— Англичане… — Начал было Калидас, но осекся, поскольку рот у него внезапно закрылся. И зарос.
— Англичан на нашей земле всегда было меньше, чем тех, кто родился и всю свою жизнь провел в Индии. Раз в сто, ну может чуть меньше. И все, что они сделали плохого, они сделали либо с вашей помощью, либо с вашего попустительства, ибо главная проблема нашей страны не в чужаках, а в тех прокладках, которые находятся между тронами и коронами. Ну и в их мудрых советниках, которые мне с каждым днем все больше и больше хочется всех перерезать за крайний дебилизм. — Взгляд короля йогов не сулил жрецу ничего хорошего, и уж точно не сулил освобождения из тюрьмы, где оригинальный Калидас куковал многие десятилетия, если не века. — Да и потом, не одно только зло принесли сюда иностранцы. Теперь в споре двух князей горят дома, а не города…Ну, в худшем случае кварталы, ведь англичанам невыгодно терять деньги, а потому они жестоко осаживают самых задиристых данников. Болезни и эпидемии пытаются лечить или хотя бы ограничить в распространении, а не ждут, покуда оно само пройдет. Монстров, терзающих деревни и города, стараются убивать, а не привадить к землям соседа. Иные примеры, если поискать, тоже найдутся.
— Мым мум мим! — Попытался возразить ему чего-то жрец сквозь сросшиеся губы, но лично Олегом остался так и не понят.
— Но можешь не печалиться, а радоваться, о враг мой. Я знаю, что вреда от англичан все же куда больше чем пользы, а потому все-таки помогу вам! — Олег внезапно ощутил…Покалывание. Осознал, что как минимум один привет от короля йогов так и остался никем не найден, но сейчас активизировался. Болезненно ойкнул, подскочив на одном месте и пытаясь понять, как это его вдруг через доспехи проняло. Впрочем, окружающих пронимало сильнее, даже тех, кто по идее должен был защищать свою филейную часть в разы надежнее, чем русский боевой маг. Некоторые с воплями боли подрыгнули аж до потолка. Человек пять об него сильно головами стукнулись. А китайский магистр алхимии вообще воспарил вертикально ввысь под звуки собственного пронзительного визга с такой скоростью, что застрял головой в потолке, который его башка пробила. — Но буду помогать так, как сам сочту нужным. Например, как колючка в заднице, которая не даст вам сидеть спокойно, когда пора идти заниматься делом. И если кто-то посмеет наше общее дело предать, то это колючка пройдет снизу вверх и распорет ему сердце. Слово даю.
— Хм, а ведь все не так уж и плохо. Похоже, короля йогов все-таки не придется сбрасывать со счетов, пусть даже он явно имеет много чего против Чатурведи и компании. — Решил Олег, потирая пострадавшую часть тела и наблюдая за тем, как истаивает иллюзия горбатого архимага. Чародей несколько обиделся на короля йогов за прощальный прикол, но впечатления кровожадного безумца тот все-таки не производил. Плюс на борту «Тигрицы» сия малость чудаковатая личность многим помогла, ведь не сама же Доброслава вдруг вылечилась от своих проблем со сменой ипостаси. Вдобавок дар предвиденья сейчас подсказывал оракулу-самоучке, что и прочие обладатели разнообразных травм, которым имеющиеся целители помочь не могли, теперь будут демонстрировать отчетливую тенденцию к улучшению…Просто у оборотней процесс восстановления если вообще возможен, то дольше пары часов редко когда занимает — Но союзником британцам этот тип не станет точно. В конце-концов, если бы Манидер Садхир захотел сменить сторону и служить королеве английской, ему бы стоило сказать лишь пару слов, после чего её величество лично прискакала бы в кратчайшие сроки, дабы своего нового подданного освободить, осчастливить дворянским титулом попышнее и ввести в палату лордов. А не был бы король йогов идейным патриотом, то черта лысого он бы вообще согласился сдаться и сесть в тюрьму, лишь бы прекратить военные действия на территории Индии.
