Однако, страдания мои никто не отменял, и если я их сейчас отчаянно стараюсь скрыть, это не значит, что во мне одна механика.
Бесспорно, поступкам Дениса оправданий нет, но я жила с ним пять лет. И да, из них четыре точно в розовых очках, но это не отменяет того факта, что я просто-напросто боюсь… Боюсь той жизни, которую не знаю. И как я могу в этом признаться, если после двух минут знакомства меня уже определили к той касте, которую явно недолюбливает мой новоявленный «помощник».
— Это не совсем удобно. — наконец реагирую на него.
— Если он отслеживает твой телефон, то запросто найдет.
Объясняет мне очевидную вещь, о чем я, честно признаться, даже и не думала. Видя мое замешательство, он качает головой, а затем начинает прощаться с ребятами.
— Могу я вас проводить?
Мужчина приподнимает брови, но тем не менее кивает. Выходим, он жмет на кнопку вызова лифта.
— Слушаю. — поворачивается на меня: — Ты ведь явно поговорить хотела.
— Хотела. — киваю, не представляя, как собрать кашу в голове в более менее ясную речь: — Что значит ваша помощь?
Как только звучит вопрос двери лифта открываются, мужчина молча пропускает меня вперед, и нажав на нужный «этаж», возвращает внимание на меня.
— По-моему, я уже отвечал… Или ты подразумеваешь нечто иное? — ухмыляется он, приподнимая бровь.
Открытый оценивающий взгляд, что в этот момент скользит по мне, вызывает желание тут же прикрыться. А в голове проносится тирада Дениса, но гоню ее на второй план, потому как возмущение медленно, но просыпается.
— На что вы намекаете?! Хотя, не отвечайте, пожалуй, от вашей помощи я откажусь.
Хочу развернуться и встать подальше, но меня останавливает его рука, что задерживает мою в районе запястья.
— Кажется, ты забыла сказать спасибо.
Он приближается, возвышаясь надо мной и я вновь ярко чувствую аромат его туалетной воды.
Двери лифта снова и снова лязгают, попеременно то, открывая, то закрывая нас внутри этой коробки.
— Я хотела. Только вам было крайне важно уличить меня в слабости.
Хочу выдернуть руку, но он держит крепко, при этом как будто смотрит внутрь своими холодными глазами.
— Важно было высунуть твою решимость, Дина.
Отпускает руку, двигаясь вперед, и оставляя меня с раскрытым ртом. По мановению волшебной палочки, двери лифта сиюсекундно разъезжаются перед ним. Шокированная, но полностью запутанная, я все же выхожу следом.
— Хорошо. Если вы мне поможете, сколько это будет стоить? — уже оказавшись на улице, выкрикиваю я.
Мужчина останавливается, цепко ловя мой взгляд голубизной своих глаз.
— Посчитаем позже, Дина. — просто отвечает он.
И далее уверенной, но слегка ленивой походкой двигается к парковке. Там неоном маячит желтый спортивный автомобиль, и в момент, когда я про себя говорю нет, фары машины мигают. А владелец, напоследок взглянув на меня своим фирменным нечитаемым, садится внутрь.
Глава 6
Вся ночь проходит в каком-то клубке мыслей, который за эти часы распутать я не смогла. Единственное, что я все же сделала, это подала онлайн заявление на расторжение брака. Только имеет ли это смысл, если вторая сторона не собирается соглашаться. А в таком случае, только суд.
Откровенно сказать, я долго обдумывала не только нашу совместную жизнь с Денисом, его поведение, его вылезшую жестокость. Но и человека, которого как бы я не переносила из-за личной неприязни, однако, он все же помог мне. Не думаю, что в наше время нашлось бы много желающих, кто был бы готов прийти на помощь и участвовать в этом. В данном случае, друг мужа Ольги сделал гораздо больше.
И да, я признаю, что повела себя не шибко воспитано, по-человечески не поблагодарив мужчину…просто… Не знаю, весь его вид кричит о том, что женщин он ни во что не ставит. Может быть человечность в его характере есть, однако, тот факт, что этот властный альфа считает, что ему все должны, неоспорим.
