— И у тебя совсем нет денег?
Она кивнула.
— Как давно твой кузен выгнал тебя из дома?
— Пять дней назад. Я надеялась, что найду своего отца, и он мне поможет. Но пока мои поиски не увенчались успехом.
— Почему я должен верить тому, что ты рассказала?
— Вы и не должны, но, если у вас есть хоть немного сострадания, вы меня не уволите. Мне нужно заплатить Мэй и найти своего отца. Мне действительно нужна эта работа.
Он снова вздохнул.
— Я бы мог отказать тебе в помощи, но по необъяснимой причине, я тебе верю и не уволю. При условии, что ты будешь, со мной поласковее впредь.
Она замерла: и он туда же! А она-то ему поверила. Неужели он будет приставать к ней, как Рэй? Или он ждет, что она отдастся ему по собственному желанию?
Ей надо было сразу бежать от него, когда еще была возможность. А сейчас она находилась с ним наедине, в его одежде. Надо же было свалять такого дурака и ничего не понять сразу?
Тай потянулся, словно хотел встать, и Тина отпрянула.
— Не прикасайтесь ко мне!
Он взглянул на нее с удивлением.
— Что?
— Я уйду, как только высохнет моя одежда. Только держитесь от меня подальше.
— Это ты о чем? Я же сказал, что не уволю тебя.
— Неважно, что мне очень нужна работа. Я не буду заниматься с вами сексом.
Он удивленно заморгал.
— Разве я предложил тебе секс?
Она замерла. Почему он делает вид, что не понимает, о чем она говорит?
— Вы попросили быть поласковее с вами. Я подумала…
— Поласковее, — значит больше не брызгать на меня из баллончика. Секс не имеет к этому никакого отношения. Или ты подумала об этом из-за того, что в ванной я случайно коснулся твоей груди?
Она не ответила. Не могла. Ситуация складывалась довольно странная.
Тай снова выругался и покачал головой.
— Кто тебя обидел? Только не говори, что твой кузен.
— Он мне не кровный родственник. Мне надо было догадаться о его намерениях, он всегда делал странные намеки.
— Считаешь себя виноватой? Почему тогда ты жила с ним в одном доме?
— Мы жили в доме моей тети. Рэй говорил, что мне достанется дом и половина состояния после ее смерти.
— Но ты ничего не получила.
Это было скорее утверждение, чем вопрос.
— Все его слова были ложью, он никогда не собирался со мной делиться. По крайней мере, у меня были крыша над головой и еда. Но вскоре выяснилось, что за все это мне надо было быть с ним поласковее.
— Ублюдок.
Тай нахмурился. Еще в офисе он понял, что она отчаянно нуждается в работе, но даже не представлял насколько.
Внезапно он подумал, что уже довольно долго находится с ней в одной комнате и при этом не чувствует никакого возбуждения. Он считал ее привлекательной, но относился к ней по-братски, а не как мужчина к женщине.
— Ты думаешь, твой отец здесь, в Чепле?
— Я надеюсь на это.
— Это довольно маленький городок. Может, я его знаю.
— Мартин Лопес.
— Имя мне ни о чем не говорит, но это не значит, что он здесь не живет. Я могу помочь тебе найти его. У меня есть знакомый детектив.
— Спасибо, но у меня нет денег.
— Мне не нужны деньги.
— Благотворительности от вас мне не надо.
— Ты же собиралась остаться здесь на ночь.
— Это совсем другое. У меня не было выбора. Если только спать на улице.
— А завтра ночью? А потом?
— Я собиралась снять комнату в мотеле.
— В городе только один мотель. И он далеко не дешевый.
Она закусила губу.
— Я что-нибудь придумаю. Может быть, мне удастся найти убежище.
— Только не в Чепле. Знаешь что, ты можешь пойти ко мне домой.
— К вам домой? — спросила она удивленно.
Еще вчера он бы рассмеялся, если бы кто-нибудь ему сказал, что он сделает такое предложение бездомной девушке. Но неужели идея настолько плохая? Он способен находиться рядом с Тиной и не чувствовать никакого волнения. Может, если они проведут вместе какое-то время, он, наконец, преодолеет свои страхи. А это именно то, что ему нужно.
И не только поэтому. Она действительно ему понравилась, он восхищался ее храбростью. Женщины, с которыми он встречался до этого, не выдержали бы и дня бездомной жизни. И, кроме того, эта девушка была мягкой и обворожительной.
— У меня есть свободная комната над гаражом. Можешь оставаться там, сколько захочешь.
— Нет, к сожалению, не могу. Я не смогу платить вам.
— Заплатишь, когда у тебя будет достаточно денег.
— А если у меня не будет достаточно денег, тогда что? Я не могу злоупотреблять вашим гостеприимством. Если только…
— Если только что?
— Нет. Это неудачная мысль.
Она покраснела.
— Скажи.
— Я подумала, может, вам нужен повар.
Он приподнялся.
— Ты умеешь готовить?
Она удивленно взглянула на него.
— Я наполовину итальянка. Конечно, умею.
В мире существовала только одна вещь, которая притягивала Тая сильнее, чем женская красота. Это была домашняя еда. К сожалению, сам он не умел и не любил готовить, а еда, приготовленная его матерью, по вкусу больше напоминала картон.
— Так о чем разговор? Ты будешь готовить только обед или я могу надеяться и на завтрак? Думаю, ежедневные завтрак и обед, как раз сойдут за ежемесячную плату за комнату. Хотя комнатка небольшая.
— Ничего, мне не нужно много места.
Тина улыбнулась.
— Но я остаюсь в выигрыше.
— Я могу заниматься уборкой, как мы договаривались?
— Конечно.
— Вы не передумаете и не станете принуждать меня спать с вами?
Это он мог ей гарантировать без малейшей тени сомнения.
— Я не буду принуждать тебя спать со мной.
Она пристально посмотрела на него.
— Обещаете?
— Да, Тина Делус, обещаю.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Тай почувствовал запах свежего кофе. Он потянулся в кровати и посмотрел на часы. Мать частенько приходила без предупреждения и готовила ему, но не в семь тридцать утра. До него донесся запах чего-то умопомрачительно вкусного, и он понял, что на кухне хозяйничает определенно не мать. Он поднялся на кровати. Бекон. Да, это запах бекона.
Несмотря на то, что он проспал менее шести часов, Тай чувствовал себя выспавшимся и бодро направился в душ. За десять минут он помылся, побрился, оделся и поспешил на кухню.
Тина стояла у плиты, помешивая деревянной ложкой содержимое сковородки. Она улыбнулась, заметив его. Было около двух часов ночи, когда они, наконец, разместили ее в комнате над гаражом, но девушка выглядела отдохнувшей. На ней были джинсы, теннисные туфли и розовая кофточка. В этой одежде ей никак нельзя было дать больше семнадцати лет. Она выглядела замечательно.
