стороны зала, заставляя меня покраснеть как фирменные скатерти в «Лимончелло». — Моя смена заканчивается через десять минут, и если у тебя нет планов…
— Извини, мы с подругой идем в кино.
— Разве я тебе не сказала? — Зоуи умело разыгрывает забывчивость. — Я записалась на маникюр и не могу перенести.
Я пытаюсь незаметно пнуть ее ногой, но не дотягиваюсь.
— Так что, — она всматривается в бейдж на его фартуке. — Чед, ты окажешь мне большую услугу, если сможешь проводить Кэти домой.
— С удовольствием, — подмигивает он.
Разыгранная сцена и хитрые выражения лиц красноречиво намекают, что эти двое договорились заранее. Я же чувствую себя актрисой, не выучившей роль.
С одной стороны, Чед довольно милый, а с другой… к чему было устраивать весь этот спектакль?
— Он сказал, ты давно ему нравишься, — успевает шепнуть мне Зоуи перед уходом. — Просто никак не мог подступиться — ты всегда слишком серьезна.
Мои свидания сложно назвать успешными, но это, спонтанное, складывается на удивление приятно, как и два следующих. С Чедом комфортно. Он не мотает нервы перепадами настроения и не устраивает эмоциональные качели. Рассказывает забавные истории и знает, как рассмешить. И самый главный плюс, в отличие от недосягаемого незнакомца из бара Чед реален — обычный хороший парень, с которым интересно провести время, и всегда есть о чем поговорить.
Нам нравятся одни и те же книги. Мы смотрим одинаковые фильмы. Даже любимое время года совпадает, чем не знак?
А еще Чед неплохо целуется, и хоть мы пока не дошли до секса, уверена, что и в этом вопросе сойдемся в темпераментах — за время, что мы встречаемся, он тактично не напрашивается в гости и поддерживает решение узнать друг друга получше. У меня нет «пунктика» в плане доступности, но из-за неудач с другими хочется притормозить — я устала разочаровываться в ненадежности парней.
Чед возвращает мою веру своей отзывчивостью и пониманием, и через две недели знакомства я приглашаю его к себе. Предвкушая новый этап развития отношений, я окунаюсь в подготовку с небывалым энтузиазмом. Вечером накануне встречи в ванной царит полная неразбериха — я делаю эпиляцию, обновляю маникюр, обмазываюсь скрабом и приклеиваю освежающие патчи. Было бы неплохо купить пикантное белье. Пусть Чед увидит меня незажатой и игривой.
Побросав разноцветные баночки в раковину, я несусь в «Гейтуэй Молл» и успеваю в «Пинк» за двадцать минут до закрытия. Еще за десять приветливые консультанты помогают подобрать эффектный комплект из черного кружева. Мне остается лишь прошагать к парковке с заветным розовым пакетом, но на этом этапе плана неожиданно случается заминка.
В паре десятке ярдов от стеклянных дверей главного входа взгляд натыкается на знакомую фигуру — довольный Чед выносит из кафе два стаканчика с молочными коктейлями. Я вскидываю руку, чтобы ему помахать, но радостный возглас так и не срывается с губ. Вместо меня Чеда зовет другая девушка.
— Привет, малыш, — с похотливым смешком она бесстыже щиплет его за ягодицу и забирает один из стаканчиков. — Поехали домой, и я слижу с тебя эти сливки.
Не переставая улыбаться, Чед обнимает развязную блондинку, делает глоток из трубочки… и замечает меня.
— Кэти? — закашливается он.
Смуглые щеки заливает румянец. Поразительно! Этот мерзавец умеет краснеть.
— Какого черта? — цежу я сквозь зубы.
Неужели у него настолько зудело в одном месте, что он не мог потерпеть до завтра? А если я не привлекала его вовсе, зачем было притворяться столько времени?
— Я собирался тебе сказать, — мнется Чед. — Но не знал, как начать… Понимаешь, в наших отношениях нет огня… Ты спокойная и предсказуемая.
И чем это плохо?
— Скажи, как есть — фригидная, — хмыкает блондинка, с пренебрежением рассматривая меня.
Язвительный тон становится последней каплей в чаше моего терпения. Я не позволю себя унижать!
— Фригидная настолько, что и тебя охлажу, — в четыре шага преодолев расстояние между нами, я выбиваю стаканчик из рук Чеда — прямо на обтягивающую кофточку блондинки.
Под истеричный визг я прохожу мимо с гордо поднятой головой, но уже на парковке начинаю себя стыдить. Неужели я действительно это сделала? Рассудительная я, которая всегда найдет аргумент для возражений… повела себя как тинейджер с бушующими гормонами? С другой стороны, Чед ведь упрекнул меня в предсказуемости — пусть видит, что неправ.
Дома всплеск адреналина сменяет досада, но слез по-прежнему нет. В груди щемит от обиды, но не так раньше — наверное, я уже выработала иммунитет от неудач. Позвонив Зоуи, я в красках описываю предательство, а когда та приглашает в кино, упрямо отказываюсь.
— Ну же, Кэти, — не унимается подруга. — Тебе нужно развеяться. Давай завалимся в клуб?
— Спасибо, Зу, но я хочу побыть одна.
И свыкнуться с мыслью, что очередной роман закончился, толком не начавшись. И ведь так было всегда — со старшей школы парни не горели желанием вступать в длительные отношения со мной. Я и на выпускной бал пошла в компании кузена, потому что пригласивший меня Микки Грэйсон якобы заболел ангиной, а на самом деле переметнулся к Тине Фаулер.
Воспоминания невольно подталкивают меня к мысли о сестре. Интересно, что бы сделала Линн? Знаю, что нас глупо сравнивать, но все же, как бы она повела себя с таким как Чед? Наверняка в тот же вечер пошла бы на свидание с другим парнем, а потом вывесила десятки сториз с поцелуями.
Но я — не Линн. И никогда ей не стану.
Отложив смартфон, я тянусь за пультом от телевизора и замечаю торчащий из тумбочки уголок пузырчатой упаковки.
Нет. Нет! Я не буду его доставать!
Но рука сама выдергивает на свет забытый кулон.
— Ничего же не случится, если я просто его примерю? — первый этап торга с собой благополучно проигран.
Второй спонтанный порыв заставляет меня надеть купленное в «Пинк» белье. Последний бастион благоразумия я разрушаю звонком родителям.
— Мам, можно ненадолго одолжить твой «Шевроле»?
Сбавив скорость, я плавно вписываюсь в поворот девяносто третьего шоссе, которое с каждой секундой приближает меня к Вегасу. Бликуя в свете фар, разметка ныряет под капот, из динамиков льется мелодичный голос Адель, но даже это монотонное спокойствие не помогает расслабиться.
Ну и авантюру я затеяла! До сих пор не верю, что сорвалась в ночи как обезумевшая.
Три с лишним часа пути я порываюсь развернуться, но неведомая сила удерживает