Манера держаться, слегка вальяжно, якобы не заинтересованно, но при этом подмечать все то, что происходит вокруг. Демонстрировать свою силу, не в проявлении ее как таковой, а, одними глазами, черт возьми. О, и фирменное молчать и рассматривать, будто он читает тебя, как открытую книгу.
Снова вспоминаю, снова завожусь.
Насущный вопрос, что делать дальше, который я задавала себе бессчетное количество раз. Понимаю, что каким-то образом нужно прийти в себя, решить вопрос с жильем, ведь даже не надеюсь на то, что удастся оставить квартиру. Исходя из поведения Дениса, вряд ли он поступит по-человечески. И самое главное, я не представляю как с ним бороться…
— Не спишь? — тихо стучится Оля в гостевую спальню.
— Нет, куда уж там. — она входит качая головой.
— Как ты?
Пожимаю плечами, потому что действительно не знаю, что ответить.
— Я тут подумала, помнишь же нашу вторую квратиру? — начинает она с ходу: — Мы же ее сдаем, так вот может мы туда тебя поселим? — в шоке смотрю на нее.
— Нет, Оль, это перебор! — тут же мотаю головой: — Спасибо конечно, не знаю, что без вас бы делала, но это, правда, слишком.
— Да погоди! Я уже и с Никитой поговорила, сейчас внесешь частями, а потом как встанешь, живи сколько влезет. Там хорошая такая студия… Ты подумай, взвесь все, а дальше уже…
— Я подумаю, но обещать не буду. Вы и так, серьезно, очень много делаете. — она кивает, довольная ответом.
Правда это временно, потом она буквально будет тиранить на этот счет. Но вероятно за эту ее бойкость я втройне сильнее ее ценю, потому что хоть вроде бы в самой есть что-то, но… надо вынуть эту решимость.
Невольно перед глазами снова его движение рукой и эта фраза, брошенная, как маленькой девочке. Оля заинтересованно смотрит, как я потираю руку и качаю головой.
— Что такое? — прищуривается с улыбкой: — Я чего-то не знаю?
— Все знаешь. — отворачиваюсь, чтобы встать с кровати.
— Стой…Руса вспомнила ведь, да? О чем вы говорили то вчера?
Смотрю на нее, глубоко вдыхая.
— Этот мужчина, он ведет себя так, будто я глупая, маленькая девочка! И вообще вызывает очень противоречивые чувства! — восклицаю, сама не понимаю, на что так реагирую.
— Хм, раздражает? — смеется подруга: — Или что?
— Заносчивый самовлюбленный диктатор! — выдаю то, что сама от себя не ожидаю.
А Оля с пару секунд смотря на меня вдруг начинает хохотать. От души и с чувством.
— Эй! — пихаю её в бок: — Сейчас по дружеской и женской солидарности ты должна важно кивать головой! — тоже улыбаюсь в шутку корча недовольство.
Останавливается также резко, как и начала.
— Я не буду ничего говорить, однако, очень рада, что Зуеву удалось тебя хоть немного отвлечь. — поджимаю губы.
Так и есть, он как-будто своим поведением и появлением, в принципе, отвел меня от душевных мук. И я в том числе, благодарна ему за это, только это не отменяет моей неприязни к этому мужчине.
Нас отвлекает звонок моего телефона, вижу на экране, что это мама. Глубоко вдыхаю, Оля тут же отходит в сторону балкона, давая возможность поговорить, потому что знает, что иначе я не признаюсь.
— Привет, мам.
— Дина, милая, у тебя все в порядке? Второй день звоню. — с явным беспокойством в голосе причитает она.
— Да, все нормально. Просто не смогла ответить, а перезвонить забыла.
Вру, и знаю, что ответ не понравится, но как сказать то, что собственный муж меня чуть ли не ударил.
— Ладно. Как у вас дела?
Слова не идут, и я, как в детстве, молчу. Разница только в том, что тогда я молчала, когда меня отчитывали.
— Дина? — мама настораживается, это слышно по голосу.
— Тут я мам, просто кое-что случилось…
— Знала вот ведь! Сердце не на месте уж как второй день! — восклицает: — Что???
— Мы разводимся с Денисом. — выдаю как на духу, чтобы не передумать.
Тишина на том проводе нисколько не удивляет. Вряд ли я в своей тепличной жизни скидывала на них подобную этой бомбу.
