Фукагава. Это вы очень интересно рассуждаете… Мой друг тоже восхищен.
Оба(невольно осекшись). Ах вот как…
Тосиэ. Но ведь ни разу, ни единого раза у тебя ничего удачно не получалось!
Мисако. И к тому же ты всякий раз брал у нас деньги – то какое-нибудь дело начать, то еще что-нибудь…
Тосиэ. Сам гол как сокол, а держишь себя словно миллионер…
Оба. Только потому, что капитала не хватало…
Тосиэ. Так ведь и сейчас ничего не изменилось…
Оба. Ну нет… На этот раз все иначе… Послушай, есть у тебя сбережения?
Хакояма обошел вокруг дома и сейчас, появившись на прежнем месте, прикладывает ухо к стене. Тосиэ растерянно молчит.
Да ты не беспокойся, нынешняя затея – дело верное!.. Вот что, не заморить ли нам червячка?
Тосиэ(решительно). Уходите!
Хакояма поспешно спускается по ступенькам.
Оба(вздохнув). И такими словами ты встречаешь мужа после восьмилетней разлуки? (Умоляюще смотрит на Мисако, как бы взывая о помощи, но Мисако опускает глаза.)
Фукагава(о чем-то советуется с Призраком). Ну что ж, тогда мы откланяемся…
Мисако(с мольбой). Да, прошу вас!
Оба. Ну нет, я не согласен! (К Фукагава.) Разве что ты уступишь Призрак мне…
Фукагава. Кого, его?!.. (Смеется.) Ну нет, это не пойдет…
Оба. Да, пожалуй… (Смотрит на Тосиэ и Мисако, как бы говоря: «Вот видите, что вы наделали!») Имейте в виду, вы как хотите, а мы отсюда не тронемся… Можете орать, сколько вашей душе угодно! Да что в самом деле хозяин я здесь или нет? Это мой дом! А будешь шуметь, я его и продать могу. Господин Фукагава! (Указывает на дверь в кухню.) Пойдемте, закусим, что ли! С женщинами толку все равно не добьешься!
Хакояма, стоя внизу, прислушивается.
Фукагава. Да я… А можно?
Оба. Не обращайте внимания, они скоро привыкнут. Считайте, что их тут вовсе и нет. Пожалуйста, не стесняйтесь. (Вместе с Фукагава уходит на кухню.)
Мисако. Что нам делать?
Оба(высовываясь из-за двери). Будь добра, сходи купи сигарет…
Тосиэ. Можешь сам купить.
Оба. Гм… Вот как?.. Ладно, ладно… Но вы еще поймете, какую опору вы имеете в моем лице. Что ни говори, а прочность и солидность семьи зависит от размеров капитала, заложенного в фундамент семейного очага… (Скрывается за дверью.)
Тосиэ. Все та же песня…
Мисако. И притом, похоже, что у него нет денег даже на сигареты. Послушай, мама, нельзя ли, чтобы хоть этот ушел… как его… Фукагава?..
Тосиэ. Ничего не выйдет. Этот человек, кажется, еще больший пройдоха, чем твой отец… Бедная девочка, как тебе не везет в жизни!..
Мисако(вздыхает). Теперь и торговля наша пойдет прахом.
Тосиэ. Нет, этого я не допущу. (Решительно.) Я тоже, знаешь, если уж решусь, знаю, что мне делать… Если дело дойдет до этого…
Мисако. Что же ты сделаешь?
Пауза.
Тосиэ(кивает в сторону кухни). Отец, выйди на минутку!
Голос Оба. В чем дело?
Тосиэ. Мне нужно тебе кое-что сказать.
Оба, не переставая жевать, входит.
Хакояма снова поднимается по ступенькам.
(К Мисако.) Ступай, принеси соленые овощи!
Оба. Соленья? Это хорошо!
Мисако, недовольно взглянув на мать, выходит.
Тосиэ. Раз уж так получилось, решительно заявляю тебе… (Пауза.) Больше я не допущу, чтобы ты измывался над нами… Поэтому говорю тебе прямо: имей в виду, ты у нас в руках…
Оба. Что-то я не пойму, ты это, собственно, о чем? (Усмехаясь, берет Тосиэ за руку и пытается залезть рукой под кимоно.)
Тосиэ, вскрикнув, отскакивает.
(Достает из кармана платок, утирает рот, морщится.) Надо бы постирать…
Входит Мисако. Тосиэ и Оба не замечают ее.
Тосиэ(немного растерянно). А та история… Ты говоришь, будто нет улик, однако мне все известно… Есть человек, который все видел…
Оба(взволнованно). Правда?