Интерлюдия. Неописуемая напасть
В подвале старой церкви, несколько обветшавшей от времени и отсутствия регулярного ремонта, но все еще вполне себе крепкой, шло молитвенное собрание, более похожее на военный совет. Ибо дружной хоровой распевке священных текстов было уделено минут пятнадцать, а вот освободиться от решения забот мирских, но здесь и сейчас более чем актуальных, раньше чем через пару часов никто и не надеялся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Итак, братья мои, начнем с главного, вопросов духовных… — Взял слово высокий худой мужчина, полируя рукавом своей повседневной темной рясы большое серебряное распятие, благодаря своим размерам подозрительно смахивающее на небольшой боевой молот. — Удалось ли установить, что за снайпер стрелял по часовым отравленными иглами из дальнобойного духового ружья?
— Удалось. Это идейный фанатик из числа тех, кто жаждет убить абсолютно всех иноверцев, очистив Индию от присутствия любых иностранцев. Доставили поганца в одну из тех келий, которые на нижнем ярусе. Провели разъяснительную работу. — Утвердительно кивнул другой монах, потирая сбитые костяшки. — С какими-либо крупными фракциями он не связан. Простой охотник-ведьмак, что привык в джунглях убивать добычу заметно сильнее себя и решил, что мы от тигров-людоедов отличаемся не сильно. Получили формулу как самой отравы, так и противоядия к ней.
— Состав уже изготовили и выдали первую порцию одному из пострадавших братьев, которого для этого пришлось вывести из стазиса. — Без чьих-либо подсказок продолжил другой священник, чья ряса была, во-первых, белой, словно слой свежего снега, а во-вторых, украшенной большими красными крестами на груди и спине. — Умирать он перестал, но еще слаб. Дополнительные порции целебной алхимии или какие-нибудь восстанавливающие чары я использовать побоялся. Все-таки нами слабовато изучены особенности магии Индии, при взаимодействии волшебства разных школ могут вылезти непредвиденные побочные эффекты…
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул не отвлекающийся от полировки распятия мужчина. — Подождем дальнейшего развития событий.
— Раствор для замуровывания кельи, если что, у нас есть. — Заверил своего начальника интендант, который поверх своей черной рясы натянул черные же бухгалтерские нарукавники и даже на этом собрании не расстался со счетами, каждая бусина на которых несла изображение какого-то святого. — Цемент как раз остался после того, как дырки от пуль в стенах замазывали, так не пропадать же добру…
— Спешить не будем, — отрезал возглавивший это собрание священник, может и бывший всего лишь первым среди равных, но пользующийся у своих коллег непререкаемым авторитетом. — Вполне возможно эта заблудшая душа раскается в своих грехах и примет истинную веру…Или хотя бы вспомнит кого-то, кто сможет выплатить виру за его преступления.
— Не хотелось бы такое спускать, — заметил кто-то из присутствующих, до сей поры молчавшей.
— Не хотелось бы, — согласился с ним монах, проводивший «разъяснительную работу». — Но что делать? Новых военных походов, куда бы нас желали пригласить, в ближайшее время не предвидится. А на пожертвования обители не прожить точно, ведь мало кто осмелится вызвать гнев брахманов после тех погромов, которые они устроили христианам, пока в городе официально никаких властей не было….
— Может попросить нового хозяина города сделать пожертвование? — Предложил интендант. — Он все же наш соотечественник, должен понять…
— Скажи спасибо, что он нас налогами не обложил…А ведь мог бы, расчетливости ему не занимать, плюс наглости у этого чернокнижника на троих хватит, — напоминающее молот распятие исчезло в глубинах рясы, но полировка продолжилась. Только теперь ткань заботливо очищала от малейших следов налета серебряное кадило, топорщащееся во все стороны острыми трехгранными шипами, на бока которых искусные ювелиры заботливо нанесли тексты молитв. Своим собратьям по вере на радость и силам зла на погибель. — Чего там, кстати, слышно по тому публичному жертвоприношению, которое он устроил, осквернив какой-то языческий ритуал? Должен признать, меня этот вопрос волнует очень сильно…
