Ее дыхание становилось быстрее, я протянул руку, предлагая забрать у нее оружие. Она не приняла мое предложение, и мы продолжали стоять среди урагана и хлеставших нас капель, пытаясь совладать со своими желаниями.
«Посмотри на меня», казалось, она говорила, пока гнев исходил от нее волнами.
«Ты хочешь увидеть меня», я отреагировал, и мой рот пересох.
Не было сказано ни слова, и шторм отобрал у нас возможность поговорить.
Повернулся к ней спиной – ошибка поворачиваться спиной к женщине, которая вооружена – но я ждал, что она последует за мной. Если моя смерть — это то, чего она хотела, то ей следует постараться для этого. Мне стало интересно, и я обернулся, чтобы увидеть ее. И к моему удивлению, она шла прямо за мной. Шла тихо, не создавая ни звука. Под холодным дождем ее дыхание смешивалось с моим. Еще несколько шагов, и ее грудь столкнется с моей грудной клеткой. Мой напрягшийся член пульсировал от мысли о том, чтобы утащить ее в палатку и ощутить тепло женского тела. Мои пальцы чесались от желания схватить ее и прижать ближе к себе. И она все еще не произнесла ни слова.
Я пересек оставшееся расстояние и встал напротив нее. Мои глаза закрылись от близости с ней. Все мое тело трясло от осознания того, что напротив меня девушка. Ее теплое дыхание обдало мою шею, и это усилило дрожь моего тела.
— Почему ты здесь? — Ее голос похож на рык, грубый и глубокий. Это вырвало меня из моей фантазии. Было ли возможно, что она не узнала меня? Могла ли она забыть то, что произошло? Это просто дикая мысль. Даже я знал ответ — эта девушка не забыла того, что мы сделали. Это то, чего хотел Рик.
Сделай так, чтобы она никогда не забыла, что ты главный, сделай так, чтобы она просила о том, чтобы ты ее взял.
Я хотел вступить в клуб. Сабмиссив были в моде, и мой внутренний доминант был в восторге. Хотел узнать больше. Она была моей первой жертвой. Я игнорировал ее просящий тон. И никогда не забуду ее лицо. Я уже видел ее всю, но не так, как мужчина должен видеть женщину. И доказательство этого было запечатлено на пленке. Она практически выжжена в моем мозге.
И как будто прочитав мои мысли, я почувствовал прикосновение металла к моей левой руке. Она прижала огромное лезвие к коже и начала поднимать его вверх, как будто снимала кожу с животного и боялась повредить скелет, и когда лезвие достигло моей шеи, остановилась. Ее глаза наполнились голодом и жаждой мести.
— Убей меня, — зашипел я. Наши сердца бились в один рваный унисон. — Тебе станет от этого легче? — выдохнул я грубые слова, и мой выдох достиг ее лица. — И тебе придется жить с еще одной смертью. — И последний комментарий дал ответ на немой вопрос. Она знала меня, знала чертовски хорошо, кем я был, но и я знал ее.
Тело девушки трясло под холодным дождем. Ее одежда промокла так, что это не оставляла места воображению. Я практически мог видеть, как ее сердце бьется под ребрами. Я протянул свою дрожащую руку к ее запястью и прижал нож к шее еще сильнее.
— Сделай это, — прошептал я, выплёвывая слова, позволяя им обволакивать ее лицо и смешиваться с дождем. Ее глаза сфокусировались на моем лице. Это движение стоит того. Я взял ее сжатый кулак и завёл его ей за спину, заставляя прижать руку к спине, и поворачивая спиной к себе.
Вот та позиция, в которой я хотел ее этой ночью. Не хотел смотреть на нее. Не мог смотреть ей в лицо, но мне пришлось видеть ее. Вселенная вернула ее мне, ну или это просто какая-то сумасшедшая шутка, просто чтобы пытать меня. Тысяча вещей пронеслись сквозь мой разум. Проклятия и комментарии, похотливые и ужасные. Я хотел владеть ею опять, но что-то останавливало меня. Может ее спина, прижатая к моей груди, или мое возрастающее сердцебиение. Вот чего это стоило мне.
