и не попадаться на мои глаза? Вячеслав, ты меня окончательно добил сегодня. Твои прошмандовки даже в глаза мне заглядывают после того, как я вас застукала. Никакого уважения.
— Мне и так горько, милая. Куда ещё кофе? — говорю абсолютную правду. Челюсти мужа сжимаются, что я слышу поскрипывание зубов. Милый, твоя эмаль сейчас рассыпется в порошок. Эх, такие зубы не ценишь.
— Что за сцены, Вики? — супруг садится на свое рабочее кресло и пристально смотрит мне в глаза.
— Я принесла тебе документы на подпись. Без тебя, как одного из главных акционеров, этот контракт не может быть осуществлен до конца.
— Ну и где документы? — пальчиком указываю на черную папку, которую недавно на журнальный столик поставила. — Неси её сюда, Вики. — закатывает глаза к потолку.
— Я к этому столу не подойду, Вячеслав. Я брезгую. — какой бессовестный и беспринципный мужчина. А если бы он меня застукал с мужчиной, подошел бы он потом ко мне и как ни в чем не бывало, стоял бы рядом?
— Что за детский сад, Виктория? — раздражается супруг. Потирает переносицу большим и указательным пальцами. — Ладно, пора прекращать это всё. — сам подходит к папке и размашистым почерком расписывается и протягивает мне документы.
Вытягиваю руку, чтобы забрать, но муж не отдает. Смотрит в глаза так, что до дрожи пробирает.
— Ты не была в клинике.
— Это не тут должно обсуждаться. — он только пару минут назад жарил тут эту милую особу, а сейчас снова заводит свою пластинку о детях. Господи, дай мне сил.
— Ты избегаешь меня. Не отвечаешь на мои звонки и эсэмэс. Как и когда я ещё должен это обсудить? — Вячеслав надвигается на меня, придавливая к стене и нависая сверху. Он смотрит в моё глубокое декольте и его кадык дергается. — Тебе идёт эта стрижка. — рукой проводит по моим волосам и заправляет прядь за ухо.
Я замерла. Как бы ненавидела мужа и злилась на него — я сильно возбуждаюсь от его прикосновений. Бабочки в животе начинают порхать и тяжесть внизу живота начинает давить. Но эти бабочки быстро умирают, когда супруг губами проходится по шее и прикусывает мочку уха, потому что совсем недавно он этими губами и руками прикасался к другой. Он занимался с ней сексом и сразу же после этого лапает меня. Я не хочу этой грязи. В своей и так погрязла.
— Хватит! — отталкиваю мерзавца. У меня не получается его остановить. — Мне это надоело! — кричу на супруга, который замер на месте и поднял полные похоти глаза на меня.
Слёзы на глазах не дают фокуса. Моё дыхание сбивается напрочь. Я так долго не позволяла себе выплеснуть эмоции, что плотину прорвало. Я обрушиваю на мужа удары и словесный понос.
— Я устала, Вячеслав. — мне стыдно за слёзы, которые супругу никогда не доводилось видеть. Мне стыдно за эту проявленную слабость перед ним, но я не могу всё держать в себе. — Я устала от вечных измен. Устала от этого брака. Я устала от тебя. — всхлипываю. — Ты постоянно говоришь о наследнике. А сам в это время проводишь время с другими девушками, а потом приходишь и своими грязными руками касаешься меня. Ты не уважаешь меня. Хотя я такая же жертва обстоятельств, как и ты. Как я могу привести свою частичку в этот мир грязи и порока? Как ты будешь смотреть в глаза ребёнка, после того, как придешь от своей очередной любовницы? К нему тоже полезешь своими грязными руками? — истерика набирает обороты. Чем больше говорю, тем больше жалею себя и свою несостоявшуюся семью, ребёнка да и в целом жизнь. — Я не позволю этому случиться, слышишь меня? Забери у меня всё, Вячеслав, пожалуйста, но умоляю, дай мне свободу. Дай мне развод.
— Вики, — как же он не поймет.
— Я Вика, Виктория, да кто угодно, но не Вики! — психую. — Почему твои девушки преследуют меня в зале и говорят, что беременны от тебя? — глаза супруга округляются. — Какого черта они вообще позволяют себе так обращаться со мной? Ни у тебя, ни у твоих шлюх нет ничего человечного. — обессилено опускаюсь на пол и хватаюсь за голову. — Ты ничтожный человек. Почему-то решил, что в нашем браке ты главный, тебе можно всё. Вся вина и боль лежит на мне, как удобно…
Сейчас внутри не чувствую ничего. Я наконец за долгое время смогла сказать хоть часть того, что хотела. Чтобы высказать остальное у меня буквально не хватает сил. Полтора года идеальной картинки для окружающих высосали из меня всё.
Когда я соглашалась на эту авантюру, то ожидала, как минимум — уважения, а как максимум — любви, когда узнаем друг друга ближе. Наивно полагала, что мы станем настоящей и счастливой семьей. Все это шито белыми нитками.
— Прости. Такого больше не повторится. — Вячеслав присел на колени передо мной и притянул к своей груди. Я разучилась говорить. Это что-то сверхъестественное. Мой расчетливый муж извинился передо мной и обнял меня? Где это видано?
Чувствовать себя защищенной в его объятиях я разучилась. Так было только первые дни нашего брака, пока я не узнала о изменах. До этого я пыталась приласкать его, показать свою заботу и зарождающуюся любовь. Думала: а вот вдруг у нас всё сложится?
Поэтому мне было не в тягость приготовить супругу завтрак. Принести ему обед в кабинет. Обнимать его. Целовать. Не только в постели, а когда захочу. И Вячеслав всё принимал, но сопел при этом сильно. Я это скидывала на занятость мужчины и он просто не любит, когда его отвлекают.
Стираю рукой слёзы со щек и пытаюсь подняться, оттолкнув супруга.
Вячеслав в который раз меня удивляет: берет меня на руки и садится на диван, усаживая меня к себе на колени. Эта тактильность меня волнует и воротит одновременно. Мое тело покрывается мурашками и глаза вновь наполняются слезами.
Мой супруг смотрит на меня с неким волнением и где-то в глубине глаз я вижу заботу, которую ко мне в последнее время никто не оказывал.
Я хочу лишь счастья. Я хочу быть девочкой рядом с любимым человеком. Я тоже хочу ребёнка, речь о котором шла с самого начала нашего брака.
Нужно что-то
