Читаем без скачивания Последний самодержец - Вячеслав Яцко

— Самые благоприятные, господин барон. Князь всецело на нашей стороне. Как вы помните, высадка союзников прошла беспрепятственно, русские не сделали ни единого выстрела за все четыре дня. Перед сражением под Инкерманом войска не получили карты местности, они были им присланы на следующий день после сражения. По прямому указанию князя резерв под командованием Жабокритского не принял участия в военных действиях. Севастополь скоро падёт!

— Это всё хорошо, но недостаточно, — возразил барон. У царя ещё достаточно сил, и он постоянно посылает подкрепления.

— Что же вы предлагаете?

— Нужно через Меншикова внушить царю мысль о решающем сражении в результате нападения на один из занимаемых нашими войсками пунктов, например на Евпаторию. Разумеется, предварительно скрытно как следует его укрепив. Пусть русские бросят туда лучшие части, после разгрома которых, защищать Севастополь будет уже некому.

— Что ж, придумано недурно. Я немедленно сообщу князю.

— Как у вас дела, генерал? — спросил барон. Он, судя по всему, был главным организатором заговора.

— Мой гарнизон готов выступить и арестовать всю царскую семью, как только будет покончено с самим царём. Дело Пестеля будет продолжено, с Россией будет покончено!

— Вы передали Мандту микстуру?

— Да, он уже приступил к "лечению". Если то, что вы обещали — правда, через месяц царя не будет в живых.

При этих словах Нелидова похолодела. Разве возможно такое злодейство? Кто мог такое замыслить? Она вновь выглянула из-за стены, в волнении сняв правую руку с браслета. В бароне с глухим голосом она узнала английского консула Ланлея, однако и он заметил её силуэт в неясном свете, пробивающемся сквозь перчатку.

— Там кто-то есть! — вскрикнул Ланлей. — Генерал!

Толстяк генерал вскочил и с неожиданной для его комплекции живостью бросился в молельню. Грубо схватив женщину за руку, он сорвал с маски нижнюю черную ленту и начал тащить Нелидову из молельной. Та сопротивлялась изо всех сил, стараясь вырваться; её перчатки затрещали и лопнули. Браслет засветился в полную силу, бросив луч на изображение Спасителя. Нимб вокруг его головы ярко вспыхнул, ослепив генерала и его сообщников. Генерал вскинул руки к голове, защищая глаза, и предоставив, таким образом, свободу своей пленнице. Та не замедлила ей воспользоваться, бросившись со всех ног из церкви. Она продолжала бежать, не разбирая дороги, и не остановилась, пока совсем не задохнулась.

Отдышавшись, Балашова оглянулась вокруг и поняла, что находится на третьем этаже дворца недалеко от большого кабинета императора. Мысль о том, что возле кабинета постоянно дежурит караул, её приободрила, и она стала успокаиваться. Не станут же заговорщики гоняться за ней по всему дворцу. Чтобы добраться до своих покоев Балашовой пришлось спуститься на первый этаж.

Вернувшись к себе, фрейлина с помощью неизменной Катеньки переоделась в ночную сорочку, а сверху накинула просторный голубой шлафор — что-то типа шелкового халата с коротким рукавом, без пуговиц, с витым цветным поясом. Она села в кресло за туалетным столиком и, расчёсывая волосы черепаховым гребнем, обдумывала произошедшее на маскараде. Кто была та маска в костюме летучей мыши? Что ей теперь делать? Узнали ли её заговорщики?

Ответ на последний вопрос не заставил себя ждать. В зеркало она увидела, как дверь в её комнату стала открываться, сначала появилась лохматая голова, а затем всё тело с приличных размеров ножом в руке. Отбросив гребень, Балашова схватила со столика наиболее увесистую баночку, затем вскочила и с разворота запустила её в убийцу. Баночка попала прямо в переносицу и залила лицо мужика красными румянами. Никак не ожидавший такой прыти со стороны жертвы, убийца взвыл, схватившись за голову руками. Балашова стремительно проскользнула мимо него в дверь, захлопнула её и закрыла на ключ, который, как ни странно, торчал снаружи. Выбежав в коридор, она взлетела вверх по лестнице, остановилась в пролёте и закричала дурным голосом: "Помогите!" Гулкое эхо разнеслось далеко по ночным залам и коридорам дворца. Женщине даже показалось, что заколыхались огоньки свечей в стенных лампах. В ответ раздался топот ног, и на площадке появился статный высокого роста мужчина в темно-зелёном мундире с золотыми петлицами на красных лацканах, а вслед за ним — ещё один, поменьше ростом в тёмно-зеленом форменном кафтане, но без золотого шитья.

