Читаем без скачивания Гардемарин в юбке - Ирина Хрусталева

– Город ждет, город ждет. Платье модное – улет. Зря так долго собиралась, все равно в трусах осталась.

Юля окончила Литературный институт, работала в женском журнале и называла себя свободным художником. Она писала для журнала небольшие юмористические рассказы, над которыми читатели умирали со смеху, а главный редактор один раз даже свалился со стула, когда читал один из них. Вообще-то, Юлька могла иронизировать на любую тему, но стихоплетничать по поводу рекламы она любила больше всего.

– Слушай, Ник, я вообще удивляюсь, до чего же у нас она иной раз бывает дурацкой. Вот поставили бы меня рекламу сочинять, я бы им такое придумала, что все бы попадали. Ведь, если реклама веселая, она и запоминается лучше. Это, конечно, смотря что рекламировать. Вот я бы…

Вероника не дала ей дальше развить фантазии и одернула:

– Все, хватит трепаться, по дороге еще наболтаемся.

– Хватит так хватит, пошли, – тут же согласилась девушка и понеслась в прихожую, таща за собой Веронику.

Глянув на себя в зеркало и показав своему отражению язык, Юля взялась за ручку двери. Потом, вспомнив, что нужно включить сигнализацию, чертыхнулась:

– Постоянно про нее забываю, никак не могу привыкнуть, что я теперь богатая женщина и живу не в нашей с матерью малогабаритке, а в элитном доме. Не хухры-мухры, черт побери! Знаешь, Никусь, мой Вадюша совсем не похож на нынешних «новых русских». Он такой простой и такой юморист. Я первые два месяца всегда в мокрых трусиках ходила, потому что каждый раз хохотала, как ненормальная. Мы, наверное, и подошли так друг другу, потому что оба приколисты. Ты же помнишь, как мы с ним познакомились? Вот я этой выходкой и покорила его сердце, и, по-моему, он не жалеет об этом. Во всяком случае, мне бы хотелось, чтобы это было именно так. Я ему совсем недавно рассказала про наши с тобой прошлогодние приключения. Он тоже так хохотал, что у нас в гостиной картина со стены свалилась.

– Мы, наконец, выйдем из квартиры или нет? – заорала не своим голосом Ника.

– Чего кричишь? Идем уже, сама в дверях встала и рот раскрыла, а я опять виновата. – Юлька подтолкнула подругу в спину.

Наконец они вышли на улицу и сели в Вероникину «десятку».

– Погнали наши городских! – прокричала Юлия, помахав рукой случайному прохожему.

Глава 4

Машина легко катила по трассе, а две подруги на время притихли, слушая, как из динамика льется их любимая мелодия группы «Сантана». Дуська, свернувшись калачиком, спокойно спала на заднем сиденье. Первой заговорила Юлия:

– Ник, ты не забыла, что у меня через месяц день рождения?

– Ну ты даешь, подруга! Я что, похожа на страдающую приступами склероза?

– Нет, конечно, это я так, на всякий случай спросила. Вадим уже сейчас начинает готовиться, хочет это событие отметить с размахом в загородном доме. Он уже рабочих нагнал, чтобы там все подновили, подкрасили, подбелили. Я, конечно, была против такой помпезности, а он мне так на ушко тихонечко пропел:

– «В жизни раз встречаешь свой тридцатый год». Ну что тут возразишь? И потом, он хочет на этом вечере принародно объявить, что скоро станет отцом. Пусть, говорит, все знают, что громкая фамилия Демидовы не умрет.

– Я думаю, это делать совсем не обязательно, – проворчала Вероника, – еще сглазят, не дай бог.

– А я теперь вот с этим хожу, так что не сглазят! – И Юля продемонстрировала огромный глаз, висящий у нее на золотой цепочке. – Мне его Вадим из Китая привез на позапрошлой неделе. Говорит, что это из Тибетского монастыря, самый настоящий амулет, я его никогда не снимаю, даже когда моюсь. Так что теперь нам не страшен серый волк, – засмеялась Юлька. – Никусь, а ты что-то про своего Романа ничего не говоришь. Как у вас дела-то?

– Нормально все, встречаемся, когда хотим, ничем себя не обременяем, – горько усмехнулась Вероника.

– А тебе разве не хочется за него замуж?

– Хотеть не вредно, Юленька, но на каждое хотение нужно иметь терпение. Он не говорит об этом, а я не спрашиваю ни о чем. Видно, такое положение его вполне устраивает, да и меня пока тоже.

– А как же дети? Ведь не успеешь оглянуться, и поздно будет заводить. Ведь тебе же, как и мне, скоро тридцать стукнет.

– Ничего, время еще есть, успею, – проговорила Ника, при этом тяжело вздохнула. – Вот еще посмотрю полгодика и перестану предохраняться. Будь что будет, бросит, значит, так тому и быть, и без него воспитаю. У меня, между прочим, задержка почти неделя, не знаю, может, и залетела уже.

