— Ну что танкисты. Никто не обосрался —, но шевелящиеся ржавые щупальца потянулись к нему и Техник-интендант шарахнулся в сторону, потом обалдело уставился на наши хохочущие физиономии, и немного смущенно сказал:
— Да, я вижу что шутка удалась…
Р.С. Сережку Акимова, накануне покусали какие-то местные мошки и он был безжалостно измазан в санчасти зеленкой, отсюда и зеленая морда лица.
Р.Р.С. А «O carneiro» по португальски, означает баран.
Р.Р.Р.С. шевелящиеся ржавые лохмотья, это был плод технического гения старшины Тарасюка и вот немного о его технической гениальности…
ШАМАН ТАРАСЮК
Однажды под танком взорвался управляемый фугас, и в аккурат в районе аккумуляторного лючка, оные аккумуляторы естественно в хлам, а танк без аккумуляторов, ну ни как не хочет заводится. Из другого транспорта были только одинокий AML-60 и ситроеновский пикапчик. Лет через десять после этих событий, один настоящий полковник, у которого недалеко от этих мест заглохла тяжелая самоходка, нашел такой выход… он поставил САУ на скорость, убрал опоры и бабахнул в сторону потенциального противника. САУ завелась на раз. У нас не было ни САУ и полковника, зато у нас были Тараканов и Тарасюк… Они четверть часа что то обсуждали размахивая руками и матеря друг друга, но Таракан вдруг заржал и хлопнув старшину по плечу проорал — «Ну ты шаман, Тарасюк». После этого Тарасюк, немедленно озадачив весь экипаж, стал громоздить за башней, какую-то странную конструкцию, а Таракан выгнав AML на середину дороги, предался ожиданию. Места и времена были достаточно веселые и когда Таракан, меланхолично сидевший на башне броневика, увидел выезжавшую из за поворота, разномастную колонну гражданских легковых авто, то он ни сколько не удивился. А беженцы, это были французские мулаты, увидев усатого офицера в берете, да еще и на французском броневике, пришли в бешенный восторг и запели Марсельезу. Ура! Свои! Таракан истово допел вместе с ними Гимн Белль Франс и махнув рукой сделавшему стойку Тарасюку, пошел вдоль небольшой колонны перегруженной багажом, отдавая один и тот же приказ — «Livrer les accumulateurs». Наши умельцы, быстро соорудили комбинированную аккумуляторную батарею, и родная матчасть благополучно добралась до точки назначения.
Когда один моралист, узнавший об этой истории, спросил изобретателей, мол не жалко ли им было бросать на дороге несчастных беженцев, Тарасюк обиженно ответил — «Но я же им оставил аккумуляторы на двух машинах».
Прямо вспоминается эпизод из Джек Лондона, где герой говорит, в ответ на похожее обвинение — «Ну я же оставил им жирных собак».
БАНКЕТ НА ПРАТТЕРЕ С ПРЕКРАСНОЙ ДАМОЙ
(Фантазия на тему Африканских снов IV)
«А помните была держава,
Шугались ляхи и тевтоны
И всякая пся крев дрожала
Завидев наши батальоны!»
Тимур Шаов
В старинном байзеле в районе Праттера, недалеко от знаменитого колеса обозрения, гуляла странная компания. Официанты уже слегка нервничали, но вовсе не потому что поняли что это русские, и действительно кого сейчас удивишь в Вене русскими. Эта компания вела себя нестандартно для русских туристов, они пили пиво и вели себя не очень громко, одеты были прилично, хотя и разномастно и самое поразительное… у всех были ленты и знаки «Серебряного Креста» Австрийской республики. И тут компания оживилась, грациозно выскочив из фиакра, в байзель вошла красивая женщина в элегантном и очень дорогом деловом костюме и тут случилось еще одна странность… Когда Леди подошла к столу странной компании, все русские встали и не садились, пока дама не присела на поданный официантом стул.
Народ очень обрадовались Эрике, ибо давно уже пора было начинать банкет и пиво уже надоело, вдобавок часть ребят сковывали официальные костюмы. А костюмы были подобраны весьма в своеобразной гамме… Барон, Никита и Борька с Акимом, были в стандартных смокингах, Генка и Сокол в деловых костюмах, Тарасюк облачил свои короткие телеса, в белую тройку от Версаче. Ну а Таракан и Арканя переплюнули всех, они гордо сверкали малиновыми пиджаками, черными рубашками и зелеными бабочками в белый горошек. Когда жена Президента Австрии, увидела эту живописную троицу цвета Австрийского флага, она чуть не вскрикнула, но воспитание и опыт все-таки взяли свое, и она сделала вид что закашлялась. Да-а-а, наша компания была экзотической не только по одежде но и воощще… Борька был Аглицким банкиром, Аким Питерским издателем, Никита тенором в Ля Скала, Барон владел какой-то фирмой в Калифорнии, Тарасюк, по его словам поставлял кофе из Украины в Рио, что исходя и его личности не казалось шуткой, Генка и Сокол выпускали модный журнал одновременно в Москве и тут в Вене, ну а Таракан и Арканя гм…, были представителями теневой экономики, в одном не маленьком Российском городе. Таракан жаловался потом, что когда он сначала честно открыл фирму — стали давить бандюки. Создал охранную контору — стали давить менты. Вспомнил старую истину, о том что если надо с чем то бороться, то надо это сначала возглавить, и после этого все пошло нормально.
Вобщем, как перефразировал Жванецкого Барон — «Видно что то не так, было у нас в Военных училищах». Банкет завертелся по нарастающей. На столе появилось шампанское, господа офицеры чинно и по очереди танцевали с Эрикой, а когда она перецеловав всех и всплакнув на последок вышла к ожидавшему ее мужу, для сопровождения оным домой, то начался настоящий Русский банкет. На столе наконец появилась водка… И сквозь веселье и тосты, вспомнилось то, что лет двадцать назад создало эту ситуацию.
Сэр Эдмунд Чарлз Ричард Смайт, пятый граф Гетиленд был в плену у немцев четыре раза. Первый раз в мае 1940 года во Франции. Будучи на рекогносцировке, попался патрулю Вермахта, но был освобожден через несколько часов танкистами полковника Де Голля. В декабре 1941 под Бенгази, его захватила батальонная разведка одной из частей Роммеля, но через неделю Бенгази пал и Смайт опять получил свободу. В феврале 1943 его машина заблудилась в песках и снова Сэр Эдмунд попался в силки солдат Лиса пустыни, был отправлен ими в Тобрук и только в мае 1943 снова получил свободу. В 1945 году, в начале января Капитан Смайт оказался последним пленным которого взяли немцы во время Арденской операции, ему очень повезло что на штаб полка Вермахта, где его допрашивали, напали польские коммандос. Учитывая то, что в Британской армии плен не является преступлением, Смайт даже имел некоторый карьерный рост, чему конечно способствовали родственные связи в Лондонском истеблишменте.
