- Да, дитя. Что терзает твою душу? – Достопочтимый Викрам указал на одну из колонн, что лежала на земле и предложил сесть на нее.
- Как спастись от человека? Он истинный демон и уже несколько лет, как рвет мне душу на части.
- Люди не могут быть демонами, - он говорил медленно и слегка надрывисто, - люди являются в этот мир со светлыми душами, лишь злой дух может проникнуть в сердце человека и управлять им, заставлять совершать ужасные вещи. Тебе необходимо обратиться к его разуму, а если и это не поможет, то простить и отпустить. Злые духи гибнут, если не могут причинить боль, отпусти демона внутри этого человека, и он сгинет.
- Я пытаюсь, но у меня не получается, – на этот раз я не сдержалась и слезы одна за другой покатились по щекам.
- Значит, твой дух пока слаб, надо тренировать его. Сердце человека должно быть открыто добру и благим делам, только добро делает нас готовыми к борьбе со злом. Начни думать не только о своих печалях, но и о печалях других, помогай людям, лечи их душевные раны, тогда закалишь свой дух и посмотришь на свои проблемы иначе, они уже не будут стоить таких горьких слез, а значит, демон проиграет в этой битве, и ты освободишься от гнета.
- Благодарю вас, Бханте Викрам.
Я снова поклонилась ему на прощание и пошла своей дорогой. Сложно верить в его слова, еще сложнее верить в то, что помогая другим, я смогу избавиться от Олега, но этот монах мудрый человек, он знает простые истины бытия и, возможно, скоро я уверую в его напутствие. Ведь Преподобный Викрам прав, мы слишком зациклены на самих себе, наш эгоизм достиг апогея, вокруг столько людей нуждающихся в нашей помощи, даже просто в добром слове, а мы проходим мимо, думаем только о себе. Те люди, которые посвящают себя служению другим, они гораздо счастливее и светлее, потому что умеют видеть, и их сердце принадлежит добру, оно открыто для всех, для тех, кто не может позаботиться о себе, кто молится в глубине души о том, чтобы к ним пришли и бескорыстно помогли. Сейчас модно говорить о благотворительности, многие делают громкие заявления и пытаются привлечь к себе внимание, но благим делам не нужна огласка, достаточно благодарного взгляда или пожатия руки.
Подобные мысли еще долго терзали мою душу.
Весь оставшийся день бродила по Ангкору, смотрела на то, как вековые деревья проросли сквозь каменные изваяния, как опутали скульптуры своими мощными корнями и превратились в единый организм. Побывав здесь, ты осознаешь то, какой песчинкой являешься в этом мире, эти гиганты стоят веками, они так много знают, а ты просто касаешься их и слушаешь тишину, затем смотришь на Ангкор-Тхом и представляешь, как раньше здесь ходили люди, жизнь кипела, и, казалось, этому не будет конца. Но все когда-то заканчивается, приходит в запустение, а джунгли не дремлют, неторопливо поглощают безлюдные пространства.
Когда солнце начало опускаться, направилась к сувенирным лавкам и, к своему удивлению, встретила там господина Мока, он благополучно передал внука матери, а сам собирался навестить давнего друга и его семью, любезно пригласив меня с собой. Ему хотелось послушать истории о жизни в России, ведь в военные годы наша страна помогала Камбодже и об этом помнят. Я решила не отказывать старику, так что мы взяли тук-тук и поехали. Ехать пришлось по ночной дороге, а вокруг расстилались бесконечные джунгли.
Дом друга господина Мока располагался в глуши, лишь два светящихся окна говорили о том, что здесь есть жизнь. Нас встретили очень радушно, никто даже не спросил, кто я и почему приехала, камбоджийцы невероятно гостеприимные люди. В семье господина Савана жили его жена Кунг и две дочери - Лай и Сай, они все помогали отцу ветерану, так как Саван был инвалидом лишенным обеих ног. Эти добрые и душевные люди с восторгом слушали о России и постоянно говорили, как они уважают эту страну и ее жителей, также они рассказывали о войне, от таких рассказов равнодушным остаться просто невозможно. Мы просидели до одиннадцати вечера. Госпожа Кунг упрашивала остаться и заночевать у них, но я решила, что это уже будет злоупотребление гостеприимством, поэтому попрощалась и отправилась на улицу. Местный водитель тук-тука продолжал ждать, так что, усевшись поудобнее, мы отправились обратно в отель.
И вот, мы снова едем по дороге, а тусклая фара освещает нам путь, я уже было задремала, как вдруг услышала странные звуки мотороллера, словно двигатель чихал. Спустя еще пару минут он и вовсе заглох. Конечно же, все это произошло посреди джунглей, где нет ни одной живой души, рикша пытался оправдаться, что такое с ним случилось впервые. Оказывается, закончился бензин, а таксист забыл наполнить канистру. И что теперь делать? Куда идти? Вокруг никого, оставалось только сидеть на обочине и ждать. Вдруг мимо будет проезжать какой-нибудь добрый самаритянин и подберет несчастных. Однако с каждым проведенным часом в этой глуши, оставалось все меньше надежды встретить попутку. К слову, таксиста звали Теп, он все старался разрядить обстановку, но скоро и сам сник.
Шел уже третий час наших посиделок у дороги, оставалось либо встать и идти, либо заночевать здесь, но после очередного комариного укуса я не выдержала и, поднявшись на ноги, обратилась к горе-рикше:
- Теп? Вставай и пойдем, если останемся здесь, меня к утру точно съедят.
- Хорошо, госпожа. – Теп неохотно поднялся, ведь он так не хотел оставлять свой тук-тук на радость грабителям.
Пока он копошился в своем авто, собирая в сумку все самое ценное, я повернулась и посмотрела вдаль, как вдруг увидела нечто невероятное.
На дорогу что-то выскочило, оно стояло на четвереньках и смотрело на меня. Но это было не все! Существо поднялось на задние лапы, выпрямилось подобно человеку, от этого зрелища у меня затряслись колени, а в горле образовался ком, я сначала подумала, что это обезьяна, но разве бывают обезьяны такого роста? Моя рука сама потянулась и похлопала Тепа по плечу, но когда он обернулся, существо уже опустилось на землю и в одном прыжке скрылось в джунглях. Я, еле дыша, спросила таксиста:
- Ты это видел?
- Что, госпожа?
- В ста метрах от нас? – я указала на то место, где оно стояло. – Что-то похожее на зверя.
- Нет, госпожа, не видел. Но могу предположить, что это была обезьяна, их здесь много, вот и снуют туда-сюда.
- Такой большой обезьяны с осанкой как у человека я еще не встречала.
- Здесь темно, могло показаться.
- Хорошо, если так.
Теп включил фонарик, и мы пошли в сторону Ангкора. Нас окружал мрак, в лесу то и дело кто-то прыгал, бегал или издавал жуткие звуки, отчего сердце уходило в пятки. Пройдя несколько сотен метров, я заметила проселочную дорогу, сворачивающую налево от шоссе. Не знаю почему, но мне показалось это хорошей идеей, ведь дом господина Савана также располагался в глуши, возможно, и там живет какая-нибудь семья, которая согласится помочь. Теп отнесся к этой идее весьма настороженно, но спорить с иностранкой, которая ему платит, не стал и поспешил за мной. Уходя все дальше вглубь, начало казаться, будто эта дорога ведет в никуда, мы прошли более четырех или пяти километров, но ни дома, ни даже лачуги не встретили. Теп уже было решил развернуться и идти обратно, так как он начал нервничать и все время что-то бубнил себе под нос, затем ему совсем стало не по себе:
