Читаем без скачивания Идеальные партнеры - Гвинет Холтон

— Я долго жила в Москве, — обронила Мэгги.

— А-а…

Судя по всему, продавщица вознамерилась выставить странную покупательницу за дверь. Но Мэгги понимала, что у нее никогда не хватит духу прийти сюда второй раз. Сейчас или никогда! Отчаяние придало ей смелости.

— Да-да, — кивнула она. — Я прожила там около десяти лет, работая в… американском представительстве. — Мэгги взглядом указала на свой костюм. — Это все, что мне удалось раздобыть в Москве, и то пришлось выложить в придачу три блока «Мальборо».

— Говорят, русские много курят… — пробормотала девушка, явно не зная, что сказать.

Мэгги улыбнулась.

— Я так отстала от моды, просто ужас! Некоторые москвичи полагают что Прада — это марка автомобиля. — Она рассмеялась собственной шутке.

Девушка молча смотрела на нее.

— Ну, знаете, как «лада»! — пояснила Мэгги.

На самом деле она полагала, что москвичи одеваются в сто раз моднее ее самой, но уловка удалась. Продавщица перестала поглядывать на улицу с явным намерением сплавить покупательницу в другой магазин.

— Сочувствую, — произнесла наконец собеседница Мэгги. — Как-то раз мне довелось увидеть по телевизору русские меховые шапки… — Она поморщилась. — Так как вам хотелось бы выглядеть?

— Эротично.

Продавщица улыбнулась и внимательнее посмотрела на странную покупательницу. Затем кивнула.

— Хорошо. Эротика — мой конек. Прошу вас.

Спустя пару часов Мэгги нагрузилась множеством пакетов и изрядно облегчила кредитную карточку, став обладательницей разнообразных костюмов из кожи и меха, а также нескольких пар обуви. Не были забыты и ювелирные украшения. Все это она воспринимала как своеобразный камуфляж.

Мэгги оставила на себе одежду, которую она примеряла последней: узкая короткая юбка из ткани, имитирующей пятнистую шкурку олененка, и тесная хлопковая кофточка, очень походившая на нижнее белье. Ноги Мэгги были обуты в невысокие черные сапожки.

— Выглядите просто блестяще! — заверила ее продавщица.

— Не окажете ли мне услугу?

— Разумеется.

— Пожалуйста, подайте вон ту мусорную корзину.

Мэгги бросила в пластмассовую емкость для ненужных бумаг твидовый жакет, юбку и строгую, делового фасона блузку, а затем символическим жестом отряхнула руки, словно отрекаясь от своего унылого прошлого.

— Благодарю вас. Мне это было необходимо, — сказала она продавщице. — Не отдадите ли мои старые вещи в какую-нибудь благотворительную организацию?

Девушка рассмеялась.

— С удовольствием. Если потребуется, в любое время приходите за советом. Вы великолепно смотритесь, вам это известно? Если еще сделать стрижку…

— Стрижку?

— Я просто подумала, что… Нет, в Москве хорошие парикмахеры, но за последние десять лет стиль несколько изменился.

Мэгги неуверенно провела рукой по волосам.

— Да, конечно.

— Я знаю одного прекрасного стилиста, Джимми. Он большой мастер по части причесок. — Продавщица порылась в кармане и извлекла потертую рекламную карточку заведения, называвшегося «Экстази». — Доверьтесь Джимми, он лучший парикмахер. И еще… — Она неуверенно умолкла. — В общем, простите, что говорю об этом, но если вы решили совершенно изменить образ…

— Да?

— Тогда позволю себе заметить, что эти очки были модны еще в восьмидесятые годы.

— Непременно куплю новые. Спасибо. Что-нибудь еще?

Продавщица покачала головой.

— Загляните к нам, когда полностью преобразитесь. Уверена, что не узнаю вас.

Мэгги никогда не откладывала на завтра того, что можно сделать сегодня, поэтому, вернувшись домой, она сразу договорилась по телефону о встрече с окулистом, а потом и с Джимми из «Экстази». Насчет волос Мэгги сомневалась больше всего. Ей вовсе не улыбалась перспектива вернуться из салона красоты с черно-белыми прядями на голове. Она хотела выглядеть по-другому, но отнюдь не как Круэлла де Вил — злобная дамочка из фильма «Сто один далматинец».

Джимми оказался манерным болтуном, с яркой внешностью и страстью к коллекционированию тропических аквариумных рыбок. Отдав себя в его руки, Мэгги быстро перестала наблюдать за тем, что он делает, стараясь уследить за разговором.

— Боже правый, что эти русские сотворили с вами! — ахнул Джимми, усадив ее в кресло и то так, то этак поворачивая перед зеркалом. — За подобные вещи можно вновь начинать холодную войну!

