— Осторожнее! Ногу не подверни, — отложив покрывало, которое он достал из пакета, сразу же пошел мне на встречу, а я решила поберечь ноги и сбросила босоножки, испытывая невероятное облегчение.
— Немного устала, ничего страшного.
— Целый день на каблуках — так не годится.
И только я хотела сказать, что привыкла к высоким каблукам, как Вадим поднял меня на руки, и я успела лишь взвизгнуть от неожиданности.
— Сейчас будешь отдыхать, только вот здесь постой немного, а я пока расстелю покрывало.
И он осторожно поставил меня у парапета, но вместо того, чтобы приступить к сказанному, медленно поправил мои волосы, убирая пряди за спину. Мое тело окаменело, дыхание сбилось, и я тяжело сглотнула, любуясь его манящими пухлыми губами. Вспотевшие ладошки положила на твердую грудь и почувствовала, как сильно стучит его сердце. Испытывает ли он то же самое, что и я? Или может он просто гипертоник?
— Хи-хи, — тихонько засмеялась себе под нос и заметила, как его взгляд с серьезного сменился на лукавый.
— Что такое? Чего смеешься?
— Да нет, ничего, — отмахнулась я, выскользнув из его объятий.
— Нет-нет, скажи, а то заставлю открывать вино, а ты со штопором не справишься, — наигранно коварно улыбнулся он, еще больше меня веселя.
— Эй, так нечестно! Я видела тот штопор, и таким пользоваться не умею.
— Тогда тебе точно придется рассказать мне, с чего ты смеялась.
— Я в заложниках?
— Ммм… думаю, что да.
— Ладно, сдаюсь, — тихо произнесла я и прикусила губу, пытаясь таким образом скрыть свою улыбку, — у тебя сердце сильно стучит. Часто-часто так.
— И-и-и?
— Я подумала, что ты гипертоник.
— Ничего себе! Вот это ты меня приласкала! — рассмеявшись, произнес Вадим, а потом, приподняв мое лицо, тихо добавил: — Мое сердце так стучит от твоей близости. Стоит только прикоснуться к тебе, как меня током прошибает, и я хочу наброситься на твои губы и смять их в страстном поцелуе. Но меня сдерживает лишь одно — я очень не хочу тебя пугать, поэтому буду сам ждать, когда ты ко мне потянешься.
— Значит, ты не гипертоник? — смущенно поинтересовалась я, пальчиком проведя по его груди облаченной в белую рубашку.
— Нет.
— Слава Богу, — тихо ответила и, обернувшись, уставилась на красивый город, который был у меня словно на ладони.
— Ничего не стесняйся, я не сделаю тебе больно, — прошептал мне на ухо, отчего я еще больше покраснела, а по телу в который раз побежали мурашки удовольствия, и я ощутила, что соски снова напряглись, выдавая мое возбуждение.
Вадим принялся накрывать импровизированный стол, пока я любовалась окружающими красотами. Под ногами было приятное тепло, крыша нагрелась за целый день, только вот странно, что она не была кипятком, учитывая летнюю жару. Я с удовольствием пошевелила пальчиками на ногах и потянулась всем телом к небу, отбрасывая сумку и наслаждаясь приятным вечером и не менее приятным обществом.
Меня удивило, что на крыше по специально установленной арке переплетался провод с обычными лампочками, по всей видимости для того, чтобы вечером создавать романтическую атмосферу. Откуда Вадим знает про это место? И для кого он соорудил здесь эту красоту? Может, у него таких, как я было много, и он каждую привозил сюда? Каждой хотел понравиться и завоевать доверие, а потом…
— Вадим? — позвала мужчину, когда он выкладывал мясную нарезку на тарелку.
— Да?
— А для кого это? — указала рукой на лампочки, и поежившись от неожиданного озноба, обняла себя руками: — Ты часто здесь бываешь?
— Нет, это второй раз.
— Для кого романтик устраивал?
— Что ты имеешь в виду?
— Вот это, — указала на лампочки, готовая вот-вот сбежать отсюда.
— Это мой друг девушке своей предложение делал, а я ему помогал накануне все обустроить. Сейчас здесь ничего не осталось, а тогда и стол был со стульями, и арки с цветами, свечи.
— Понятно, — неожиданно расслабилась и улыбнулась, принимая из рук Вадима бокал красного вина. Ревнивая дурочка, чего злюсь?
— Ты чего? Хотя я понимаю, о чем ты подумала, — улыбнулся он и помог мне присесть на покрывало. — Нет, Машенька, я никого сюда не приводил. Ты единственная.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Прости, — произнесла я и проследила за мужчиной, который, взяв свой бокал, заговорил, смотря мне в глаза.
— Хочу выпить за наше знакомство. Сегодня было самое замечательное утро, ведь я встретил тебя. И находясь целый день в офисе, постоянно вспоминал твои глаза и губы. А проведя с тобой эти два часа сначала в парке, потом в магазин, понял, что вечером отпустить тебя будет очень сложно. И лишь мысль о том, что утром я тебя встречу в кафе у Никитоса, как весело ты называешь своего друга, успокаивает меня и дарит надежду на то, что ты от меня не убежишь.
— С чего бы мне убегать от тебя? Я не хочу. По крайней мере, если ты не станешь причинять мне боль.
— Не стану, у меня одно желание — дарить тебе счастье. Улыбайся чаще, ты становишься невероятно потрясающей с улыбкой на губах.
— У тебя вот здесь волосы сбились так, словно рог растет. Я еще не успела тебе их наставить, — заметила я, свободной рукой пригладив ему волосы на голове, а когда увидела удивленное лицо, поняла, что обломала ему речь, и громко расхохоталась.
— Ты дико романтичная натура. Кажется, я влюбляюсь, — в тон мне ответил Вадим, подхватывая мое настроение.
— И мне так кажется… что я та еще натура.
— Влюбляешься?
— Ага, — кивнула радостно и выдохнула от осознания, в чем призналась: — Ой!
Глава 4
— Какой же прекрасный вечер, — тихо произнесла я, лежа спиной на твердой груди Вадима и любуясь потрясающим багровым закатом.
— Он прекрасный благодаря тебе, — в тон мне ответил мужчина, крепче прижимая к себе за плечи.
— Что-то прежде я за собой такого не замечала.
— Может просто мы дополняем друг друга?
Узлов склонился к моему виску и глубоко вдохнул запах, от чего стало приятно и чуточку стыдно, ведь я все еще не была в душе после рабочего дня. А мы столько прошли жарким вечером, и я просто могла вспотеть. Но мой спутник лишь удивил меня, поцеловав и крепче обняв.
— Расскажи, у тебя есть какая-то мечта? Или желание, вот, чего бы тебе хотелось сделать? Больше всего на свете!
— Больше всего?.. Хм, даже не знаю. Вообще я люблю экстрим и всегда хотела спрыгнуть с парашютом. Мне кажется, что это здорово.
— О-о, тогда я помогу исполнить твое желание. Как на счет выходных?
— Ты серьезно? — слегка приподнявшись и заглянув в его глаза, спросила я, не веря, что это может произойти в ближайшее время.
— Да, я уже пару раз прыгал с парашютом. И у меня есть знакомый, который может организовать все на высшем уровне.
— Я с огромным удовольствием!
— Можем вместе, с одним парашютом.
— Ммм, обнимашки?
Вадим, забрав из моих рук бокал, отставил его на ровную поверхность, повернул меня к себе и, обхватив руками лицо, пристально посмотрел в глаза. Неужели существует любовь с первого взгляда? Иначе как назвать то, что от каждого прикосновения мужчины, от каждого его взгляда, я готова расплавиться, растечься лужицей, не имея сил контролировать свое тело. Склонившись ко мне, Вадим нежно коснулся губ своими губами, оставляя после себя легкое ощущение от прикосновения. Мне нравилось, что он не напирал, и в тоже время, самой хотелось более интимных ласк, более глубоких поцелуев и частых прикосновений. Но я понимала, что именно такое отношение мужчины и говорит о его серьезности, ведь если бы он хотел просто переспать и забыть меня, то напирал бы куда больше и наглее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ты притягиваешь меня с каждой минутой все сильнее и сильнее, — тихо прошептал Узлов, до сих пор касаясь моих губ.
— А ты словно специально издеваешься надо мной, дразнишь…
— Тогда давай я буду тебя кормить, устраивайся поудобнее.
В эту минуту я порадовалась, что с утра надела сарафан-разлетайку, и теперь могла удобно разместиться на покрывале в позе лотоса, прикрыв свои ноги.
