к экрану. Тем временем Вычислитель продолжал свою работу.
— Захват цели…
Вот он, самый напряжённый момент, но древний Вычислитель не подвёл.
— Захват произведён успешно. Начинаю экстракцию. Время до перемещения: три… два… один.
Внезапно по экрану побежали помехи. Яркий золотой цвет смешался с голубым. Какая-то голубая энергия пришла из того мира и вступила во взаимодействие с древним механизмом.
— Ошибка… ошибка… ошибка… Перегрузка системы! Аварийное отключение!
Мгновение, и золотой столб исчез. Картина, которую показали внизу, в зале Призыва, ввела старшего брата в ступор.
— Повреждения приёмника… Повреждения охлаждающего контура… Повреждения эфирной матрицы… Повреждения…
Длинный красный список понёсся по экрану. Бесценное оборудование, существующее в единственном экземпляре, построенное ещё самим Мидасом, пострадало очень сильно.
Старший Брат прикинул, что критических повреждений там нет. Но то, что всё это случилось, в принципе, невероятно.
— Кто это сделал? Почему?
Аура силы раскатилась у Старшего Брата, заставляя братьев и сестёр, которые находились в том зале, съёживаться и включать защиту.
— Сбой программы… Сбой программы… — только и отвечал Вычислитель, вместо того, чтобы ответить на прямой вопрос повелителя. Судя по всему, досталось ему конкретно.
— Что это? — повернулся он к операторам Великого Призывателя. — Что произошло⁈
— Мы не знаем, — женщина в золотом плаще испуганно посмотрела на Старшего Брата. В её глазах мелькала золотая пыльца. Подключённая толстым кабелем к древнему механизму, она пыталась разобраться. Вот только прямо сейчас у неё из носа текла кровь.
— Отключите Элоризу! — рявкнул Старший Брат.
Операторы сработали чётко, отключив женщину, которая тут же упала без сознания.
— Да что, чёрт возьми, здесь творится⁈ — снова закричал он, яростно оглядываясь.
И в этот момент, прямо в зале, открылся голубой портал.
— Что⁈ — Старший Брат в последний раз удивлялся больше сотни лет назад. А за последние пять минут он удивляется нон-стоп.
Этого не может быть! Откуда может появиться портал в самом защищённом месте Звёздной Империи Мидаса? Это просто невозможно!
Реагируя на угрозу, автоматические турели все, как одна, развернулись в сторону портала. А его золотые воины, оттесняя гражданских операторов, вышли вперёд, мгновенно поставив щиты и прицелившись из своих орудий в сторону портала.
А оттуда, как ни в чём не бывало, вышел пожилой, чрезвычайно крупный мужчина, в глазах которого мелькали бесенята, а в уголках глаз расходились смешливые морщинки. Такие морщинки образовываются у людей, которые постоянно щурятся и смеются. Но этот мужчина сейчас не щурился.
Задумчиво почёсывая густую седую бороду, ничуть не смущаясь направленного на него оружия, мужчина с интересом осмотрелся. Губы его растянулись в улыбке.
— Добрый вечер! — сказал он предельно дружелюбно, и взгляд его голубых глаз безошибочно выхватил Старшего Брата. — Меня зовут Мак. Ну или Старый Мак, если угодно. У меня к вам только один вопрос: что за херню вы тут творите?
Если Старший Брат в последний раз удивлялся больше сотни лет назад, то боялся он… Когда в последний раз он боялся, уже и вспомнить не мог. Это было тысячи и тысячи лет назад, и уже успел забыть это чувство. И вот оно вдруг решило о себе напомнить. Очень, очень неприятное чувство!
* * *
Я вернул матери её сына. Уродливое, бесплодное, безглазое существо, напоминающее гигантского червяка. Да, любовь зла, кто бы мог полюбить такое чудовище? Но, кровь есть кровь.
Злость постепенно уходила, дурные мысли полезли мне в голову. Сын Мораны долгое время был заложником, находясь у меня в Океане Душ. Гигантский Червь Погибели, за которым я гонялся больше сотни лет, пока не настиг его в одном Мёртвом Мире и затем победил в одиночку. Именно благодаря этому я смог забрать его Душу без всяких условий. В ином случае, помогай мне мои братья, это считалось бы общей добычей. Я был бы связан клятвой не отпускать его никогда.
Червь принёс много смертей и разрушений. А ведь это уродливое чудовище, пожирающее целые миры, был любимым ребенком великой Мораны. Пленить её сына я смог только из-за того, что она в тот момент была занята разборками с Неназываемым, который как раз вторгался в её миры. Если бы она прикрывала своего сыночка, хрен бы у меня получилось.
Но у меня всё вышло, и он стал своеобразным заложником, который не давал Моране творить откровенную дичь. Иначе я мог безвозвратно уничтожить его Душу. Не зря я хранил его у себя. В отличие от Неназываемого, Морана была… Как это правильно сказать?
Вы помните, что добра и зла не существует? Ну вот, поэтому объяснить здесь что-то сложно. К слову, Великий Червь, перед тем, как я его загнал, уничтожал Миры Неназываемого, что было нам, в принципе, на руку. Сколько он принёс условного «добра», а сколько «зла» — смотря с какой точки зрения посмотреть.
Меня направлял Кодекс, и на тот момент он указал на этого Червя. Так что не было сомнений в том, что я сделал. Сейчас до Кодекса я дотянуться не мог, и он не мог мне дать нужный совет. Я же мог сделать то, что сделал, чтобы отомстить. Зов, который я отправил своим братьям, остался без ответа. В прошлый раз я потратил слишком много сил в ситуации с родичами Карамельки. Непонятно, услышали меня братья или нет. А месть мне нужна была прямо сейчас.
Возможно, Кодекс такое не одобрил бы. Чем мы, Охотники, отличаемся от богов? Тем, что у нас всё ещё оставались человеческие чувства. И жажда мести — одно из них. Хорошо это или плохо? Кодекс мне судья. Если я что-то сделал не так, то добровольно пойду под его суд. Но прямо сейчас я знал одно, что в ближайшее время Мидасу придётся несладко. Весьма несладко!
Внезапно, когда я перешёл через портал и отдал приказ Харченко и его людям возвращаться в Арктику, ко мне пришло одно воспоминание… Ну или догадка, от которой я, в буквальном смысле, долбанул себя по лбу так, что у меня искры из глаз посыпались.
Я не знаю, что за помутнение на меня нашло. Возможно, напряжение последних дней сказалось, но у меня из головы вылетело очевидное. Я набрал номер телефона Императрицы.
— Саша? — раздался встревоженный голос Елизаветы Петровны. — Что-то случилось, Саша?
— Пока нет, но может случиться, — сказал я. — Нам с вами предстоит серьёзный разговор по поводу портала в моём имении.
— Саша, но я же говорила, что эти меры предосторожности направлены исключительно
