Сиенна Уэйнрайт спешила поскорее убраться отсюда. Ей становилось дурно от одной только мысли, что придется столкнуться с Рэйфом Ломбарди, которому принадлежал остров. Поэтому, доставив рафинированных пассажирок, высадив их и оформив всю требуемую документацию, она так торопилась на борт. Ей оставалось только сесть в кабину пилота…
— Синьорина Уэйнрайт! — прозвучало по бортовому радио.
— Да? Какие-то проблемы? — сказала она.
— Нет, проблем нет, — проговорил голос с легким итальянским акцентом. — Но не могли бы вы покинуть борт?
В этом вопросе, невзирая на его мягкость, Сиенне четко послышался ультиматум. Она просто не могла не подчиниться.
— А что происходит? — обеспокоено спросила она.
— Мы вам все объясним! Не сомневайтесь, — отчеканил голос. — Не могли бы вы совершить короткую прогулку до дворца «Кастелло»? — прозвучал еще один вежливый ультиматум.
Сиенна Уэйнрайт, закрыв глаза, неспешно втянула воздух и после некоторой паузы выдохнула его.
Девушка покинула кабину вертолета, как это от нее требовалось. Она не знала точной причины задержки вылета, но все же подозревала, что этому послужило Требование нынешнего хозяина.
Она шагала по изумрудной лужайке в сторону замка «Кастелло».
Великолепная старинная постройка поражала своими масштабами. Это был княжеский дворец и неприступная крепость в одно и то же время. Исполинские размеры, невероятный по своему великолепию декор, красота и величественность, воплощенные в камне… Созерцание этого архитектурного чуда должно было бы внушать восторг и чувство уверенности. Но Сиенна Уэйнрайт шла будто бы на казнь, остро чувствуя на себе взгляды служащих и гостей резиденции принца острова Монтвелатте.
Фамильные знамена реяли над княжеским дворцом. Вокруг него цвели и благоухали разбитые с большим вкусом сады. Дорожки, ведущие со всех сторон к парадному входу, притягивали взгляд изощренностью и красотой орнамента кладки.
Сиенна вполне могла почувствовать себя частью этой сказки, если бы ее не тяготили подозрения и неприятные догадки.
Навстречу ей шел человек службы безопасности княжеской резиденции.
— Послушайте! У меня нет для всего этого времени. Мой рабочий график плотно расписан… — начала Сиенна, даже не дав ему приблизиться. — Меня уже ждут люди, которых я обязалась перевезти.
— Прошу вас… — сделал предупредительный жест руками охранник княжеской резиденции.
Но Сиенна не позволила ему еще что-либо сказать, зачастив:
— Никто не имеет права задерживать меня здесь помимо моей воли, тем более что и причин для этого нет никаких. Я должна как можно скорее покинуть остров. Вы это понимаете? И не смейте мне препятствовать! Я требую разрешения на взлет!
— Пройдемте во дворец, синьорина Уэйнрайт, — попытался очень вежливо угомонить ее служащий охраны.
— У меня нет такого желания! — наотрез отказалась Сиенна.
— И, тем не менее, вам придется это сделать, — мгновенно переменил тон секьюрити и аккуратно взял ее под локоть. — Не вынуждайте меня применять силу! — сурово предупредил он строптивую девушку, угрожающе взглянув ей в лицо.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Сиенна исходила гневом, но, к сожалению, была не в состоянии что-либо изменить.
Уже три часа ее держали, чуть ли не взаперти в этой гостиной под пристальным наблюдением секьюрити. Она же металась, как лев в клетке зоопарка, отчаявшись достучаться до их сознания.
Она даже не замечала роскошество внутреннего убранства, этого изысканного и пышного декора, созерцание которого могло бы занять любого в минуты томительного ожидания, но только не эту энергичную девушку. Честно говоря, проблема сбившегося графика полетов волновала ее гораздо меньше, чем причина задержки в этом туристическом раю, изолированном со всех сторон синим-синим морем.
У Сиенны не было ни малейшего сомнения в том, что она задержана по распоряжению самого принца Рафаэля. Вот только с какой целью, она не знала. И именно эта неизвестность тревожила ее более всего.
Она пыталась задавать вопросы сотрудникам охраны, но в этом не было никакого смысла. Они исполняли роль безмолвных стражей, и ничто, помимо княжеской воли, не могло заставить их разомкнуть уста.
В распоряжении девушки был вертолет, от базы ее отделял час лету. Теперь она глубоко сожалела о том, что не проигнорировала требование местного начальства и не покинула посадочную площадку, как только заняла кресло пилота. Не послушав в тот момент внутренний голос, она подчинилась действующим правилам, за это и поплатилась.
Несколько раз она даже предпринимала попытку покинуть гостиную, в которой ей велели дожидаться неизвестно чего, однако вежливые, но настойчивые охранники без лишних слов водворяли ее обратно.
В конце концов, Сиенна отчаялась на что-либо повлиять и решила пассивно дожидаться дальнейшего развития событий.
Девушка почти смирилась со своим странным положением, однако вдруг, повинуясь внутреннему импульсу, глядя сквозь роскошные занавеси на окнах на вертолетную площадку, где ее ждал полностью готовый к взлету вертолет, она выкрикнула:
— Сколько я должна еще здесь сидеть?!
В ответ она услышала только тишину. Выдрессированная охрана за полуоткрытыми дверями продолжала невозмутимо коротать время службы.
— Когда вы позволите мне улететь с этого острова?! — в отчаянии воскликнула она. — Дайте мне выйти отсюда!
В этом тоже не было никакого смысла. Тогда Сиенна пошла ва-банк.
— Я хочу говорить с принцем! — потребовала она яростно. — Позовите сюда Рэйфа! Немедленно! — И напоследок с ее языка сорвалось: — Где этот чертов ублюдок?
— Здесь, на Монтвелатте, где ему, собственно, и надлежит пребывать, — раздался спокойный и саркастический голос Рэйфа.
Сиенна Уэйнрайт вздрогнула.
— Так, по-твоему, я чертов ублюдок? Такими неблагозвучными словами ты величаешь того, к кому верноподданные обращаются не иначе как «ваше высочество». Не стоит вкладывать в свои слова столько пыла, столько страсти. Зови меня просто: принц Рафаэль, — продолжал с насмешкой Рэйф Ломбарди.
Девушка, резко повернулась к нему всем корпусом и пристально посмотрела сквозь прищур. Какой бы рассвирепевшей она ни была, но появление этого самоуверенного, величественного мужчины подействовало на нее умиротворяюще, настроило пусть и не на спокойный лад, однако хотя бы понудило взвешивать каждое сказанное слово. У нее не было намерения порочить репутацию нового принца Монтвелатте, по какой бы причине он ни держал ее на этом острове.
