Читаем без скачивания Красный холм - Джейми Макгвайр

Иногда нам везло.

Но не сегодня. Интернет и радио с самого утра надрывались, сообщая все новые подробности разразившейся эпидемии. Значит, Обри весь день просидит, как приклеенная, на своем протертом до дыр стуле, обсуждая новости с незнакомцами на форумах, с друзьями и родственниками в соцсетях. Бессмысленные дискуссии и пустые разглагольствования. В какой-то момент они сделались частью нашей совместной жизни, вытеснив меня на обочину.

К зданию начальной школы я подъехал раньше других. Постепенно за моим седаном выстроилась длинная очередь из автомобилей. Зои не любила, когда ее забирали последней, поэтому я старался выезжать за ней пораньше. За сорок минут бесцельного ожидания мне удалось отвлечься от мыслей про работу и морально настроиться на утомительный вечер без поддержки и внимания со стороны супруги.

В голосе диджея мне послышалась неподдельная тревога, и я прибавил громкость. Слух резануло слово «пандемия». Зараза уже добралась до наших широт. В аэропортах Вашингтона и Лос-Анджелеса царила паника: с международных рейсов сняли кучу больных, а те стали кидаться на обслуживающий персонал и медиков.

Подсознательно я понимал, что происходит, ведь еще утром объявили об аресте какого-то европейского ученого. Понимал, хотя и отказывался верить в происходящее.

Я глянул в зеркало заднего вида. Ну и видок… Старые друзья вряд ли узнали бы меня нынешнего: карие глаза потускнели и ввалились, под ними красуются темные круги. Пятнадцать лет назад я мог похвастаться горой мышц и уверенностью в себе, а теперь с каждым днем чувствовал себя все более разбитым.

С Обри мы познакомились в старших классах. Тогда ей нравились мои объятия и пламенные речи. Обычная, в общем-то, история: я пробился в стартовый состав футбольной команды нашего небольшого городка, а она — в ведущие чирлидеры. Две крупные рыбы в мелком пруду. В машине опущены стекла, ветер шевелит мои пышные светло-русые кудри. Обри прежде так нравилась их длина, а теперь от нее только и слышно: «Обрежь наконец свои патлы!» Впрочем, ее бесит все, что связано со мной. Надо сказать, я до сих пор хожу в спортзал и частенько ловлю на себе восхищенные взгляды некоторых сотрудниц, но Обри не видит меня в упор. Не знаю, то ли ее отношение отбило у меня вкус к жизни, то ли многочисленные разочарования. Чем дальше от школы, тем больше я смирялся с участью неудачника.

Из динамиков послышалось назойливое гудение. Следом раздался механический голос:

— Передает служба экстренного оповещения населения. Красная тревога! Департамент шерифа округа Кантон предупреждает: по городу распространяется крайне опасный вирус. По возможности не выходите из дома. Передает служба экстренного оповещения населения. Красная тревога…

Я снова глянул в зеркало заднего вида: из соседней машины выскочила женщина и бегом ринулась к школе. Вскоре из припаркованного минивэна показалась другая родительница с грудничком на руках и тоже опрометью помчалась в здание.

Да, материнский инстинкт, он такой. Его не сломит никакая логика. Пусть весь мир катится к чертям, главное — обезопасить детей… любым способом.

Я поставил седан на ручник, толкнул дверцу и быстрым шагом направился к школе, но, завидев мчащихся во весь опор мамаш, тоже пустился бегом.

Внутри здания царила неразбериха: часть мамаш уже тащила детей к машинам, остальные врывались в классные комнаты и без лишних объяснений забирали ребятишек прямо с урока.

Лавируя между родительницами, волочащими ошарашенных учеников по коридору, я добрался до класса Зои и с треском распахнул дверь.

На меня уставился с десяток испуганных глаз. Отсюда еще никого не забрали.

— Мистер Оксфорд? — Миссис Эрл стояла посреди комнаты в окружении маленьких парт, стульев и маленьких человечков, которые терпеливо ждали, пока им раздадут домашнее задание. Через пару часов эти задания уже не будут иметь никакого значения.

— Простите, мне срочно нужна Зои.

Удивленная столь внезапным требованием, дочка уставилась на меня. Даже на фоне маленькой парты она казалась совсем крохой. Светло-русые волосы слегка завивались у самых плеч, как ей нравилось. Зеленовато-карие глаза были широко распахнуты. Она смотрелась такой невинной и беззащитной, впрочем, как и все остальные ребятишки.

— Брейден! — Мелисса Джордж влетела в класс, едва не сбив меня с ног. — Пошли, сынок. — И протянула ему руку.

Брейден покосился на миссис Эрл, та кивнула, и тогда мальчик бросился к матери. Они вышли из класса, не проронив ни слова.

— Нам тоже пора, — заявил я, направляясь к парте Зои.

— Папочка, а как же мое задание?

— Позже заберем, милая.

Зои чуть подалась вперед и показала на свой шкафчик:

— Рюкзак там.

Стараясь ничем не выдать своего беспокойства, я подхватил дочку на руки и шагнул к двери, гадая, что творится на улице. Быть может, я волновался совершенно напрасно?

— Мистер Оксфорд? — Миссис Эрл перехватила меня у самой двери и, склонившись к самому уху, прошептала, одновременно глядя прямо мне в глаза: — Что происходит?

Я окинул взглядом взволнованные лица маленьких слушателей. На стенах вперемешку с глянцевыми учебными плакатами висели карандашные рисунки, выполненные нетвердой детской рукой. Пол усеивали обрезки от недавних поделок.

Весь класс молча уставился на меня, ожидая объяснений. Бедные малыши даже не представляли, какой ужас начнется всего через несколько часов, если не раньше. Но нагонять панику я не хотел.

— Миссис Эрл, срочно отправьте детей по домам. Свяжитесь с родителями, а потом бегите. — И, не дожидаясь ответа, ринулся в битком набитый коридор.

У выхода образовалась целая пробка — не прорваться. Толкнув плечом боковую дверь, я очутился на площадке для дошколят и, не отпуская Зои, перемахнул через забор.

— Папочка, так же нельзя!

— Прости, милая, папочка спешит. Нужно срочно ехать за мамочкой, а потом… — Усадив дочь в кресло и пристегнув ремень, я осекся. Действительно, а что потом? Куда бежать? Как укрыться от творившегося вокруг ужаса?

— Заедем на заправку, купим водички? — попросила Зои.

— Не сегодня, дочка. — Я поцеловал ее в лоб и захлопнул дверь. Я хотел спокойно подойти и сесть на водительское сиденье, но адреналин и паника взяли свое. Я запрыгнул в машину и вырулил с парковки, испугавшись, что, если замешкаюсь, случится что-то ужасное.

Одной рукой сжимая руль, а второй прижимая к уху сотовый, я гнал домой, не глядя на сигналы светофоров и знаки и стараясь не попасть под колеса другим обезумевшим от страха водителям.

— Папа! — вскрикнула Зои, когда седан подбросило на кочке. — Что происходит?

— Прости, Зои. Папочка очень спешит.

— Мы куда-то опаздываем?

Я на секунду замешкался с ответом:

— Надеюсь, что нет.

Зои неодобрительно нахмурилась. Со мной и с Обри она держалась покровительственно и даже пыталась нас воспитывать. Наверное, потому, что Обри не утруждала себя воспитанием дочери, а я, по большей части, не отдавал отчета своим действиям.

Съехав с оживленной трассы, я вдавил педаль газа в пол и закоулками помчался к дому. Дозвониться до Обри не удавалось — всякий раз в трубке слышались короткие гудки. Я должен был догадаться, что что-то не так, сразу же, как подъехал к дому. Я должен был в ту же секунду развернуть седан и мчать куда подальше, но я думал лишь о том, как оторвать Обри от ее чертова компьютера, какие вещи взять с собой и сколько времени у нас на сборы. В голове пронеслась шальная мысль о том, что Интернет могли уже отрубить и вся эта заварушка могла бы спасти наш брак… Но было слишком много «но», так что я постарался об этом не думать.

— Обри! — завопил я с порога и бросился в ее комнату. К моему величайшему изумлению, место перед монитором пустовало. Я даже решил, что у меня что-то с глазами. Сейчас взор прояснится, и Обри окажется на своем месте: сгорбленная в три погибели, неподвижная, как истукан, — только рука водит по столу мышкой.

— Где же мамочка? — тише обычного спросила Зои.

Меня охватили одновременно паника и любопытство.

Обри ведь вечно сидела тут, протирая задницей стул… В кухне царила тишина, в ванной тоже было тихо и вдобавок темно.

— Обри! — позвал я с лестницы, уверенный, что жена высунется на площадку и с недовольным видом станет спускаться вниз. Потом, как всегда, презрительно фыркнет и начнет гнобить меня за… что-нибудь. Хотя нет, судя по всему, уже не начнет.

— Папочка, так мы точно опоздаем, — прошептала Зои.

Я стиснул маленькую ладошку и вдруг заметил на обеденном столе белый конверт. Не отпуская Зои ни на секунду, потянулся и схватил его со стола. На конверте небрежно было выведено «Натану» детским почерком моей жены.