Папа и мама шёпотом переговаривались:
– Сейчас Дарья уснёт, надо потихоньку отнести в её комнату свёртки с подарками и цветы… Утром именинница проснётся и первое, что увидит – наш сюрприз!
Папа налил в прозрачную стеклянную вазу воду, поставил букет из декоративных подсолнухов. Охапку ярко-жёлтых «солнышек на стеблях» родители случайно увидели в витрине цветочного магазина и решили, что такой «солнечный» букет как нельзя больше подходит для их весёлой жизнерадостной девочки. Подарки были упакованы в разноцветные обёртки, всё это радовало глаз, от одного вида поднималось настроение. Тем более, что внутри были настоящие пуанты из атласа персикового цвета с завязками из шёлковой тесьмы – мечта Даши, и настоящая балетная розовая пачка. Даша должна была выступать в этом наряде на спектакле.
На часах был первый час. Мама и папа были уверены, что девочка давно заснула. Они тихонько направились в комнату Даши. Под кроватью сползла скатерть-невидимка, мелькнула и тут же исчезла чешуйчатая лапа. Даша всё ещё смотрела на подводные глубины в светящемся прямоугольнике экрана. Стрелки на будильнике, стоящем на Дашином розовом столике, указали двенадцать с четвертью. Крючильда под кроватью как раз закончила произносить волшебное заклинание. Вокруг Даши появился светящийся ореол, она испуганно глянула на пальцы, от которых исходило розовое свечение. Отворилась дверь, и на глазах у изумлённых мамы и папы, их дочь превратилась в розовую прозрачную светящуюся медузу. Мама от удивления и испуга выронила коробки с подарками. Папа пришёл в себя быстрее, он вытащил цветы и бережно опустил медузу в вазу с водой. Родители растерянно смотрели на безмолвно сияющее в воде существо. Мама еле выговорила:
– Что это было? Как такое возможно?
Папа хмуро сказал:
– Валя, ты же сама работаешь в музее сказочных вещей, и прекрасно знаешь, что чудеса случаются. Одно из них произошло здесь и сейчас!
Мама заплакала:
– Мне не нужно такое чудо! Я хочу, чтобы моя девочка вновь превратилась в человека!
Папа стал утешать маму, пообещал, что обязательно разберётся, выяснит, что случилось и обязательно всё исправит. Мама облегчённо вздохнула, ей очень хотелось верить, что всё сказанное папой так и случится. Сам же он, откровенно говоря, не был уверен в том, что сможет легко и просто всё уладить. Мама с надеждой смотрела на мужа:
– Ну, так что же делать?
Папа произнёс первое, что пришло в голову:
– Найти причину! Выяснить, почему произошло это странное превращение… Ты не замечала – Даша в музее не пробовала что-нибудь из витрин? Ну, там, ягоды волшебные, снадобья какие-нибудь?
Мама пожала плечами:
– Я же экскурсию проводила, а потом мы все вместе ели со скатерти-самобранки?!
Папа решительно произнёс:
– Срочно в музей! Если где и искать ответ на эту головоломку, то точно там!
Они схватили вазу с медузой и ринулись на выход. Едва хлопнула входная дверь, Крючильда со злостью рванула скатерть-невидимку, она – с горящими от ярости глазами – и её приспешники выбрались из-под кровати. Крючильда негодовала:
– Откуда взялись эти взрослые? Сорвали мой план! Всё шло как по нотам: она превращается в кого-нибудь – как оказалось в беспомощную медузу, мы забираем её, она в наших рука – тут и сказке конец!
Монстры наперебой стали спрашивать:
– А мальчишка? Там же ещё пацан был?!
– С ним-то что делать?
Крючильда хлопнула себя по лбу:
– Тьфу, ты… Про него-то я и забыла… Он, наверное, тоже в кого-нибудь превратился?
А в это время в комнате Артёма тоже творилось нечто странное. В пятнадцать минут второго Артём резко проснулся от того, что кто-то за окном требовал немедленно впустить его. Артём решил, что это ему показалось – ведь окна его комнаты расположены на пятом этаже, и даже балкона нет. Но этот «кто-то» за окном не унимался, продолжал настаивать, что ему необходимо попасть в комнату, и для этого надо открыть форточку. Артём отодвинул штору и увидел кота Ваську. Серо-голубой котяра сидел на подоконнике в свете луны и, сверкая в ночи глазами, человеческим голосом упрашивал отворить форточку. Удивлённый Артём открыл створку окна, довольный кот спрыгнул на пол и произнёс:
– Благодарю… А то ночи что-то нынче прохладные, долго свежим воздухом не подышишь…
Артём удивлённо сказал:
– Ущипните меня… Это мне мерещится?