— Гренадёр первой статьи Анисимов, ваше с-тво, — представился первый.

— Младший надзиратель Иванов, — сказал второй.

Балашова, задыхаясь от недостатка воздуха, рассказала о произошедшем.

— Вот, что, братец, — распорядился гренадёр, — оставайся здесь с барышней. А я бегом в нашу дежурку, вызову полковника.

Он быстро удалился. Оставшись наедине с надзирателем, Нелидова с ужасом осознала, что стоит в полном неглиже. У неё поплыло перед глазами, и она упала без чувств. Ни физически, ни психологически фрейлина не было готова к таким перегрузкам.

Очнувшись, Балашова увидела, что над ней склонилась маленькая продолговатая змеевидная голова с запавшими круглыми глазами и огромным носом.

— Вам, милостивая государыня, нужно принять вот эту микстуру, — тонким шипящим голосом произнес Мандт, поднося к её рту ложку с розовой жидкостью. Заворожённая его пристальным магнетическим взглядом, понимая, что в ложке таится смерть, Балашова, тем не менее, послушно открыла рот. В это время в дверном проёме, появилась могучая фигура Николая Первого. При взгляде на него гипнотические оковы спали, Балашова с силой оттолкнула руку лейб-медика. Ложка вылетела из рук Мандта, жидкость вылилась на ковер.

— А ну ка, братец, heraus! — скомандовал император. Пятясь и кланяясь, Мандт вышел из комнаты.

— Как ты, Аркадьевна? — участливо спросил Николай и взял её за руку, присев на стул возле кровати.

Нелидова всхлипнула, обеими руками схватила ладонь императора, склонив голову, прижалась к ней губами; из её глаз потекли слёзы.

4. Браслет

Отдайте ей браслет, — он был найден случайно

Какой-то чудною судьбой

И обещайте мне, что это тайной

Останется… мне будет бог судьей.

На следующий день Балашова проснулась, когда было ещё темно. Комната освещалась ночной желтой свечой в изящном подсвечнике в виде цветка, который стоял на комоде возле стены. Сколько было времени она не знала, так как никаких часов в комнате не было. Приподняв подушку и заложив руки за голову, Лена стала обдумывать события прошедшего дня, по привычке выделяя плюсы и минусы.

Первый минус. Выяснилось, что в стрессовых ситуациях сознание Нелидовой просыпается и берёт верх. Уж она, Балашова, не упала бы обморок из-за того, что незнакомые мужчины увидели её в халате, под которым, кстати, была глухая ночная рубашка. За время работы в полиции она навидалась такого, что вообще не могла представить себе ситуацию, в которой бы упала в обморок. То же самое — лобызать руки императору и рыдать, заливаясь слезами. Николай Павлович, между прочим, потом и сам прослезился. Похоже, что пускать слезу было обычным делом для людей этой эпохи. Но если постоянно плакать и падать в обморок в ответственный момент, то ни к чему хорошему это не приведёт. Соответственно, нужно найти способ управлять сознанием Нелидовой и в любой ситуации контролировать реакции психики и тела.

Вот это самое тело было вторым минусом.

Балашова встала, взяла подсвечник и подошла к зеркалу. На неё смотрела фигура в бесформенной ночной рубашке до щиколоток и рукавами до запястий. Она поставила свечу на туалетный столик и, не задумываясь, стянула сорочку через голову.

Нет, для своих лет тело было ничего и даже вполне. Среднего роста, с хорошей полной женской фигурой. Несколько обвисшие, но не бесформенные груди, тонкая талия с небольшой полоской жира внизу живота, полные бёдра, стройные ноги. Наличие излишней растительности на ногах, да и в некоторых других местах не имело значения, так как нижнюю часть тела женщины никто, кроме акушерок и, в некоторых случаях, врачей не видел. Даже исполнять супружеский долг полагалось в сорочках и в темноте, чтобы, упаси боже, не увидеть того, то не положено. Отсюда популярность "публичных женщин", которые за плату показывали всё, что хочешь.

Балашова вытянула правую руку и с недовольством посмотрела на ровную, несколько дряблую кожу. Физическая подготовка была на нуле. Применить навыки, которые она, Балашова, приобрела, получая второе высшее образование по криминалистике было невозможно. Приёмы боевой, огневой подготовки, не говоря уже о рукопашном бое, абсолютно не сочетались с этим изнеженным телом, которое задыхалось после десятиминутной пробежки. В том, что побегать ей ещё придётся, Балашова нисколько не сомневалась. Враги не будут сидеть на месте и приложат все усилия, чтобы её уничтожить. И это был третий минус — нет, даже не минус, а М И Н У С, причем в энной степени.