Мисако. Значит, это не просто выдумка?
Оба и Тосиэ испуганно оглядываются.
Значит, отец и в самом деле убийца?
Оба. Ничего подобного! Просто у этого старого Иосино было чертовски больное сердце… А я только выстрелил у него над ухом из игрушечного пистолета… Знаешь, какими пользуются при спортивных соревнованиях… Какое же это убийство? Просто несчастный случай… Ну, в крайнем случае, непреднамеренное действие, повлекшее за собой смертельный исход…
Тосиэ. Но ты ведь совершил это с умыслом?
Оба. Что ты болтаешь, как прокурор! Лучше скажи, кто он, этот свидетель?
Тосиэ. Уж не воображаешь ли ты, что я так просто скажу об этом?
Оба. Ну-ну, не заносись…
Тосиэ. Имей в виду, если ты и дальше будешь измываться над нами – я позову этого свидетеля и вместе с ним отправлюсь в полицию. Вот что я сделаю.
Оба. О-о! Вот как. (Угрожающим тоном.) Что ж, если дело дошло до этого, изволь, попробуй!.. Иди-иди! Хорошая слава о тебе пойдет! «Вот жена, продавшая мужа! – скажут люди. – Жена убийцы!» (Внезапно меняя тон.) Недаром говорится, что поспешность к добру не ведет… Мне придется уехать, но и вам нельзя будет оставаться в городе… Так что лучше доверься мне. (Проникновенно.) Знаешь, мне ведь как-никак, тоже стукнуло уже пятьдесят пять. Пока был молод, знай себе резвился, прыгал, как новенький резиновый мячик, а в такие годы, что ни говори, начинает тянуть к семье, к покою… к тихому семейному очагу…
Мисако(стараясь приободрить готовую расчувствоваться мать). Мама, не поддавайся! Он зарится на наши сбережения!.. Лучше уж…
Тосиэ. Она права. Лучше тебе совсем уехать отсюда.
Оба(смиренно). Так-так, понятно. Какие же вы обе скупердяйки стали за то время, что меня не было… Коли так, не нужно мне ваших денег. Просить будете – ни иены не возьму… Ох, тоска, тоска! Ну да уж ладно, раз сели закусывать, значит, надо доесть. (Уходит.)
Хакаяма снова медленно обходит дом и скрывается за стеной.
Картина четвертая
Ночь. Дорога.
Справа входят Оба и Фукагава. Фукагава держит банку с клеем, Оба пачку объявлений.
Оба. Ну вот, осталось еще три штуки… Наклеем одно сюда, хорошо? (Карманным фонарем освещает телеграфный столб.)
Фукагава(мажет столб клеем). Что-то у меня на душе тревожно.
Оба. С чего это?
Фукагава. Но ваша жена, похоже, ужасно недовольна… Он тоже очень обеспокоен этим. (Призраку.) Правда?
Оба. Это не имеет никакого значения!.. Баба!
Фукагава. И дочка тоже…
Оба. Говорю тебе – плюнь!
Фукагава. Представляете, какой шум завтра поднимется, когда прочтут наши объявления!
Оба. Так это же хорошо!
Фукагава. Призраки, кажется, тоже об этом уже узнали. Он говорит, что за нами сейчас следует не меньше пятидесяти…
Оба. В самом деле?.. (Невольно оглядывается. Ему не по себе.)
Фукагава(заканчивая мазать столб кистью). Пожалуй, лучше не причинять вам хлопот и податься отсюда куда-нибудь в другое место…
Оба(наклеивая объявление). Я же тебе сказал – не обращай внимания, а ты опять за свое… Ну ладно, хватит об этом. Скажи лучше, как ты находишь мою дочку?
Фукагава. Славная девушка. Ему она тоже очень понравилась.
Оба. В самом деле? (Наклеивает объявление.)
Объявление ПОКУПАЕМ ПО ВЫСОКИМ ЦЕНАМ ФОТОГРАФИИ ПОКОЙНИКОВ Улица Даймати, магазин фирмы «Хикари-дэнки».
Да и мамаша ее в молодости… Тоже, знаешь ли, была очень даже недурна… Кругленькая, полненькая…
Фукагава. В самом деле? (Поднимает банку с клеем.)
Оба. Да и мордочка – хоть куда…
Фукагава, не зная, что отвечать, несколько раз кивает.
Нежная, чувствительная, как все женщины из Ниигата…
Фукагава. Вот как…
Оба. А тело – что твой камень, не ущипнешь!..
Фукагава. Хе-хе…
Оба. Да, кстати, Фукагава-сан, ты холостяк?
Фукагава(с запинкой). Д-да…
