответной реакцией ткани пространства на импульс накачки высокоэнергетическими квантами энергии, чтобы понять механизм накачки и далее кристаллизации первичной субстанции в любой объективный образ от атома и даже нейтрино до совершенного существа, планеты, звезды, галактики.
Если это удастся, то исчезнут многие проблемы человечества, так как появится возможность создавать любой объективный образ, как бы напечатать на принтере, в случае человека «напечатать» в пространстве всё необходимое для жизни. В семидесятые годы двадцатого столетия эти технологии были ещё весьма слабы и в большинстве не принимались официальной наукой, но Виктор искал аналог в собственном организме.
Задача такая – выйти в полевую (квантовую) форму сознания, исследование и выход к источнику лазерной импульсной накачки ткани пространства высокоэнергетическими квантами. Далее уже просто, как считал – наличие наблюдателя в полевой форме жизни создаёт условия для образования частиц. Наличие наблюдателя является условием перевода низкоэнергетических квантов энергии (волн) в высокоэнергетические и при определённой среде обитания кристаллизация квантов энергии в объективные формы.
Он искал зацепку, и однажды его осенило, было очевидно, что кристаллизация ткани пространства, которая находится везде, в объективную реальность очевидна в развитии и росте плода. Получается, что семя, помещённое в определённую среду (воду), начинает развиваться в процессе своего роста, как кристаллизация ткани пространства. От чего это зависит и почему?.. Понял, что через механизм формирования плода в объективный образ, он может выйти к источнику создания того или иного объекта, и понять механизм формирования событий и далее, архивация этих событий, согласно голографического строения сущего в частицы вещества любой сложности.
Именно это открытие сблизило его с Ниной, только она, как врач, могла поведать все подробности и условия формирования плода во чреве матери. Почему, именно, человека, а не семя растения или?.. Ставя себя в режим подопытного кролика, понимал, что исследовать точно можно только свою природу существования. Он не может чувствовать внутреннее состояние той же крысы, может только свои и проанализировать, в том числе.
