Чем только бесит меня!
- И я должна в это верить?!
Фото Нины, когда эти двое бредут вдвоем в сторону нашего дома в первом часу ночи, так и стоит перед глазами.
- Да, потому что я правду говорю.
Правду...Ну да...Секс же - не отношения!
- Еще скажи, что собираешься теперь соблюдать целибат! - фыркаю едко, раздумывая, пересылать ему вчерашнюю фотку или нет.
Если отошлю, он точно пойдет Нину прессовать, скорее всего через Вахтанга или Теймураза, и потом она может и сообщать мне ничего больше не будет от греха подальше. А я…наверно… хочу знать.
Да и вообще...Какая мне разница! Если хочет с ней спать- пусть спит! Мы не вместе. Всё!
- Если ты скажешь, что у меня есть хоть один шанс тебя дождаться, то я буду ждать. У меня есть этот шанс, Лиз? – прерывает мои размышления Сашка глухим голосом.
Как обухом по голове. Забываю тут же, о чем думала. Молчим, учащенно дыша в трубку. Мысли мечутся испуганными птицами.
- Скажи правду, ты с ней был после...того...как...? Был? - у меня голос скатывается на рваный шепот.
Сашка не отвечает. Так долго, что я роняю лицо на ладони и чувствую, как горячая влага собирается на глазах. Я постепенно понимаю ответ. Это не как удар ножом, нет. Меня медленно трут наждачкой прямо по слизистым. Жжется, мучительно противно и больно...
- Вчера мы...Я был очень пьян, и...- Сашка сглатывает, его голос хрипло вибрирует у меня в черепной коробке, - Но наутро я почувствовал себя полным идиотом. Пытался сегодня уволить ее.
Всхлипываю, вытирая тыльной стороной ладони влагу под носом на щеках.
- И что? Не получилось? - хмыкаю с сарказмом.
- Она не хочет, а мне настаивать неловко, пиздец, по идее это мне себя увольнять надо. И я не знаю, как это все обставить, чтобы так стрёмно себя не чувствовать, - Сашка невесело смеется в трубку, и его тон такой до боли знакомый.
Как часто он именно так рассказывал о своих проблемах, ждал, что я скажу. Сама не замечаю, как снова утопаю поудобней в кресле- мешке и рассеянно глажу пальцами телефон.
- Прости, что говорю тебе все это, Лиз. Смешно, но мне больше некому на такое жаловаться, - добавляет, и я почти вижу, как он по привычке трет лоб, прикрыв глаза и качая головой.
- Ну знаешь, ты у нас теперь свободный. Всех, кого трахнул - увольнять, так и сотрудниц не напасешься, - истерически хихикаю.
- Смешно, да, - ржет мне в тон, - Тут главное с тоски на сотрудников не перейти...
Прыскаю со смеху, представив Сашку, кругами ходящего вокруг Теймураза. И опять замолкаем. У меня внутри горит все и одновременно как-то странно отпускает. Это какой-то невероятно откровенный разговор.
- Приедь, пожалуйста...- опять начинает через пару секунд, - Я могу поменяться. Хочешь, съездим куда-нибудь? По Тбилиси, например, погуляем. Как тебе?
- Я не поеду, Саш...
- Планы на день влюбленных? Фаршмак манит? - взрывается тут же.
- Знаешь, после того, что ты только что рассказал, эти твои вопросы - это просто смешно.
- Мне плевать смешно или нет, - огрызается, - Я не могу тебя не ревновать.
- Придется учиться.
Опять молчим. Сашка сопит в трубку, злится. А я слушаю и слушаю его. Это все равно всё такое родное. И я кормлю свою ненасытную тоску новыми моментами, которые можно бережно сохранить и потом вспомнить.
- Лиза, я приеду к вам на праздники двадцать третьего, - давит тоном.
- А вот сейчас про планы не хочешь спросить? - язвлю.
- Я спрашивал у детей, они собирались в Питер к деду, но у него там дела какие-то срочные, так что планов у вас пока нет, и дети меня ждут.
Возмущенно фыркаю в трубку. Договорился уже, молодец какой. И опять в обход меня. Надо поговорить с мелкими на будущее - они прямо как диверсанты. Ведут тут подрывную деятельность...
- Ладно, хорошо. Но ты же помнишь, что у меня останавливаться больше нельзя. Я не шучу, Саш. Отставлю ночевать в подъезде. Так что ищи гостиницу или договаривайся с Ратмиром.
- Боишься, что опять со мной переспишь? - хмыкает хрипло.
- В том числе, - бормочу.
- И что в этом плохого? - тихо, - Или изменять "рыбе" своей не хочешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Он тут не причем. Просто мне очень плохо потом, - признаюсь почти шепотом.
Сашка шумно выдыхает и наверно снова трет свой многострадальный лоб.
- Хорошо, Лиз, я посмотрю гостиницы поблизости. Только других планов, пожалуйста, не строй.
6. Лиза
6. Лиза
14 февраля.
- Ну, девчонки, за нас! Мы друг друга любим дольше, чем все наши мужики, вместе взятые! А значит это наш праздник! - провозглашает Кира первый тост.
Мы с Владой смеемся и тоже поднимаем бокалы. Звон встречающегося стекла тонет в первых стандартных для караоке аккордах. На небольшой сцене в центре погруженного в полумрак зала какой-то презентабельный лысеющий мужчина готовится спеть про лебедя на пруду для своей дамы, сидящей от нас через пару столиков. А мы заранее готовимся не смеяться слишком громко, так как он не попадет ни в одну ноту из принципа, судя по первой исполненной строчке.
Сама не понимаю, как в эту пятницу, четырнадцатого февраля, я в итоге оказалась в переполненном караоке баре неподалеку от своего дома в компании Киры и Влады. По идее я должна была провести этот знаковый вечер дня всех влюбленных с Ариэлем, но у Влады муж неожиданно сорвался в командировку, Кирин Ося слег с гриппом еще позавчера, а я...
Я как обычно испугалась в последний момент, потому что свидание Ариэль назначил мне на смотровой площадке...гостиницы. Ночная Москва конечно дико романтична с высоты, но, когда ты точно знаешь, что для тебя еще заказан номер с джакузи, то сложно думать только о расстилающихся перед тобой бесконечных столичных огнях...
Не знаю, что со мной не так.
Мы ведь прекрасно сходили в Большой в среду, и это несмотря на то, что весь день я чувствовала себя разбитой после разговора с Сашкой.
Казалось, бывший муж уже все сломал, но он все равно умудрялся доламывать и доламывать меня, погружая на какие-то неизведанные глубины разобранного состояния. И вот я -просто кучка разбросанного лего с потерянной инструкцией, и, кажется, что место мне теперь только на помойке.
Но с Ариэлем я смеялась во время антракта и живо обсуждала постановку. А после мы отправились в ресторан, хотя уже было двенадцатый час, и дети возмущенно названивали. Но расставаться не хотелось, мы заболтались совсем. И на диванчике за уединенным столиком я позволила себя целовать.
Именно позволила - я не знаю, как еще точнее назвать это.
Не тянулась сама, особо не проявляла инициативу, но мне было приятно, чуть эротично и спокойно неимоверно. Мы находились в общественном месте, а Ариэль умел целовать ласково и не торопясь, когда это предполагали обстоятельства. Словно нежил меня. Мы тихо переговаривались между поцелуями, смотрели друг другу в глаза, выпитые пара бокалов вина слегка подогревали кровь, а потом...
Телефон пиликнул Сашкиным сообщением.
Саша: Ты спишь?
И все. Как отрубило.
Нет, я не ответила и даже не открыла его смс, Сашка не знал, что я прочла ее благодаря всплывающему экрану, и больше не писал ничего.
Но теперь в том же духе продолжать общаться с Ариэлем я просто не могла. Настроение неуловимо изменилось.
Я невольно стала думать, что Сашка хотел, что сейчас делает, он...один?
Ариэль что-то говорил мне все это время, обнимая за плечи, а я пропускала мимо ушей, и это его раздражало.
В итоге минут через двадцать мы попросили счет, и он повез меня домой в полной тишине. Только, когда я уже выходила из машины у своего подъезда, Коц бросил мне в спину:
- Давно мне никто так не трахал мозги, как ты, Лиза.
Я от неожиданности рассмеялась:
- Трахать - слово не из твоего лексикона, Ариэль. О-очень странно звучит.
На что он сощурился и криво улыбнулся:
- Я привык называть вещи своими именами. И могу и жестче, если попросишь.