Мэгги вяло улыбнулась.

После того как ей вымыли голову и попросили вернуться в кресло, Джимми взял ножницы и принялся за дело.

— Энни сказала, что до недавних пор вы жили в Москве.

Мэгги пробормотала что-то невнятное.

— Знаете, сдается мне, что за десять проведенных в России лет ваши волосы выцвели, — продолжил Джимми. — Уверен, у них не всегда был этот мышиный оттенок.

— Верно, — сдержанно кивнула Мэгги. — Раньше я была куда привлекательнее.

Сарказм этого заявления был очевиден ей одной.

— Я освежу вас. Сделаем цвет красного дерева с легкой примесью бордового. Как вам нравится подобная идея?

Ей нравилось все, что не напоминает полосатую шкуру зебры.

Когда прическа наконец была готова, Мэгги не поверила собственным глазам. Ее волосы стали буйными, молодыми. Вместе с тем в них ощущалась нежность.

— Какая прелесть! — воскликнула она.

Джимми кивнул.

— Я постарался сделать нечто свеженькое, но пригодное для каждого дня, а не для пышных великосветских раутов.

— Именно то, что нужно! — счастливо хихикнула Мэгги, осторожно трогая волосы. — Просто блеск!

— Намечается бурное свидание?

Мэгги действительно собиралась повидаться с Брайаном, но совершенно не была уверена, что их встреча пройдет так уж бурно.

Тем не менее она настраивала себя на оптимистический лад. Да, история с эротическим журналом удивила Брайана. Но, возможно, Мэгги сама виновата. Скорее всего, ей сначала следовало подумать о перемене образа.

— Что ты сделала с волосами? — изумленно воскликнул жених, едва Мэгги открыла ему дверь.

Ее улыбка медленно увяла.

— Тебе не нравится?

— Какой-то рыжий цвет… Ты уже не так молода, чтобы красить волосы подобным образом. Это… это… — Брайан явно не мог найти слов, но возмущенное выражение на его лице было весьма красноречивым.

Мэгги повернулась и ушла в гостиную, где принялась переставлять фарфоровые фигурки. Она поместила мальчика-рыболова рядом с хористкой, оставив в одиночестве малыша, несущего на палке котомку.

Да здравствует анархия! — пронеслось в ее голове. И вообще, нужно упаковать фигурки в коробку и спрятать подальше, а гостиную оформить заново. Лучше всего в авангардном стиле.

Так-то оно так, но фарфоровые игрушки некогда принадлежали матери, а Мэгги была человеком сентиментальным. Поэтому она со вздохом расставила фигурки на прежние места и включила свет.

Вся жизнь Мэгги, за исключением учебы в колледже, прошла в этом доме. Сначала детство, затем период после смерти отца. Вероятно, для нее просто настало время перемен.

Брайан переминался с ноги на ногу, стоя на краю индийского ковра времен британского правления и явно не зная, как теперь должен обращаться с Мэгги. Он обеспокоенно хмурился.

Как хорошо Брайан вписывается в эту комнату! — подумала Мэгги. Старомодный человек среди старомодной обстановки. Наверняка он даже не подозревает, что его галстук чересчур узок, а свитер настолько стар, что скоро снова войдет в моду.

Прежде Мэгги тоже неплохо вписывалась в интерьер гостиной. Но с недавних пор этому пришел конец. Более того, временами ей казалось, что она чужая в собственном теле. Впрочем, всю последнюю неделю — за исключением фиаско с попыткой внести немного разнообразия в интимную сферу — у Мэгги усиливалось ощущение, будто ее жизнь начинает понемногу налаживаться.

Она не виделась с Брайаном с пятницы, когда он приковал ее голую к кровати и забыл об этом. Впрочем, тем вечером, только гораздо позже, он позвонил Мэгги. В его голосе ощущались усталость и беспокойство. Роды оказались трудными. Брайан извинялся за то, что ему пришлось уйти, и спрашивал, не смогут ли они встретиться у нее во вторник за ужином, раньше он не мог, так как у него дежурства в больнице.

Мэгги подумала о ребенке и молодой матери и порадовалась, что оба выжили с помощью Брайана. Конечно, она простила своего жениха, хотя до сих пор не могла отделаться от чувства досады из-за того, что ей пришлось вытерпеть.

И вот он вновь стоит в ее гостиной. Ни цветов, ни извинений, ни бутылки вина. Ни даже приглашения в ресторан. Все как обычно: Мэгги готовит ужин для доктора Харроу. Но если бы Брайан бросился к ней, схватил в объятия и увлек в постель, Мэгги простила бы его окончательно.

Она бросила на своего жениха взгляд, который постаралась сделать томным и завлекательным.