Кот ответил:
– Охотно ущипнул бы, но сие искусство мне не подвластно, но могу поцарапать… Слегка… Или укусить… Тоже шутя, не сильно…
Мальчик не стал дожидаться помощи кота, сам себя ущипнул, перестарался, аж ойкнул от боли, но и после этого кот не перешёл на своё обычное «мяу», а продолжал:
– Эти изверги спилили ветки на тополе под окном, чтобы пух не летел! Попробовали бы они, подтягиваясь на когтях, проползти вверх до пятого этажа по голому стволу! Лапы болят… Нечеловеческая боль!
Артём засмеялся:
– Так ведь ты и не человек… Во всяком случае, ничего подобного за тобой раньше не замечалось?!
Кот улёгся на кровати, зевнул и сонным голосом проговорил:
– Так и сейчас ничего не изменилось! Я, как всегда, мяукаю, на кошачьем языке изъясняюсь, только ты, почему-то не переспрашиваешь «ну, чего тебе Васька? Есть? Пить? Погладить?», а всё понимаешь…
Артём почесал лоб и задумался. В это время в клетке завозился разбуженный шумом волнистый попугайчик. Артём давно и безуспешно пытался его научить говорить, но птица произносила только одно единственное слово «кошмар» и расширять словарный запас не желала. Артём звал его Кошмариком и уже не надеялся услышать от него других слов, как вдруг из клетки раздалось недовольное бухтение:
– Кошмар! Из-за какого-то царапучего оболтуса столько неприятностей. Окно открывают, сквозняк, того и гляди простудишься! Шумят, спать не дают… Ну разве это не кошмар?
Артём с удивлением сказал коту, указывая на попугая:
– Ты слышал?
Кот кивнул:
– Щебечет птичка, неразборчиво очень. Я же их попугайского языка не знаю…
– То есть, это только я понял, что он тебя «царапучим оболтусом» назвал?
Кот возмущённо фыркнул и сказал:
– Переведи ему с кошачьего: если будет обзываться, я зайду на сайт «рецепты блюд из попугая» и выберу первый попавшийся…
Артём засмеялся – у котов, оказывается, бывает чувство юмора. Артём подошёл к окну, чтобы задёрнуть штору – лунный свет падал на кровать, мешая заснуть. Вдруг он увидел Дашиных родителей – они поспешно выбежали из подъезда. Даши с ними не было, в руках они держали какой-то светящийся предмет. Они бежали к дороге, поднимая руку, чтобы поймать такси. Единственная проезжавшая в столь поздний час машина не остановилась, пронеслась мимо.
Артёма осенило: всё происходящее каким-то образом связано с дневными событиями. Он ещё не знал, как точно, но интуиция подсказывала, что этот его внезапно появившийся волшебный дар понимать язык животных и встревоженные родители Даши, спешащие куда-то в ночи – события, связанные между собой и имеющие отношение к случившемуся в музейном хранилище. Артём распахнул настежь окно и громко прокричал:
– Дядя Серёжа! Тётя Валя! Подождите меня!
В комнату заглянула перепуганная бабушка – она присматривала за Артёмом, пока его родители были в командировке. Он, одеваясь на ходу, коротко бросил:
– Некогда объяснять! Я – в музей с Дашкиными родителями!
Бабушка спросонья зевала и переспрашивала:
– Куда? В музей? А который час? Какой музей ночью?
Но Артём её не слышал – он мчался по лестнице вниз. Мальчик подбежал к родителям Даши – они нервничали на обочине, никак не удавалось «поймать» машину. Футболка на Артёме была надета наизнанку, пуговицы на джинсовой куртке застёгнуты через одну. Он выпалил, глядя на странный светящийся предмет в руках у папы:
– Что случилось? Где Даша?
Мама заплакала и указала на банку:
– Вот она…
Папа добавил:
– Вдруг превратилась в медузу…
Артём наклонился, чтобы получше разглядеть медузу. Она была прозрачная, словно мармелад или желе, розовый свет исходил изнутри, словно там горел огонёк, а сверху было едва заметное изображение человеческого лица и виднелась крошечная ажурная золотая корона. Губы медузы с человеческим лицом беззвучно шевелились. Артём придвинулся поближе… Да нет же, не беззвучно! Она говорила, только очень, очень тихо! Или это проявился новый дар Артёма? Он понимал, что сказала медуза! Она произнесла:
– Тёмка, родители очень напуганы! Успокой их, скажи, что я нормально себя чувствую! Я им всё время об этом твержу, но они не слышат меня!
Артём обрадовался:
– Так мы понимаем друг друга и сможем общаться?
Мама и папа встрепенулись:
