ключе. По пунктам.
И первым делом необходимо высадить Кирилла. Отвезти его в отель и обдумать ситуацию в одиночку, чтобы никто не мешал и не раздражал своим великолепием. Конечно, рядом с ним я не придумаю ничего хорошего, я скорее покажу все свои слабые стороны и позабавлю его. Ведь он молчит и с интересом наблюдает за мной, а про себя заполняет графы, освежая мой портрет в своей голове. Сейчас нащупает верные ниточки, а потом начнет дергать на свой извращенный вкус, сплетая их туже и теснее с каждым днем.
Я ведь знаю его. Помню…
– Ты сказал, что приехал из-за меня, – я вновь завожу мотор и сдаю назад, чтобы выехать из кармана. – Что это значит, Кирилл?
– Я соскучился.
– Ты можешь говорить серьезно?
– Я серьезно, – тон у него ни черта не серьезный, а как раз наоборот – расслабленный и веселый, так звучит круглый именинник, котором вручили подарок его мечты. – Прошло много времени, и мне захотелось вновь увидеть тебя.
– Вот именно много, – я киваю как заведенная. – Очень много… Что на тебя нашло?
– Вадим слишком часто упоминал о тебе, – усмехается мужчина. – Он влюблен в тебя по уши, правда у меня сложилось впечатление, что он не знает, какая ты на самом деле.
– Мой муж знает меня, не беспокойся, – я огрызаюсь, чувствуя как его фраза оценщика задевает меня за живое.
– Ты так изменилась? – Кирилл хмурится, будто не может поверить, что я действительно стала такой, как рисует меня Вадим в дружеских беседах. – Мне взять обратный билет?
– Возьми.
– Черт, у меня чувство, что мы в деталях повторяем наш роман девятилетней давности.
Роман? Он называет это романом?!
– Ты тогда первые встречи тоже строила из себя скучную примерную девочку. Но стоило раздеть тебя…
– Ты сейчас поедешь на такси.
– И командовала также, – Кирилл не обращает никакого внимания на мой злой тон, ему плевать, хотя он отворачивается к окну, чтобы дать мне чуть выдохнуть и не доставать внимательным проникающим под одежду взглядом. – Хлестко и голосом эталонной стервы. Я не против, Мира, мы можем повторить всё в деталях. Я же говорю, что скучал.
– Я не верю.
– И я чертовски хочу тебя. Этому веришь?
Шлагбаум, наконец, поднимается, и я выезжаю с территории аэропорта. Я почему-то выдыхаю полной грудью, словно от этого может стать легче. Ведь дело не в месте, а в пассажире. А еще в том, что мне нужно выдержать этот мучительный разговор, чтобы понять, чего он добивается на самом деле.
– Твой муж перестарался, напоминая мне о тебе. Знаешь, это как расчесывать старую рану… Я нашел твой аккаунт, он красивый, но там ни одной откровенной фотографии. Даже в купальнике, – он недовольно качает головой. – Пришлось доставать наши старые фотки.
– Нет… ты обещал уничтожить их, – я на мгновение прикрываю глаза, чувствуя, как глоток воздуха становится комом в горле и душит меня.
– Я соврал, – ровным голосом сообщает Кирилл. – Они слишком дороги мне.
– Так ты будешь шантажировать? Ты для этого прилетел? И чего ты хочешь?
– Да, я хочу долю в бизнесе Вадима. Процентов девяносто – девяносто пять.
Я резко поворачиваю голову в его сторону и совершенно забываю о дороге.
– И его любимый галстук. У него же есть любимый?
Кирилл смеется, наслаждаясь моей яркой реакцией. А мне хочется ударить его наотмашь по плечу, чтобы сукину сыну стало больно. Но я боюсь дотрагиваться до него, все равно с какой целью, ведь это шажок в его направлении. Он хочет сокращать дистанцию и будет добиваться этого любой ценой. Да и что для его натренированного и выносливого тела моя пощечина?
– Ты слишком долго жила с бизнесменом, – продолжает Кирилл. – Шантаж, подстава… я не играю в такие игры, мне скучно в них. Всё намного прозаичнее, я смотрел на твои фотографии, а потом представлял тебя, когда трахал других баб.
– Польщена.
– А у тебя остались мои фотографии? Ты ведь любила снимать меня, мы пропадали в студии до поздней ночи. Даже когда не трахались, ты могла часами кружить вокруг меня и искать правильную тень на моем торсе. Помнишь? Ты иногда обводила их языком, словно хотела заострить. И называла меня животным. Сильным молодым животным.
Глава 7
Я привожу Кирилла в самую крутую гостиницу города. Она находится не просто в центре города, а в нескольких шагах от красивого стального созвездия, которое встроено в брусчатку и обозначает нулевой километр. Вокруг пафосные заведения и старые театры, дорогие авто и мужчины в деловых костюмах.
– Бывала здесь? – спрашивает Кирилл, отщелкнув ремень безопасности.
– Нет.
– Даже в холле?
– Было невыносимо приятно повидаться, – я киваю назад, чтобы он не забыл свою дорожную сумку. – Надеюсь, город тебе понравится, на ресепшене можно спросить туристическую памятку.
– Это вряд ли. Я запланировал слишком много дел на эту поездку, – Кирилл подмигивает мне, словно беспокоится, что моих извилин не хватит, чтобы уловить его пошлый намек.
Я устало выдыхаю и надеюсь, что хоть какие-то запланированные им дела не касаются меня. Ни меня, ни Вадима… Хотя куда там. Я ничего не добилась от Кирилла и даже не поняла, сказал ли он хоть слово серьезно, а не ради пустого глупого веселья. Мне быстро надоело биться об кирпичную стену из мужских шуточек и лютой самоуверенности и я сдалась. Я не могу заставить его, а Кирилл не собирается открывать карты так рано. Но я теперь сильно сомневаюсь, что он прилетел ради нового проекта, который они с Вадимом должны запустить в следующем квартале.
Нет, Кирилл хочет сорвать совсем другой банк.
– У меня встреча с твоим мужем вечером. Ты будешь?
– Не думаю. Я не сопровождаю Вадима на деловых встречах.
– А кто сказал о деловых? Я хотел при свечах…
Мужчина наклоняется к окну и кладет широкую ладонь на дверцу машины, и я впервые замечаю, что на его левую кисть наползают черные полосы татуировки. Мне почему-то кажется, что графический строгий рисунок набирает силу и доходит до плеча, хотя теперь не проверить. Кирилл успел вернуть модный пиджак на плечи.
– У тебя тату? – я сперва произношу вопрос вслух, а потом думаю какого черта.
Какого черта, Мира?! Оно вообще имеет значение? У него может быть пирсинг на яйцах, тебя это не касается.
– Только заметила, – Кирилл хмурится, и тут он прав, он всю дорогу ехал в одной футболке, а меня осенило лишь сейчас. – Куда ты смотрела, милая? На мои брюки?
– Забудь, – я отмахиваюсь с раздражением.
– А зачем тогда спросила? Переживаешь за любимую фактуру? –
