– Благодарю вас.
Элис повернулась и пошла прочь, при этом ей казалось, что она даже спиной ощущает раздражение пасынка Дины. Она была уверена, что тот провожает ее недовольным взглядом.
Между тем Фрэнк и не думал смотреть ей вслед. Но, когда он уже вознамерился раздеться, предвкушая, как окунется в прохладную воду, до него вновь донесся голос этой странной мисс Прайд:
– Ваш отец умер?
Фрэнк резко обернулся. Его темные глаза сверкали от гнева.
– Что вы сказали? – переспросил он.
– Простите. – Элис явно нервничала, и на этот раз ее интонации отнюдь не казались неестественными. – Но вы сказали... вы сказали, что это был дом вашего отца. Значит, мисс... миссис Тайлер вдова?
– Думаю, об этом можно было догадаться, – язвительно ответил Фрэнк. – А почему вы спрашиваете?
– О, просто так. – Слабая улыбка тронула ее губы. – Пожалуй, я пойду переоденусь к завтраку. – С этими словами Элис направилась к флигелю.
Ага, значит, она, по крайней мере, снимет свои безобразные брюки, мрачно подумал Фрэнк, бросая на землю жилет и расстегивая молнию на джинсах. Но внезапно его рука застыла. Черт, он же не надел плавки! Фрэнк так привык купаться здесь в чем мать родила, что совсем забыл о них. И не то чтобы он емущался, – давно уже прошло время, когда он стеснялся своего тела, – просто вдруг почувствовал, что ему не все равно, смотрит на него сейчас мисс Прайд или нет. Было в ней все-таки нечто такое, что вывело его из равновесия...
Настроение у него совершенно испортилось. Фрэнк поднял жилет и направился обратно к дому. Рывком открыв дверь, он вошел в холл и столкнулся с мачехой. Она протянула к нему руки, но Фрэнка все еще переполняла досада, и он явно был не расположен сдерживаться.
– Черт возьми, Ди! – проворчал он, отступая назад. – Какого черта ты тут делаешь?
Дина, прищурившись, взглянула на него с холодной снисходительностью. В пурпурном халате она выглядела стройной и элегантной, макияж был легким, но безупречным, несмотря на ранний час.
– Я услышала голоса, дорогой, – вкрадчиво произнесла она, легонько проводя острыми ноготками по его коже; она не скрывала своего удовольствия, разглядывая обнаженный торс Фрэнка. – Ты говорил с Паулой?
– Нет! – отрезал Фрэнк.
Но он знал, что Дина не успокоится, пока не услышит от него полного отчета, и посчитал благоразумнее ответить, не дожидаясь дальнейших вопросов:
– Я встретил твою новую секретаршу.
– Мисс Прайд?
Дина так сжала губы, что они превратились в еле заметную полоску. И Фрэнк приготовился к упрекам, которые, он был уверен, не замедлят последовать, но Дина избрала иную тактику.
– И что ты думаешь о ней, милый? Достаточно сильно отличается от Греты, не правда ли? И так старомодно и плохо одета! Интересно, часто ли в университетах встречаются подобные дамочки?
Фрэнк понимал, что внезапно охватившее его желание заступиться за новую секретаршу было небезопасным, и поэтому решительно подавил его. У мисс Прайд будет работа до тех пор, пока Дина уверена, что с ее стороны ей не угрожает соперничество. А кроме того, если уж говорить начистоту, сейчас он был полностью согласен с мнением мачехи.
– Кто знает? – уклончиво ответил Фрэнк и поспешил направить беседу в другое русло: – Кстати, кажется, она, действительно, восхищена твоими книгами, как ты и говорила.
– Н-да? – Дина отнеслась к комплименту совершенно равнодушно, потому что сейчас ее внимание было поглощено Фрэнком. Она медленно провела языком по губам. – Ты даже не пожелал мне доброго утра, дорогой. Поцелуй меня и скажи, что не сердишься! А затем я попрошу Паулу подать завтрак на террасу. Не так уж часто нам выпадает возможность побыть наедине.
Фрэнк наклонился и коснулся ее губ. Дина тут же обвила его шею руками и притянула к себе.
– Сильнее! – прошептала она и своими белыми зубками слегка укусила его за ухо. – А знаешь, у меня есть идея получше. Почему бы нам не позавтракать в постели?
Фрэнк положил руки ей на плечи и слегка отодвинул от себя.
– Не сейчас, Ди, – сказал он, хотя кровь с бешеной скоростью неслась по его жилам.
Что и говорить, он всегда чувствовал к ней сексуальное влечение – с тех самых пор, как отец впервые привел ее в этот дом. Фрэнку было тогда шестнадцать. Но он не мог оскорбить память отца, сделав Дину своей любовницей! Во всяком случае, сейчас...
– Почему нет? – Взгляд Дины стал мрачным, тонкие губы презрительно скривились. – И когда же ты наконец признаешь, что мы оба давно жаждем этого? Твой отец умер уже больше года назад!
– Знаю...
Фрэнк подобрал с пола жилет, упавший в тот момент, когда он целовал Дину, и неторопливо надел его, стараясь избегать обиженного взгляда мачехи. Черт возьми, он знал лучше кого бы то ни было, как долго все это длится! Но с тех пор как они вместе похоронили его отца, все чувства Фрэнка смешались. Он сам не мог понять, что с ним творится, но существовала какая-то черта, которую он оказался не в силах переступить.
– Если ты не поторопишься, я начну думать, что ты меня не любишь! – заявила Дина, ее глаза при этом сверкали скорее от гнева, чем от огорчения. – Я полагала, ты приехал сюда потому, что понял: наши отношения больше не могут оставаться прежними. Ты нужен мне, Фрэнк! Я хочу быть с тобой! И всегда думала, что и ты хочешь того же.
– Так и есть...
Фрэнк сжал зубы. Разумеется, он хотел ее долгие годы, и Дина прекрасно знала об этом! Его охватило почти непреодолимое желание отбросить прочь сомнения и сжать ее в объятиях. Это чувство на мгновение едва не возобладало над всеми остальными, но почти сразу же Фрэнк понял, что должен пока оставить все как есть. Его долг перед отцом был неизмеримо больше, чем простое соблюдение приличий в течение года траура. Никогда еще чувство вины так не мучило Фрэнка, как после смерти Грегори Тайлера.
– Тогда почему... – удивленно начала Дина.
– Слушай, давай просто позавтракаем вместе, ладно? – перебил он ее. – Слишком раннее утро для подобных обсуждений. Я позову Паулу, а ты пока переоденься... Постой, разве ты не собиралась завтракать со своей новой помощницей? Ты же можешь обидеть ее.
– А ты можешь обидеть меня! – язвительно заметила Дина, потуже завязывая поясок халата на тонкой талии. – Ты бессердечный ублюдок, Фрэнк! Иногда я не понимаю, почему так сильно влюблена в тебя.
Фрэнк вздохнул:
– Ди...
– Ни слова больше! – Дина, надменно вскинув голову, направилась к двери. – И не вздумай присоединиться к нам за завтраком!
Фрэнк состроил гримасу ей в спину. Хотя он был уверен, что еще поплатится за свое недопустимое поведение, но не жалел, что остановился. В течение последних двенадцати месяцев их отношения с Диной окончательно запутались, и, прежде чем предпринимать решительные шаги, он должен был разобраться в собственных чувствах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
