А желания у моего демона были самые малые - он хотел наследника. Вот только я была Повелительница, а не какая-то там ведьма. И могла родить первенца только от своего консорта.
Я думала открыться. Думала рассказать, кто я.
Но смог бы он относиться ко мне так же? Считать слабенькой, нуждающейся в защите женой? Вряд ли.
Так что же делать?
***
- Кристина? - тихо позвал Валентин.
Жена лежала, прижавшись к нему. Демон даже слышал, как бьётся её сердце. Так уютно...
- Кто ты?
Девушка замерла.
- Я же не дурак, - Валентин подцепил светлую прядь, провёл по ней пальцами. - Ты не тот человек, которого мне отдал король Антуан. Кто ты?
Кристина приподнялась на локтях, заглядывая ему в глаза.
- У вас, человеческих волшебников, существует одержимость, - предположил Валентин. - Или двоедушники. Да? Я должен знать, ты же...
Девушка не стала слушать дальше. Она наклонилась и требовательно поцеловала его в губы.
И вдруг тихо спросила:
- Ты действительно хочешь знать?
Валентин замер. Одно дело - подозревать, другое - увидеть (точнее, услышать) воочию.
- Ты... разговариваешь?
- Очевидно, - усмехнулась Кристина. - Ты хотел узнать, кто я. Рассказывать?
Валентин слушал. Он быстро запутался во всех этих Повелителях, магии, демонах. Звучало всё так, будто девушка сошла с ума.
- Нет, - заявила вдруг Кристина. - Не сошла. Это правда.
- Ты... читаешь мысли? - удивился Валентин. - Послушай, так это... это ты помогла мне с войной... нет, ты не смогла бы...
- Я.
Валентин тоже приподнялся, внимательно, неверяще посмотрел на жену.
- Если это и так - чего ты добиваешься? Почему ты не вернулась, почему осталась? Почему ты... помогаешь мне?
- Мне хорошо с тобой, - мурлыкнула Кристина. - И ты был ко мне добр. Ты пожалел меня... в брачную ночь.
Валентин закрыл глаза. Всё это сон, сон, сон...
- Пусть будет сон, - шепнули рядом. - Пусть. Но я останусь с тобой, хумара. Я хочу это. Хочу быть с тобой.
***
Сон, иллюзия? Да ну и пусть! Я забрала у него эти маленькие, совсем ненужные воспоминания - разговаривающей меня.
Пусть он считает, что я слабенькая, немая дурочка. Я буду такой для него. В конце концов, мне это нравится. В Нуклие я - королева. Здесь... могу я просто побыть женой?
А коронацию моего консорта демону тоже можно преподать как сон. Яркий, красочный сон. Он проснётся дома, у себя в спальне, а я буду рядом. Я буду заботливо хранить его страну от амбиций соседей. А он будет хранить меня.
Это настоящее наслаждение - побыть иногда слабой. И даже если ради этого приходится расплачиваться иллюзией, сном - пусть. Так моему демону легче.
Я люблю его. Именно так.
***
Валентин задумчиво рассматривал ларец с короной. Не правителя демонов, нет - тонкий золотой венец, украшенный изумрудами.
И машинально вертел на пальце перстень с агатом.
Кристина удивительно рассеяна. Хумара только надеялся, что эта черта характера по наследству не передаётся. Это же надо - забыть ларец с венцом и с самого ночного покушения (как давно это было!) не обращать внимания, что муж носит перстень-амулет против заклинаний памяти.
Тихонько, как обычно, королева вошла в спальню. И тут же воздух наполнился ароматом булочек.
- Милая, - улыбнулся Валентин, отбирая у девушки поднос. - Тебе нельзя сейчас ничего поднимать. Ты же могла позвать слуг! Вот, садись сюда, - и заботливо подоткнул ей под спину подушку.
Кристина положила руки на раздувшийся за последний месяц живот и тоже улыбнулась.
Улыбка пропала, когда жена заметила за спиной демона ларец с короной консорта.
Валентин про себя наслаждался. Стоило сейчас обернуться, и он бы обязательно увидел, как пресловутый ларец летает под потолком, пытается найти место на стеллаже с книгами...
Вместо этого король демонов взял с подноса булочку, намазал маслом и подал побледневшей жене.
Ларец, опасно раскачиваясь, утвердился на энциклопедии Срединных земель.
Иногда Валентину очень, очень хотелось обернуться. Дать понять, что он всё знает, что можно уже и прекратить этот фарс.
Но сможет ли Кристина, которая вообще-то и не Кристина вовсе, остаться такой, как сейчас - милой, нежной... уютной? Вряд ли.
Пусть иллюзия. Им хорошо вместе и так.
Тем более скоро у них родится наследник. Маленький...э-э-э... принц Средних миров. Или принцесса?
И соседи-короли больше не дёргаются.
Удобно быть мужем Повелительницы.
Особенно такой чудной.
Валентин сел в ногах жены, подвинул поближе стопку документов на подпись и стал вчитываться.
А нежные белые пальчики разминали ему шею и плечи.
И ни за какие титулы, ни за какие земли, амулеты и свободу Валентин от этого бы не отказался.
Сон? Иллюзия? Да пожалуйста!
Враги
Тебя всегда учили, что люди - наши враги. Они коварны, злы, непредсказуемы, мелочны и эгоистичны. Они обязательно предадут, если почтут предательство выгодным. Для людей нет ничего святого. Они лгут, хитрят и убивают - не только нас, но и собственных соплеменников. У них нет чести. Нет достоинства. Нет веры.
Так тебя учили. Так учили и меня и всех детей в нашем королевстве.
Люди наши враги. Больше всего - даже больше чем самих себя - они ненавидят нас, демонов. Ты знаешь это. И знаешь, что это правда.
***
Алый росчерк пронзил чёрное небо. В шуме битвы не было слышно, но заклятье отозвалось громом: ворота за спинами защитников взлетели в воздух... и рухнули на сражающихся. Крики, потонувшие в общем грохоте, ещё не успели смолкнуть, когда нападающие, сметя сопротивление, ало-золотой волной хлынули в город.
***
...Но позволь напомнить тебе события Кровавой войны. Да, да, я понимаю, ты очень хорошо осведомлён о том, как всё было. Хронисты постарались, и теперь разве что младенец не знает, как соединённые рой-крестианские армии взяли нашу столицу.
И как всё начиналось, тоже уже ни для кого не секрет. Император Ройи за пятнадцать лет, так или иначе, подчинил себе весь Север и Запад. Остались мы и затерянная в песках Юга Крестиана.
Была ли это экономическая выгода, или политическая, или же просто ненависть - а, может, всё сразу, - но, когда Ройя объявила нам войну, Крестиана присоединилась к ней. Мы остались одни, и даже магия больше не могла нам помочь - ты, конечно, знаешь, что на Юге добывали блокирующий нашу силу арий.
