Беатрис и Молли сразу же подружились. Молли сомневалась, что еще когда-либо у нее будет более близкая подруга.
Во дворе Таира и Молли ждал внедорожник. Таир объявил водителю, что поведет машину самостоятельно.
Услышав это, Молли заволновалась.
— Можно мне переодеться? — спросила она, поднося руку к голове. — Я должна надеть головной убор. Слушайте, не ждите меня... поезжайте. Я сама доберусь до клиники.
— Вы и так выглядите прекрасно.
Таир уселся на водительское сиденье, но Молли не сдвинулась с места. Она боялась оставаться с Таиром наедине.
Посмотрев на нее, принц поднял бровь:
— Так вы едете?
— Я просто... — она умолкла, чувствуя себя невероятно уязвимой.
Таир рассердился:
— Вам помочь забраться в машину?
Молли приказала себе успокоиться. Ведь она едет в клинику ради Тарика и Беатрис, так что незачем уделять столь пристальное внимание тому, какие чувства вызывает в ней Таир.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Когда Таир свернул на грунтовую дорогу, Молли подумала, что он решил сократить путь. Потом она решила, что они заблудились.
В это время автомобиль подскочил на очередном ухабе, и Молли непроизвольно громко ахнула. Таир мельком взглянул на нее:
— С вами все в порядке? —Да.
Он снова стал смотреть перед собой, а она принялась украдкой разглядывать его профиль. Молли едва заметно улыбнулась, подумав о том, что сейчас Таир кажется ей воплощением идеального мужчины.
Автомобиль снова тряхнуло, и Молли вновь ахнула. Таир посмотрел на нее:
— С вами, правда, все в порядке?
— Я просто прикусила язык, — солгала Молли, отчего сразу же покраснела. Она сидела, положив крепко сцепленные в замок руки на колени, и разглядывала унылый пустынный пейзаж, не понимая, чем в свое время восхищалась Беатрис. Возможно, матери Молли также не нравилась здешняя природа?..
— Я думаю, здесь не обойтись без системы навигации, — беспечно сказала она, заметив, что Таир не включил систему.
Он повел широкими плечами:
— Не обойтись, если для вас пустыня — непривычное место. Я же легко ориентируюсь здесь.
Она промолчала, словно выражая сомнение, что только заставило Таира продолжить рассказ о себе.
— Моя мать происходила из племени бедуинов, шейхом которого был мой дед.
Она широко раскрыла глаза. Посмотрев на него, она сразу представила себе Таира в одежде бедуина.
— Люди по-прежнему живут в племенах? — спросила она.
— Племенной образ жизни постепенно уходит в прошлое, — признался он. По выражению его лица было невозможно догадаться, приветствует он такое положение вещей или нет. — Однако люди, подобно моему деду, придерживаются традиций.
— Ваш дед жив?
Таир улыбнулся, и на какое-то мгновение выражение его лица смягчилось.
— Мой дед жив и здоров, а вот моя мать умерла, когда я была ребенком.
— Моя мать тоже умерла...
— У вас нет родственников?
Опустив глаза, Молли тряхнула головой:
— Мой отец жив, а еще у меня есть две сестры и два брата.
Он поднял брови:
— У вас большая семья.
Больше всего на свете Молли не любила семейного образа жизни. Ей казалось, что ураган намного безопаснее, чем проживание в семье.
— В ванную комнату постоянно выстраиваются длинные очереди, — сказала она, стараясь закончить разговор на эту тему.
Таир посмотрел на нее:
— Вы росли среди других детей. Вам не было одиноко.
Неужели Таиру было одиноко в детстве? Внезапно Молли представила себе темноволосого одинокого мальчика, которого захотелось утешить.
Она опустила глаза, задаваясь вопросом, понравятся ли ей крепкие объятия Таира.
— Я не была одинока, — вызывающим тоном сказала она и вздрогнула от собственных слов. У нее — был прекрасный отец, но две сводные сестры уделяли ей слишком мало внимания. Сью и Роузи занимались собой, явно давая понять Молли, что она слишком отличается от них. — Я предпочла бы, чтобы вы следили за дорогой, поэтому не стану отвлекать вас разговорами.
— Будь я подозрительнее, счел бы, что вы намеренно избегаете разговора.
— Просто я не хочу приехать в клинику ради того, чтобы самой получить помощь, — выпалила она, думая о том, что сейчас помощь психолога оказалась бы ей кстати.
Таир улыбнулся так, как улыбается уверенный в своей привлекательности человек.
— Я вот тут подумал, так же вы хорошо целуетесь, как выглядите?
— Ах, вы, самодовольный... — выдохнула она и покраснела.
— Мое самодовольство всегда при мне. И все же приятно, что вы обратили на него внимание.
— Мне нет до вас никакого дела, — тихо сказала она.
Таир не услышал ее ребяческого ответа.
— Мы почти приехали, — произнес он.
— Куда? Это ведь не аэропорт!
Молли не увидела перед собой ничего, кроме двух зданий из ржавого железа, стоящих посреди бескрайних просторов рыжего песка.
— Двадцать лет назад здесь был аэропорт. Она посмотрела на Таира и почувствовала, как
ее охватывает страх:
— Зачем вы привезли меня сюда? Автомобиль завернул за угол здания, и Молли
увидела самолет, стоящий на покрытой рытвинами взлетно-посадочной полосе.
— Это часть моего зловещего плана вашего похищения, — он поднял темную бровь.
Молли смутилась и покраснела.
— Извините, но когда вы сказали, что мы полетим на самолете, я думала... — она неловко пожала плечами. — Мне показалось, что мы проделали очень долгий путь, а приехали...
— Вы сомневаетесь в моих намерениях? — Он остановил автомобиль в нескольких метрах от самолета.
— Нет, конечно, я всего лишь взволнована поездкой по пустыне, — сказала она, желая сообщить Таиру,что он и никто другой заставляет ее нервничать.
Наступило неловкое молчание.
— Где же взлетно-посадочная полоса? — выпалила Молли. Пусть он думает, что она обеспокоена безопасностью полета, а не желанием...
— Здесь.
Она проследила взглядом за направлением, на которое указывал принц.
— И вы здесь приземляетесь? — вскрикнула она. — Даже в темное время суток?
— Конечно, внешне полоса выглядит не очень хорошо...
Молли рассмеялась. Посмотрев на огромные рытвины на взлетно-посадочной полосе, она решила: либо Таир очень хороший пилот, либо просто везунчик.
— Да такая полоса предназначена для пилота со стальными нервами, — заметила она.
Он сжал губы и без всякой иронии ответил:
— Вы учитель, а значит, обладаете отменной выдержкой. — И, когда Молли снова рассмеялась, насупился: — Что в этом смешного?
