class="p1">Любите ли вы дождь? Если бы я спросил, нравится ли вам дождь, то ответ был бы более очевиден. Конечно, кому нравится дождь? Мокрая обувь, засыхающие на одежде брызги луж, зонтик, из которого сочатся крупные капли, норовящие попасть если не прямиком в темя, то хотя бы пару раз за шиворот. Иногда капли сочатся прямо с потолка… В такие моменты начинаешь задумываться о том, как устроен дом, где проходят швы между панелями, и что раньше крыши делали двускатными черепица к черепице не только для красоты. Невольно завидуешь соседям снизу, которые оказались значительно счастливее, ибо до них дотечёт позже и меньше, а те, что на первых этажах с большой вероятностью так и проживут жизнь в полной уверенности, что в тазиках только лишь стирают бельё, а кастрюли предназначены исключительно для приготовления супов.
Во время дождя одна рука постоянно занята. А если вдобавок дует сильный боковой ветер, то вы превращаетесь в беззащитный парусник посреди бушующей стихии, стараясь почувствовать любой его порыв, меняя курс так, чтобы не лишиться паруса. В такие моменты лучше иметь крепкий зонт и крепкие нервы. Зонт – это был второй (после тапок) подарок моей, тогда ещё будущей, жене, когда она перебралась на ПМЖ в наш дождливый край. Кстати, в первый её приезд, когда мы познакомились, и я на правах хозяина показывал наши достопримечательности, деньки стояли на удивление солнечные. Теперь ей, как специалисту в рекламном деле, стало понятно, что это был всего лишь удачный промо-ролик. Зонтик этот прожил достаточно долго, но нет ничего вечного, и природа взяла верх – пришлось идти за новым. Так как считается, что я обманом заманил жить жену в свои пенаты, то зонты приходится дарить без особого повода, по факту выхода из строя, не пытаясь приурочить к празднику само собой разумеющуюся компенсацию за страдания от вечной сырости. В магазине продавщица не переставала нахваливать:
– Это очень хорошие, очень надёжные зонты!
– Да, да, знаю… я постоянно только у вас их беру…
У моей бабушки есть зонт, японский, которому больше тридцати лет. Я, когда узнал, даже не поверил, выглядел он вполне прилично. Дедушка отказывался покупать новый, так как мог починить этот. Вполне логично. Так они и прожили всю жизнь с этим зонтом аж до золотой свадьбы. Раньше люди всё делали как-то более надёжно…
А кому может понравиться дождь в январе? Когда он падает на лежащий на земле снег, который медленно тает вместе с настроением и надеждой на нормальную зиму. Что может быть печальней тонущей в луже новогодней пиротехники?
Однажды мы были в краях, где никогда не видели снега, даже в январе. Ну, собственно, в январе мы там и были, решив сменить Балтийское море на Карибское, янтарный песок в ботинках на кубинский в свадебных туфлях. Поверьте, тропический ливень накануне дня икс, на фоне планов о романтической церемонии в беседке под голубым небом среди зелёных пальм, превратился в трагедию вселенского масштаба. Даже не уверен, откуда больше воды вытекло: из густых латиноамериканских грозовых туч или из глаз моей возлюбленной.
А ведь иногда дождь может очень даже нравиться. Например, когда он бесплатно моет вашу машину, или поливает грядки с редиской или морковкой на огороде, или прибивает к земле пух, вызывающий аллергическую заложенность носа. Есть дожди, которые тушат пожары или мочат почти высохшее бельё, приносят долгожданную влагу в засушливые районы или предательски стекают по стенкам вашей палатки в единственный выходной, который вы решили провести с друзьями на природе.
В городе дождь переносится значительно легче. А чем дальше от асфальта и бетона, тем выше вероятность, что для того, чтобы добраться из точки А в точку Б, надо будет преодолеть шоколадную дорогу… и шоколад этот совсем не сладкий и не приносит никакого удовольствия, уж поверьте специалисту.
С того момента, как я купил себе симпатичные резиновые сапоги, мне всё больше нравится дождливая погода. Вы не замечали, как дети с удовольствием шлёпают по лужам в своих маленьких резиновых сапожках? Достаньте себе такие же подходящего размера, и жизнь снова наполнится положительными эмоциями и незабываемыми ощущениями.
Когда идёшь спокойно и уверенно, а не вихляешь, как под обстрелом снайпера, и, чем больше лужа на дороге впереди, тем с большим удовольствием ты вшагиваешь в неё, и вода покорно расступается, и волны смиренно отбегают, а прохожие, пару секунд позавидовав, продолжают дальше напряжённо выискивать себе фарватер, стараясь промочить ноги полностью (так, чтобы хлюпало) как можно позже.
Но любите ли вы дождь? Когда вдруг понимаешь, что идёт дождь (хотя он, может быть, льёт уже неделю или даже месяц). Откладываешь всё в сторону и подходишь к окну. Серые тучи превратили день сумерки, и ты выключаешь свет и одёргиваешь нараспашку шторы. И нет в мире ничего, кроме дождя. Дождь заполнил собой всё: улицу, дома, деревья, горизонт и тёмную комнату, из глубины которой ты задумчиво смотришь вдаль, думая о том, с каким звуком падают капли на карниз и течёт ручеёк по жёлобу.
Потом потихоньку повседневная жизнь отходит от нанесённого ей нокдауна и возвращается в голову. Сначала осторожно, напоминая о наиболее важных вещах, затем о текущих делах, постепенно отвоёвывая тебя обратно. Но ей уже не вернуть тебя всего, не вернуть того мгновения, в котором остался ты и осенний дождь, мягко смачивающий жёлтые и красные листья у подножия оголённых деревьев, или ты и весенний ливень, позади которого ярко светит уже тёплое солнце, или ты и январский незнакомый тебе дождь, падающий в океан и стекающий по листьям экзотических деревьев, или ты и врезающиеся в землю молнии, рассекающие чёрный от туч горизонт, когда растворяешься во влажном воздухе и тебя нет, а есть только этот дождь, эти клубящиеся тучи, раскаты грома и молнии, которые выглядят совсем не страшно, а жутко красиво…
И напоследок. Когда возвращаешься из командировки; когда не видел родных лиц почти месяц; когда посторонние тебе лица стали родными; когда проезжаешь в аэропорт по городу и не можешь вспомнить, сколько раз ты в нём уже был в этом году (или ты его путаешь с каким-то другим городом?); когда симпатичная стюардесса приносит тебе лёгкий ужин на пластиковом подносе, и ты потихоньку начинаешь снова ощущать себя человеком; когда на пересадке ты видишь загоревших людей, возвращающихся из отпуска и вспоминаешь, что уже, оказывается, середина лета; когда читаешь интересный журнал на борту самолета, потому что их обновляют каждый