– Вот было бы здорово, вместе родим! – заорала Юлька.

– Не кричи ты, это еще бабка надвое сказала, если это действительно так, неизвестно, как к этому господин адвокат отнесется.

– Но ты же его любишь, я вижу, – возразила Юлия.

– Ну и что? А что это меняет? Слушай, Юлия Андреевна, у тебя нет желания заткнуться и не задавать глупых вопросов? Хватит мне душу травить, я и так уже скоро ядом начну плеваться. Давай поговорим лучше о твоем будущем малыше, не знаю, кто у тебя там завелся, мальчишка или девчонка.

– Если будет сын, я его Вадиком назову, пусть будет Вадим Вадимович. А если девочка, то Вероникой. Мне всегда твое имя нравилось, с самого детства. Помнишь, еще в детском саду, как я злилась, когда меня мальчишки Юлькой-Бздюлькой дразнили? Светку – Пипеткой, а тебя никак. Нет, вру, один раз, помнишь, тебя Илюша толстый Вероникой-Земляникой назвал, вроде ничего обидного, а даже наоборот, а ты ему все равно кашу манную по голове размазала? Вот я на тебя и злилась, потому что к твоему имени ничего нельзя было придумать. Никакой дразнилки!

– Что-то ты раньше никогда мне об этом не рассказывала, про имя, – захохотала Ника.

– Когда маленькими были, не могла рассказать, а потом как-то забылось, и вот сейчас вспомнила, – засмеялась Юля.

Немного погодя, машина подкатила к месту назначения, и поневоле девушки раскрыли рты. За забором возвышался этакий трехэтажный монстр из белого кирпича, в окна уже были вставлены стекла, а площадка вокруг строительства расчищена и посыпана песком.

– Вот это я понимаю, – восхитилась Юлька, – сразу видно, что не наши алкаши-строители работают. Ты только погляди, какая чистота кругом, даже плюнуть стыдно!

Девушки пошли во двор, а Дуська понеслась в знакомый сад, правда, еще совсем голый. Только-только начали пробиваться первые листочки на деревьях, и воздух благоухал, напоенный весенним запахом набухших почек. Из дверей дома вышел прораб, молодой мужчина с иссиня-черными волосами и широкой улыбкой. Он поздоровался с девушками и повел их в дом, чтобы показать, как идут отделочные работы. Придраться было не к чему: Вероника осталась очень довольна. Кристо, так звали прораба, пообещал, что через неделю они сдадут дом под ключ. Ника дала несколько советов по поводу отделки и сказала, что на следующей неделе привезет мебель.

Они вышли с Юлей во двор, и Вероника обратила внимание на то, что на соседнем участке работает бульдозер. Видно, поселковый совет уже продал участок Семена Степановича, который прошлым летом нелепо погиб в собственном доме. Родственников у него не было, поэтому теперь соседями Вероники станут незнакомые люди. Она решила пройти туда и узнать, кто купил участок. Бульдозер сносил остатки старых стен и сгребал мусор в кучу.

– Здравствуйте! – прокричала Вероника сквозь грохот бульдозера.

Водитель увидел девушек и заглушил мотор.

– Скажите, а кто купил этот участок и что здесь намечают построить? – поинтересовалась Ника. – Я хозяйка вон того дома, рядом, и хотела бы знать, что за люди будут моими соседями.

– Не знаю, хозяюшка, говорят, кто-то из москвичей. Меня прислали расчистить участок, я от фирмы работаю, а кто, откуда, мне неведомо: зарплату фирма платит, а не хозяева. А строить здесь собираются дом жилой, летний вроде, это я слыхал.

– Спасибо большое, будем надеяться, что это нормальные люди, а не какие-нибудь бандиты, которые взяли моду строить свои особняки вот в таких тихих поселках, и после этого они перестают быть тихими.

– Да, от этих «новых русских» одни неприятности. Я слыхал, что вот из-за таких прошлым летом, здесь, в поселке, дом за домом взрывался.

Юлька прыснула в кулак, а Вероника, раскрыв рот, не знала, что ответить работяге. Самое умное, что она смогла сделать, – это кисло улыбнуться и попрощаться с мужчиной.

Все дело в том, что прошлым летом взорвался именно ее дом, а вторым был дом Семена Степановича, стены которого и сгребал сейчас бульдозер в кучу с мусором. Но Вероника не стала ничего говорить, а поспешила уйти с участка. Показалась Дуська, и Вероника ахнула. Было такое впечатление, что болонка нашла лужу жидкой грязи, в каких очень любят валяться поросята, и искупалась в ней. Юлька расхохоталась:

– Видно, на Дусю весна тоже подействовала, решила имидж поменять и превратиться из блондинки в шатенку.

– Е-мое, Дуся, – простонала Ника, – как прикажешь тебя понимать? Как же я теперь тебя в салон машины посажу? Почище лужу не могла отыскать? Пошли к соседям, буду тебя отмывать.