И как только моё лицо стало опускаться к ее затылку, ее голова отклонилась назад, встречаясь с моим носом. Отпустив ее запястья, я почувствовал боль в скуле. На глаза начали наворачиваться слезы, и я резко выдохнул.
— Ты… — Остановил себя от оскорблений. И то видение загнанного в клетку животного вернулось. Она действовала инстинктивно. — Я не собирался причинять тебе вреда, — сказал я в пространство между нами, потому как она успела оббежать вокруг костра. Ее побег только повеселил меня; она была маленькой мышкой, а я львом, который всегда был готов броситься. И она продолжала бежать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Не заставляй меня гнаться за тобой. — Смотря, как она исчезает во тьме и, в конце концов, была потеряна в бесконечной зелени и темноте ночи, а я был шокирован своими словами. Я не имел этого в виду. Это была игра. Я не последую за ней. Она почти убила меня. Она хотела убить меня. И эта мысль заставила меня остановиться.
— Я не сделал ничего плохого, — крикнул я в джунгли. Мой голос потерялся в деревьях и возможно он дошел до нее. «Нет, ты ничего не сделал», курсировало через мою голову, разрывая на части.
— Прости, я ничего не сделал, — добавил я, смотря себе под ноги. Я извинялся, мне было жаль, я никогда так не сожалел.
Глава 6.
День 14.
Джулиет
С каждым шагом мое сердце билось все быстрее, пока я бежала к своему дому на дереве. Я эксперт в следах; этому научилась, когда мой дядя бросал меня в лесу, надеясь, что не выберусь из тюрьмы деревьев. Называйте это фотографической памятью или просто чертовой удачей, но я всегда находила путь домой. Может быть, чертова удача, это правильная формулировка, потому что его трейлер не был моим домом. У меня действительно не было места для себя, с того самого момента, как постучала в дверь его трейлера и до того момента, пока не переехала в колледж Шелли в Балтимор. И именно из-за своей способности я получила работу в «The Front Door».
Частота моего пульса совпадала с ритмом шагов. Пребывание на этом острове оставило меня без каких-либо удобств. Встреча с моим консультантом через неделю, и я собиралась все высказать Лилиан Варга. Если он на этом острове, то я не могу остаться здесь, все в нем кричит, что он хочет причинить вред мне. И даже нож в руке не помог мне причинить ему вред. Я и так уже сделала немыслимое.
Рик Фонтейн был монстром. И в тот момент, когда я открыла дверь «The Front Door», уже знала, что не должна быть здесь. Его глаза рассматривали мое тело так же, как это делал мой дядя. От него исходила сила, это было видно по квадратной челюсти. Его бурые, темные глаза напоминали хищную птицу. Но мне нужна была работа, и Шелли уверила меня, что Рик безобиден. «The Front Door» имел определенную репутацию, в нем были и пятизвездочные блюда, и необыкновенные напитки, в нем были два этажа с танцполом. Но также имелся и третий этаж, который беспокоил меня.
Я обучилась обслуживать верхний уровень, но мои ощущения были смешанными. Если я работала там, то должна была платить чаевые. Инициатива исходила от Рика… и его друзей. Я не была вольным участником. А, а он был одним из них. Его имя — Так Корбин. Помню, как увидела его в красном свете. Под чем-то. Пьющим еще что-то. Возле него всегда была женщина, которая висла на нем. Я никогда не понимала, зачем ему я. Он не проявлял ко мне никакого интереса в ту ночь, никто не проявлял, кроме Рика.
Я содрогнулась от воспоминаний, пока забиралась в свой дом. Его образ было тяжело выкинуть из головы. Тот момент, когда его глаза были устремлены в мои, и его дыхание на моих губах. Та фраза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я не причиню тебе вреда.
Я хотела верить ему, но невозможно поверить ни единому слову, слетающему с губ этого мужчины. Рик был первым. Так следующим. Кто знает, сколько бы их было еще, если Брендон не вошел бы. И мое сердце остановилось где-то в районе живота при мысли о Брендоне. Милом, аккуратном Брендоне, который пытался подружиться со мной. Его невинная улыбка, освежающие прикосновения. Я благодарила Бога после того, что сделал Рик. Брендон никогда не посмотрел бы на меня так. И он бы никогда не подумал, что я одна из тех женщин, которые поднимаются на третий этаж и позволяют все.
